Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
— Уши мои! — закричал он. — Мои уши задели за потолок!
Он бросился на живот и крепко-накрепко зажмурил глаза.
— Я вот всё думаю, — прозвучал из мрака голос Муми-тролля, — я вот всё думаю, что скажет мама, если мы никогда, никогда больше не вернёмся домой…
В это мгновение плот стукнулся обо что-то и остановился.
Они долго ждали, не смея пошевелиться. Потом Снусмумрик осторожно наклонился к воде.
— Мы наткнулись на мачту, — сказал он. — Она стала поперёк туннеля.
Они выпрямились и посмотрели друг на друга.
— Здесь чуточку посветлее, — сказал Снусмумрик.
Они отчётливо видели, как мерцающая чёрная вода бежала мимо них всё дальше и дальше, и там — за ближайшим поворотом — река с бульканьем срывалась вниз, в бездонную дыру!
— Видите? — прошептал Муми-тролль.
Снифф разревелся.
— Хочу домой! — всхлипывал он. — Не хочу больше с вами! Какое мне дело до ваших тухлых экспедиций и каких-то дурацких комет…
— Ну, ну, — сказал Снусмумрик и легонько потряс его. — Глянь-ка наверх. Глянь! Видишь?
Снифф посморкался и глянул, В скале над его головой была узкая щель, а в неё виднелась полоска хмурого неба.
— Ну и что же? — мрачно сказал он. — Я ведь не муха. И даже будь я мухой, это мне не помогло бы. У меня с детства склонность к головокружениям, с тех самых пор, как я перенёс воспаление уха…
И он снова расплакался.
А Снусмумрик достал губную гармошку и заиграл. Он играл песни о приключениях, о счастливых избавлениях и величайших сюрпризах, а потом песни о дожде и утренние песни.
Через некоторое время Снифф успокоился и вытер слёзы с усов.
А музыка летела в горы сквозь щель и будила там эхо за эхом и, наконец, разбудила одного хемуля, который спал, сидя в траве, положив рядом с собой свой сачок.
— Это что ж такое, — сказал Хемуль и огляделся вокруг. Он поглядел на небо и заглянул в сачок, свинтил крышку с банки для жуков и заглянул туда тоже.
— Шум! — сказал он. — Здесь кто-то шумит. (Что поделаешь, Хемуль не был музыкален.)
В конце концов он взял увеличительное стекло и стал ползать с ним по траве. Он искал и прислушивался, принюхивался и тянул носом воздух и так добрался до щели в земле. Тут шум усилился.
— Должно быть, это какие-то очень необыкновенные насекомые, — сказал себе Хемуль. — Наверняка редкие, и даже, может быть, ещё никем не открытые!
От этой мысли Хемуль очень оживился и сунул свой длинный нос в расщелину, чтобы получше разглядеть, что там такое.
— Смотрите, смотрите! — закричал Муми-тролль. — Хемуль!
Снусмумрик перестал играть на губной гармошке и начал звать на помощь.
— Спаси нас! Спаси нас! — заголосил вслед за ним Снифф.
«Что они, совсем с ума посходили?» — подумал Хемуль и осторожно сунул в расщелину сачок.
— Прыгаем! — закричали странные насекомые.
Хемуль вытянул сачок обратно и посмотрел, что в нём такое.
— Очень удивительно! — сказал он, вытряхивая на землю Му — ми-тролля, Снусмумрика, Сниффа и три рюкзака.
— Спасибо, милый Хемуль, — сказал Муми-тролль, жмурясь от света. — Ты спас нас в последнюю минуту!
— Я вас спас? — удивлённо спросил Хемуль. — Это не входило в мои расчёты. Я просто хотел достать насекомых, которые шумели внизу. (Хемули, как правило, туги на соображение, но добры, если их не сердить.)
— Это Одинокие Горы? — спросил Снифф.
— Не знаю, — ответил Хемуль. — Во всяком случае, тут есть очень интересные ночные бабочки.
— Да, вероятно, это и есть Одинокие Горы, — сказал Снусмумрик, оглядываясь.
Вокруг высились горные кряжи, бесконечно пустынные и безмолвные. Воздух был прохладен.
— А где же Обсерватория? — спросил Снифф.
— Это ещё надо выяснить, — сказал Муми-тролль, — Наверное, она тут в самом высоком месте. А сейчас я хочу кофе.
— Кофейник остался на плоту, — сказал Снусмумрик.
Муми-тролль бросился к расщелине и заглянул в неё.
— Плот сорвало и унесло, — жалобно проговорил он. — Кофейник уехал в подземное царство! Как же мы теперь без кофе?
— Мы сами чуть было не уехали в подземное царство, — весело ответил Снусмумрик. — Кофейник там, кофейник здесь — не так уж это, наверное, важно, когда ищешь кометы.
— А это редкость? — спросил Хемуль, вообразив, что речь идёт о каких-то бабочках.
— Пожалуй, что да, — сказал Снусмумрик. — Они появляются примерно одна в столетие.
— Потрясающе, — сказал Хемуль. — Я обязательно должен поймать хотя бы одну. Как они выглядят?
— Надо полагать, красные, с длинным хвостом, — сказал Снусмумрик.
Хемуль достал записную книжку и сделал в ней заметку на память.
— Должно быть, из рода Filicnarcus Snufsigalonicа, — торжественно возвестил он. — И ещё один вопрос, мои учёные друзья. Чем питаются эти диковинные насекомые?
— Хемулями, — хихикнув, ответил Снифф.
Лицо Хемуля побагровело.
— Вы очень неуместно шутите, молодой зверёк, — сурово сказал он. — В вас нет научной добросовестности. Я пошёл.
Он рассовал по карманам свои банки, подхватил сачок и зашагал прочь.
— Нет, каково! — в восторге кричал Снифф. — Он думает, что комета — это жук или что-нибудь в этом роде! Вот дурачок!
— Тебе не следовало так шутить, — строго сказал Муми-тролль, хотя и сам, казалось, был в не меньшем восторге.
Они выбрали самую высокую горную цепь и начали медленно взбираться наверх.
— Хорошая песенка, — сказал Муми-тролль. — Только непонятно, что сталось со шмелём и было ли весело на маскараде. Расскажи лучше что-нибудь.
Снусмумрик задумался, потом спросил:
— Я рассказывал вам о своей встрече со снорками?
— Нет, — встрепенулся Муми-тролль. — А что это такое?
— Ты и вправду не знаешь, кто такие снорки? — удивился Снусмумрик. — А ведь они, должно быть, твои сородичи, вы так похожи. Только ты белый, а они, когда волнуются, меняют цвет.
— Никакие мы с ними не сородичи, — сердито ответил Муми-тролль. — Нет у меня сородичей, которые чуть что — и перекрашиваются. Существует лишь один вид Муми-троллей — белый!
— Во всяком случае, эти снорки очень похожи на тебя, — спокойно сказал Снусмумрик. — Он бледно-фиолетовый, а его сестрёнка светло-зелёная, И, признаться, очень недурна! Вся покрыта мякеньким пушком и с чёлкой, она её то и дело причёсывала…
— Глупости, — сказал Муми-тролль зевая.
— Ну, и что же случилось? — спросил Снифф.
— А ничего особенного, — сказал Снусмумрик. — Просто она такая симпатяшка. Плела из травы маленькие циновки для спанья и готовила мягкие настои из трав, если вдруг разболится живот. За ухом у неё всегда были цветы, а на ноге она носила маленький золотой браслет.