Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
потянуло, вы мне вообще никогда не нравились, но мне жаль, правда…
Глаза наследника заметно округлились. Окончательно перепугавшаяся магиня, основательно слабеющим голосом выдохнула последнее:
— Только, пожалуйста, не нужно меня убивать за покушение на вашу честь… В конце
концов, будем откровенны — вы давно не мальчик и уж точно не девственник, что, конечно, не облегчает моей вины, но… Дохлые орки, что я несу?!
Принц уже ничего не говорил — просто потрясенно слушал.
— Всего доброго, — пискнула вконец перепуганная Акина, зажмурилась и
стремительно сжала переместитель.
В следующий миг ничего не произошло.
Ставшая совершеннолетней и протрезвевшая магичка замерев, ожидала хоть чего-
нибудь, но… ничего не происходило. Кроме разве что того, что часть будущего
монарха, слегка обалдевшая на время ее сумбурной речи решила, забив на тараканы
в девичьей голове, по полной программе воспользоваться телом, но…
— Не сбивайте меня с мысли! — раздраженно потребовала Акина.
— С какой? — ехидно поинтересовался Крэйн.
Резко выдохнув, девушка прошипела:
— Этот чертов артефакт должен меня переместить обратно, раз уж подложил мне
такую подлянку, как перемещение сюда!
И она снова сжала артефакт, более того — произнесла активирующее «Гаартана
хэрн авей».
В следующий миг… снова ничего не произошло.
— Слушай, — раздалось над застывшей и ожидающей чуда Акиной, — а ты не
против, если на то время, пока до тебя дойдет факт пребывания в мою спальню
далеко не магическим образом, мы продолжим дело с моим изнасилованием?
Приоткрыв один глаз, смущенная, злая и раздраженная магичка прошипела:
— Слушайте, я не собираюсь вас больше наси… использовать.
— Ничего, — насмешливо ответил принц, — я и сам справлюсь, не впервой.
И в этот миг что-то щелкнуло. Акина и его высочество разом посмотрели на артефакт, магичка с надеждой, принц с тревожным недоумением, а в следующий миг…
Снова ничего не произошло.
— Так я начинаю? — с трудом сдерживая смех, поинтересовалась коронованная
особа.
Девушка, бросив на него мимолетный взгляд, схватила переместитель, и держа его
перед глазами, сурово произнесла:
— Слушай ты, хрень с подвывертом, значит так — или ты меня переносишь, или я
тебя, гаденыш, на декокты пущу!
В следующий миг в артефакте что-то щелкнуло, зажужжало и…
Ничего не произошло.
— Да что б тебя! — простонала Акина.
Кое-кто сверху весело смотрел на нее, стараясь не улыбаться, но нет-нет и губы
расползались в улыбке.
— Что? — устало спросила несчастная.
— Ты магичка, — сообщил ей принц.
И добавил:
— Не особо одаренная.
Сказать на это было совершенно нечего, кроме разве что:
— Простите.
— Прощаю, — Крэйн улыбнулся. — Вернемся к более интересным вещам?
«Боги, как стыдно…» — пронеслось в ее голове.
И тут артефакт снова щелкнул. Что-то в нем зажужжало, защелкало и…
***
В первую секунду Акина не поняла ничего, кроме одного — стало холодно. На второй
пришло осознание, что она у себя в комнате. Третья секунда ознаменовалась воем на
все здание «Тревога!» и обнаженная девушка, подскочив, рванула к двери — вбитые
с детства правила требовали незамедлительно отреагировать. Остановившись едва
пальцы сжали дверную ручку, магичка вспомнила, что на ней ничего нет, и
стремительно развернулась… Замерла. В ее комнате словно был погром — все
свалено, зеркало снято со стены и расположено на стуле, так чтобы можно было
лучше себя разглядеть — она собственно и разглядывала сейчас себя. Зрелище
было не радостное, тело как после особо тяжелой тренировки, волосы всклокоченны, губы… раза в два больше обычного. На кровати раздеребаненная упаковка с едва
улавливающимся логотипом «Сандро и Ко» — лучшие производители кружевного
белья. И чуть дальше записка от Нирты «Будь эротичной в свой первый раз, тебе
теперь можно!». Можно, как же, двадцать один-то исполнился, вот она и…
— Ох, как же меня угораздило, — простонала несчастная.
«Общий сбор!» — последовал следующий транслируемый на все здание гильдии
приказ.
И времени на сожаления и стенания не осталось. Торопливо вымывшись и одевшись, что с ее сноровкой заняло две минуты, Акина выскочила в коридор, промчалась по
пустым переходам, и едва ли не последняя оказалась во дворе, юркнув в строй таких
же как она учениц магов.
***
Зачем их выстроили совершенно непонятно было, но оглядев двор, окруженный
высоким в пять человеческих ростов частоколом магически сотворенного железного
дерева, поняла, что выстроили всех. И тут присутствовали двенадцать учениц, сорок
учеников, шестеро мастеров и даже два грандмастера. И все ждали, стоя без
движения на залитом дождем и снегом раскисшем двору, игнорируя неприятное
ощущение, что словно тебя засасывает в трясину. Действительно засасывало —
очень медленно, почти неощутимо, но если вот так без движения простоять час —
засосет по колено. Все об этой особенности двора знали и потому нервничали.
Затем распахнулась двустворчатая дверь и на порог вышел сам глава Магической
гильдии. Старик Сонсер был суров, с короткой седой бородой, крепок телом, умен
мозгом, остер глазом и взбешен неизвестно чем.
Но уже через секунду всем стало известно!
— Сегодня ночью, — глава гильдии сотряс кулаком, от чего его черно-красная мантия
заколыхалось, — было совершено ограбление!
«Угу, у меня честь украли» — подумала Акина, как и все не отрывающая взгляда от
главы.
— Гильдия воров окончательно охамела! — продолжал магистр Сонсер.
Вот с этим никто не спорил даже, воры в последнее время действительно наглели, пару дней назад у самой Акины попытались кошелек срезать, а ведь был договор
между гильдиями — маги неприкосновенны.
— Эти выродки, — продолжал взбешенный Сонсер, — ночью прокрались в мой
кабинет!
«Ой, какое-то предчувствие у меня нехорошее» — вдруг мысленно прошептала
Акина.
— Они, — продолжал самый могущественный и страшный человек после… да после
главы Гильдии света, то есть принца, — надругались над знамением магии!
«Я еще и над знамением надругалась, мало мне было принца!» — простонала
перепуганная девушка.
— Знамение магии, — продолжал магистр Сонсер было снято со священной стены и
им… — трагическая пауза, — вымыли пол!
«Ох ты ж орк недобитый!» — если бы было можно, она бы взвыла.
Потому что вечно грязный пол в кабинете главы гильдии ее всегда искренне бесил —
там постоянно было натоптано, комья земли, грязи, иной раз ошметки нечисти, но
убирать в своем кабинете магистр запрещал, опасаясь собственно краж.
«Напилась и пошла полы мыть, дура!» — ругала себя вконец павшая духом ученица.
— Затем, эти выродки, измазали стекла на окнах надписями «Помой меня!».
Да, стекла там тоже никто не мыл уже лет тридцать.
— А на моем столе выгравировали оскорбительную надпись!
Внезапно перед глазами Акины вспыхнуло слово «Засранец» накорябанное на столе
магистра. Который тоже не мыли, и потому местами там в пыли можно было писать, что она собственно и…
«Меня четвертуют!» — совершенно четко поняла девушка.
— А после, — магистр Сонсер сник, — они украли переместитель!
На какой-то миг Акине показалось, что сейчас все повернут головы и каким-то
образом узреют под рубашкой все еще висящий на ее шее артефакт, но нет:
— Это война! — потрясая ввергнутым вверх пальцем заорал магистр Сонсер. — Это
самая натуральная война!
«Или я, или воры, — правильно подумала девушка. Чувство самосохранения,
преотличнейше развитое у магов, сразу подсказало правильное решение: — Воры!».
Затем магистр произнес:
— Кейсиана, в мой кабинет!