— Я частный детектив, — пояснил аль-Рашид, отступая в глубь помещения и осматриваясь. Обстановку единственной комнатушки можно было назвать скорее нищенской, чем спартанской: отставшие от сырости, поросшие белесой плесенью обои, вместо кровати прямо на полу валялся тощий тюфяк, в центре, на пластиковом столе — на три четверти пустая бутылка местного водорослевого виски; единственным свидетельством былого достатка являлось роскошное кресло в стиле Людовика XIV, позолоченное, обитое генуэзским бархатом. — Я звонил сегодня утром.
— К-кому?
— Вам, вам звонил.
— За-ик-чем?
— Ну вы что, ничего не помните? — Георгий начал терять терпение. — По поводу вашего брата.
— Какого черта! — вновь налился кровью Шпигель. — У меня нет брата!
— То есть как? — опешил аль-Рашид. — А Улен? Улен Ван Дайк?
— Он не брат мне.
— А кто же тогда?
— Ехидна!
— Послушайте, — увещевательно произнес Георгий и, поняв, что приглашения не дождаться, решительно сел в кресло, — вам все же придется поговорить со мной. У меня есть серьезные основания подозревать, что смерть Улена не была естественной.
— Ес-стес-свенной и — ик! — ракообразной… Эй! Ты чего тут? Нечего тут… Ишь, расселся! Давай, катись уже в жо… — Тут он запнулся и спросил слегка протрезвевшим голосом: — Постойте… Это вы сейчас о чем?
— Возможно, ваш брат — жертва преступления, — значительно, с расстановкой произнес аль-Рашид, закидывая ногу на ногу и доставая сигару.
— Преступления? — нахмурился Ван Дайк, еще более трезвея и прекратив наконец икать. — Какого такого… у него ж рак мозга… обнаружили… поздно обнаружили. Метастазы и все прочее…
Собственно, никаких оснований ставить официальную причину смерти Улена под сомнение у аль-Рашида не имелось. Но он отлично знал, что люди всегда охотнее доверяют плохим новостям. И решил этим попользоваться. Надо же как-то разговорить этого упертого голландца.
— И кто вам это сказал? — закурив, спросил он с ноткой легкого сарказма в голосе.
— Как, то есть, кто? — растерялся Шпигель. — Никто… то есть пришло сообщение… ну, соболезнования из этого… «Ум Муна». Официальное сообщение! За подписью пресс-секретаря компании… этого… не помню фамилии… Какого черта? Да и в новостях…
— Вот видите, — с сочувствием протянул Георгий и, переходя на деловой тон, резюмировал: — Значит, ваша информация — от третьих лиц, непроверенная.
А на похоронах вы, конечно, не присутствовали. И с медицинским заключением не знакомы, так?
— Не знаком. И не присутствовал, — буркнул Ван Дайк. — А вам-то самому что известно? Ну? Что? Выкладывайте уже! Сейчас же.
— Прямо сейчас не получится, — сокрушенно покачал головой аль-Рашид, выпуская облако ароматного дыма. — История