Всего за 399 руб. Купить полную версию
Он хотел было погрозить пальцем, но Мэри Поппинс быстро сунула ему в ладонь маленький картонный квадратик.
— Что это? — спросил сторож, недоумённо разглядывая картонку.
— Мой обратный билет, — преспокойно ответила Мэри Поппинс.
— Какой такой билет? — возмутился сторож. — Билеты в автобусах и поездах! А вы сваливаетесь нам на голову понятия-не-имею-как! Любопытно было бы знать, откуда вы явились!
— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали! — бросила на ходу Мэри Поппинс.
Она отстранила паркового сторожа и важно прошествовала мимо. А бедняга так и стоял, растерянно вертя в руке картонный квадратик.
Дети крутились, пританцовывая, вокруг Мэри Поппинс, путались у неё в ногах.
— Идите, пожалуйста, спокойно! — сердито бросила она. — Нечего скакать, как морские свинки в цирке! А кто из вас, хотелось бы знать, баловался с зажжённой свечкой?
— Это я зажёг её, Мэри, — виновато проговорил продавец спичек Берт. — Я хотел написать вам… — Он показал рукой на дорожку.
Там, на асфальте, все увидели выведенный цветными мелками обрывок фразы:
Мэри Поппинс снисходительно улыбнулась.
— Очень мило, Берт, — мягко проговорила она.
Продавец спичек схватил её руку в тугой чёрной перчатке.
— Увижу ли я вас в четверг, Мэри? — спросил он, заглядывая ей в глаза.
— Именно в четверг, Берт, — величественно кивнула она и, обратив строгий взгляд на детей, скомандовала: — Попрошу не топтаться на месте!
И они вслед за вновь обретённой няней послушно потянулись вдоль по переулку к Дому Номер Семнадцать.
Наверху в детской исходила криком крошка Аннабел. Миссис Бэнкс суматошно металась по холлу.
— Бегу, бегу, дорогая! — откликалась она.
Тут распахнулась входная дверь, и на пороге появились дети вместе с Мэри Поппинс. От неожиданности миссис Бэнкс так и села.
— Неужели это вы, Мэри Поппинс? — ахнула она.
— Как видите, мадам, — спокойно ответила Мэри Поппинс.
— Но откуда вы…
— Она появилась из… — восторженно начал Майкл и умолк под свирепым взглядом Мэри Поппинс.
А уж что означает этот взгляд, он прекрасно знал.
— Я пришла из парка, мадам, — пожала плечами Мэри Поппинс.
— Слава богу! — вырвалось у миссис Бэнкс.
Она мгновенно припомнила всё, что творилось в доме с той поры, как Мэри Поппинс покинула их. «Только не выказывать слишком большую радость, — спохватилась миссис Бэнкс, — не то она вознесётся пуще прежнего».
— Но вы исчезли, Мэри Поппинс, не предупредив нас ни единым словом! — сказала она, изображая благородное негодование. — Полагаю, вы могли бы предупреждать меня заранее, когда уходите и приходите. Это же невозможно предугадать!
— Ничего предугадать невозможно, мадам. Это не доступно никому, — спокойно ответила Мэри Поппинс, снимая перчатки.
— И даже вам, Мэри Поппинс? — подняла брови миссис Бэнкс.
— Ну, ей-то доступно!.. — дерзко вмешался Майкл и тут же осёкся под яростным взглядом Мэри Поппинс.
— Но как бы то ни было, вы здесь! — воскликнула миссис Бэнкс и облегчённо вздохнула: теперь не нужно давать объявление или посылать за мисс Эндрю.
— Да, мадам, — сказала Мэри Поппинс. — Извините, — добавила она, ловко минуя миссис Бэнкс.
Она поставила свою ковровую сумку на перила, и та вдруг — вжик! — стремительно заскользила вверх и влетела в детскую. А Мэри Поппинс раскрыла зонтик, он, словно летучая мышь, распахнул свои чёрные крылья и, крякнув по-попугайски, мгновенно унёсся вслед за сумкой.
Дети изумлённо открыли рты и стрельнули глазами в сторону матери. Но миссис Бэнкс, устремившаяся к телефону, ничего не заметила.
— Камин в гостиной вычищен, на обед у нас бараньи отбивные с горошком, а Мэри Поппинс вернулась! — затараторила она.
— Поверить не могу! — загудел в трубке голос мистера Бэнкса. — Иду сейчас же! Я должен убедиться сам.
Миссис Бэнкс расплылась в счастливой улыбке и повесила трубку…
Мэри Поппинс, выпрямившись в струнку и цокая каблучками, степенно поднялась по ступенькам наверх, в детскую. Дети затопали следом. Ковровая сумка преспокойно лежала на своём привычном жесте, на каминной полке. А в углу застыл зонтик с ручкой в виде головы попугая. У вещей был такой вид, будто они никогда и не покидали этой комнаты.
В колыбельке лежала уставшая от крика крошка Аннабел и старательно тянулась к собственным ножкам. Она тут же уставилась на Мэри Поппинс и ангельски заулыбалась беззубым ртом.
— Гм! — хмыкнула Мэри Поппинс, аккуратно укладывая шляпку в картонную коробку.
Она повесила на крючок пальто, потом внимательно оглядела стоя в зеркало и открыла сумку. Сумка была совершенно пуста! Но Мэри Поппинс вдруг извлекла оттуда небольшую рулетку.
— А это зачем, Мэри Поппинс? — удивилась Джейн.
— Измерим, насколько ты выросла, — ответила Мэри Поппинс.
— А нас папа недавно измерял! — заявил Майкл. — Мы выросли на полпальца.
— Стой прямо и не болтай! — приказала Мэри Поппинс. Она измерила его с головы до ног и громко фыркнула: — Так и есть! Ты становишься все хуже и хуже!
Майкл обомлел.
— На рулетках нет никаких слов, а только сантиметры! — обиженно выкрикнул он.
— Разве? — издевательски хмыкнула Мэри Поппинс и сунула ему под нос рулетку.
На ленте было крупно выведено синими буквами: Х-У-Ж-Е И Х-У-Ж-Е.
— Ох! — испуганно прошептал Майкл.
— Голову выше, пожалуйста! — уже командовала Мэри Поппинс, прикладывая ленту к спине Джейн. — Ты превратилась в упрямого, ленивого, эгоистичного ребёнка! — торжественно прочитала она.
Слёзы навернулись на глаза девочки.
— Я не такая! — всхлипнула Джейн.
Она отчего-то помнила о себе только самое хорошее.
А Мэри Поппинс уже прикладывала рулетку к Близнецам.
— Вздорные драчуны! — прочитала она.
А крошка Аннабел и вовсе оказалась избалованной капризулей.
— Так я и думала! — привычно фыркнула Мэри Поппинс. — Стоило мне отлучиться ненадолго, как вы превратились в диких зверей! Вам место в зверинце!
Высказав это, она обернула ленту вокруг собственной талии, и на её лице расцвела довольная улыбка.
— Прекраснее, чем обычно, практически совершенна, — значилось на ленте.
— Само собой разумеется, — гордо отметила она и добавила не терпящим возражения тоном: — А теперь быстро в ванную! Одна нога здесь, другая там!
И детей будто смыло. Теперь, когда Мэри Поппинс вернулась, всё снова вошло в свою колею. В мгновение ока все были умыты, за ужином не было нытья и капризов, ни крошки, ни капли не осталось в тарелках и чашках. Задвинув на место стулья и аккуратно сложив салфетки, дети без уговоров улеглись в постель.
Мэри Поппинс неслышно ходила по детской, поправляя, подсовывая под бочок и подтягивая одеяла. Дети чувствовали исходящий от неё привычный аромат — чудесный запах свежеподжаренных гренок — и слышали похрустывание её накрахмаленного передника. Они ощущали в темноте её присутствие и наслаждались покоем.
Когда Мэри Поппинс проходила мимо Майкла, он высунул голову из-под одеяла и, перегнувшись, заглянул под кровать. Там не было ничего, кроме пыли и тапочек. Под кроватью Джейн тоже ничего не оказалось.
— А где же вы будете спать, Мэри Поппинс? — с любопытством спросил он.
Она не удостоила его ответом, а просто легко прикоснулась к дверце платяного шкафа. Дверца послушно распахнулась, и оттуда выскользнула такая знакомая раскладушка, уже застеленная и с лежащей поверх одеяла стопкой вещей Мэри Поппинс.
Там было всё, что необходимо: туалетное мыло, шпильки, духи, складной стульчик, зубная щётка и кругленькие таблетки. На подушке лежали аккуратно сложенные фланелевые ночные сорочки. Тут же оказалась пара туфелек, домино, купальные шапочки и альбом с открытками.
Дети так и сели на кроватях, хлопая от удивления глазами.
— Но как же всё это здесь оказалось? — прошептал Майкл. — Ведь ещё сегодня днём ничего такого не было! Я точно знаю, потому что прятался в шкафу от Элин!