Она подумала, что ошиблась, но спустя минуту вновь подняла глаза: он все еще смотрел на нее, пока, наконец, императрица не обратила на него внимание.
— В чем дело? — поинтересовалась она.
— Я не могу в это поверить, мадам, — сказал он. — Разве вы не видите? Невероятно, совершенно фантастично!
— Что именно? — не поняла императрица.
— Эта леди, — сказал он, — которой вы меня только что представили. Разве вы ничего не замечаете?
— Я не знаю, о чем вы говорите, — отрезала императрица чуть резковато. — Что вас беспокоит? Вы же видите, моя новая подруга смущена.
— Прошу простить, мадам. Но слишком велико мое удивление.
— А чему вы удивляетесь? — продолжала допытываться императрица. Потом вдруг ее как будто осенила какая-то мысль:
— Вы тоже это заметили! Она напоминает вам кого-то… какую-то знакомую. У меня возникло в точности такое же ощущение. Мне кажется, я встречала мисс Мазгрейв раньше, но не могу вспомнить, где. Быть может, вы просветите нас?
Принц взглянул на императрицу, потом снова на Гизелу. Секунду он сомневался, а потом, как бы решившись на особую дерзость, произнес:
— Мадам, вы должны простить меня, если я вас рассержу. Никто и надеяться никогда не сможет, что будет обладать такой же красотой и изысканностью, как ваша, мадам. Но вы сами должны отметить несомненное сходство. Весьма бледное, это правда, но тем не менее отражение.
— О чем вы? — недоумевала императрица. Потом взглянула на Гизелу и не отводила от нее глаз до тех пор, пока неожиданно не закрыла лицо руками. — Это правда! — воскликнула она. — Это правда! Она похожа на меня.
Гизела почувствовала, как кровь хлынула к ее щекам. «Может, они оба сошли с ума?»— подумала она и всем сердцем пожелала провалиться сквозь землю.
— Это правда! — повторила императрица. Потом вдруг протянула руку Гизеле. — Подойди ко мне, дитя. Расскажи о себе. Кто ты? Расскажи мне все откровенно.
— Мой отец, мадам, майор Джордж Мазгрейв, бывший гвардейский драгун. Здесь все его знают как «сквайра».
— А твоя мать?
— Моя мать была графиней Стефани Ганзалли, дочерью графа Фритжи Ганзалли.
— Ах вот как! — протянула нараспев императрица. — Граф Ганзалли — твой дедушка.
— Да, мадам. Но я никогда не видела его.
— А я знаю его всю свою жизнь, — сказала императрица. — Он со своей семьей живет возле моего старого дома, замка Поссенхофен, в Баварии. Их замок расположен фактически по другую сторону озера Штарнбергер. Когда я была ребенком, я часто переплывала на лодке озеро, чтобы поиграть с детьми Ганзалли. Их было несколько и… да, я прекрасно помню Стефани. Она была старше меня, очень хорошенькая, светловолосая с голубыми глазами, похожими на генцианы, что росли в горах, которые окружали наши дома.
— О! Вы помните мою маму, — произнесла Гизела, не веря своим ушам. — Вы помните ее, мадам! Пожалуйста, расскажите мне все, что вы знаете. Такие воспоминания очень дороги для меня.
— Твоя мать умерла? — спросила императрица.
Гизела кивнула.
— Да, мадам, она умерла, когда мне исполнилось десять лет.
— Мне очень жаль, — сказала императрица. Она помолчала немного, затем поинтересовалась:
— Сколько тебе лет?
— Почти двадцать один, мадам.
— Теперь я начинаю что-то вспоминать о Стефани.
Она внезапно уехала. Помню, моя мать говорила…
Императрица неожиданно замолкла и взглянула на принца. В его глазах сверкнул огонек, который невозможно было скрыть. Императрица в ответ едва заметно улыбнулась.
— Мы поговорим об этом в другой раз, — сказала она. — Теперь, благодаря вам, Рудольф, я сама вижу явное сходство между нами, но объясняется это, должно быть, тем, что обе мы родом из Австрии.
— Какое может быть сходство между нами? — удивилась Гизела.