Лорелей почувствовала, как опасность сгущается в воздухе. То же самое происходило перед последним обвалом. В тот раз, как и теперь, отец был слишком захвачен работой, чтобы прервать ее и самому приняться за укрепление стен.
— Может произойти обвал, — шепнула она Уильяму, когда тот снова выбрался наружу, чтобы взять одно из бревен. — Прошу тебя, будь осторожен.
— Не беспокойся, — пообещал Уильям,— буду.
— Если услышишь журчание воды или почувствуешь движение почвы, тотчас же выбирайся оттуда! Не медли! — умоляла Лорелей.
Уильям снова кивнул.
Лорелей не могла смотреть на то, как он исчезает в темноте. Девушка ходила вокруг ямы, прислушиваясь к доносящимся снизу звукам. Нервы ее были напряжены до предела.
Потом ей пришлось уйти. Она собиралась пойти на скалу и посмотреть, какая погода на море. Когда Лорелей становилось совсем плохо, когда она была напугана или встревожена, море всегда поддерживало бедняжку в ее одиночестве, даря ей успокоение.
Всегда, но не сегодня. Воздух был неимоверно тяжелым и абсолютно неподвижным. Море выглядело мрачным и неспокойным. Над водой усиливался ветер, а солнце походило на бледно-оранжевый шар. Надвигалась буря.
Хуже того, прилив, всегда доходивший лишь до половины скалы, на этот раз затрагивал камни, которые обычно оставались сухими. Птицы парили в воздухе и тревожно кричали, словно предупреждая об опасности.
Лорелей смотрела на море с десятилетнего возраста, и ритм приливов и отливов знала, как биение собственного сердца. Она знала, что раз или два за год бывают приливы, которые гораздо выше остальных. И если один из таких приливов совпадет с бурей, то все подземные пещеры и тоннели острова будут находиться под огромным давлением.
ГЛАВА 12
— Я думаю, история становится страшноватой, — недовольно произнесла Луиза. — Бедная Лорелей! Она беспокоится за Уильяма, боится отца, буря надвигается, а тут еще и это!
— Ты всегда рассказываешь самые жуткие истории, — поддержала Алекс. — Мне кажется, что я стою с ней рядом и вижу этого высокого бородача, который прячется за деревьями.
— А мне кажется, что я снова хочу есть, — заметила Чарли. Она выбралась из койки и принялась изучать запасы съестного.
— Давай быстрее, — позвала Луиза. — Я хочу поскорее услышать продолжение.
— Ну, знаешь ли... Довольно трудно делать сэндвич, находясь на наклонной плоскости, — возмутилась Чарли. — Когда, ты говорила, начнется прилив и мы сможем уплыть?
— В пять часов утра, — ответила Джо.
Они с Алекс обменялись тревожными взглядами. В случае сильного прилива парусник будет кидать из стороны в сторону, а у них нет даже шлюпки, чтобы добраться до берега. Но Джо не хотела, чтобы Луиза раньше времени встревожилась.
— Ну, давай, Чарли, — позвала Джо. — Я продолжаю рассказ с тобой или без тебя!
— Я иду. — Чарли попыталась забраться в койку с куском хлеба, густо намазанным арахисовым маслом и мармеладом, в одной руке и двумя бутылками воды в другой.
Алекс протянула ей руку, и все снова устроились поудобнее.
Джо расправила свой спальный мешок.
— С этого момента история набирает обороты, — сказала она. — Забудьте обо мне и слушайте!
Подруги кивнули. И когда Джо начала говорить, им показалось, что они сами стоят там, на опушке леса, и смотрят на бородатого гиганта, вышедшего из чаши.
— Какая бездумная трата боеприпасов! — Голос великана был низким и грубым. Говорил он с довольно сильным французским акцентом. — Что, малышка, хотела попасть ими в птичек?
Лорелей увидела, что в руке незнакомец держит гильзу, которую она забросила в лес. Это не призрак пирата. Это человек!
С разных сторон подошли еще трое мужчин. Все были вооружены винтовками.
Лорелей испуганно глотнула воздуха. Должно быть, это контрабандисты с французского острова Сант-Пьер!