– Я один сяду в весла, а ты правь по ветру, – сказал Митя.
Маня помогала кормовым веслом. Лодка понеслась быстро-быстро.
«Надо засветло попасть на берег», думала Маня.
Море вскипало мелкими бурунами, ветер нес соленые брызги, темная туча наползала сзади. Справа тянулся берег. Вылизанная морем, совершенно гладкая стена утеса упиралась вершиной в обрывки облаков и зловеще блестела в последних лучах заката.
Около островка лодку, подхваченную новой струей течения, снова потянуло от берега.
Девочка сменила Митю и усиленно гребла.
– Все равно не на берег, так на остров попадем, – шептали побелевшие губы Мани.
– Митя, держи немного вправо, держи вправо… Скоро на берег приедем. Держи весло крепче! Когда лодка идет скоро, ее не зальет.
Островок рядом. Слышно было, как о скалы с шумом ударялись волны. Тысячи чаек, пронзительно крича, кружились над взволновавшимся морем. Черные бакланы, точно обрывки густой тьмы, носились около камней и, пугая детей, садились на выступы скал.
Пролетели, свистя крыльями, утки. Несколько сивучей высунуло из воды свои усатые морды. Надвигающаяся буря подняла всех, заставила искать нового места на предстоящую ночь.
Дети обогнули мысок и очутились в затишье.
– Держи к берегу, держи к берегу! – закричала Маня.
На берегу на песочке, на камнях, на скалах сидели чайки. Когда лодка повернула за мысок, они все, большие и маленькие, поднялись огромной тучей и закружились над заливчиком. Своим разноголосым писком птицы заглушали Манин голос:
– Держи вот сюда! Между двух камней! Там на берегу песочек!
Как только лодка уперлась носом в землю, девочка и мальчик, не медля ни минуты, выскочили на берег и подтянули лодку на сушу.
– Потом лучше подтянем, – командовала Маня, привязывая канат за корягу. – Теперь надо скорее шалаш делать, а то сильный дождь будет. Успеем – хорошо нам будет, не успеем – намокнем и пропадем.
Она взбежала на берег, долго искала место и наконец крикнула:
– Вот здесь! Здесь прилив не достанет, дождь не смоет. Это хороший бугорок. Давай таскай скорее палки! Весла тащи сюда, доски из лодки тащи сюда!..
Пока Митя таскал весла и доски, Маня нарезала высокой травы и свила несколько жгутов.
Из шести палок она связала две козлины, положила на них весло, а к нему прикрепила в наклонном положении все остальные палки, соорудив таким образом остов шалаша. Доски из лодки уложила наподобие пола.
– Теперь ты иди рви сухой мох; только больше, вон там, за скалами.
– А там змей нет? – спросил испуганно мальчик.
– Ничего нет. Да смотри, скорей. Шалаш будет – живы будем.
Митя искал сухой мягкий мох, а девочка срезала ножом высокую жесткую, похожую на камыш траву.
– Ну, теперь давай крыть шалаш.
Проворно и ровненько расстилала Маня траву, закрепляя ее у конька тоненькими жгутиками. Когда окончили шалаш, было совершенно темно. Мох, как хорошая перина, заполнил весь пол шалашика.
– Хорошо, Митя! Хороший мох набрал! Всё хорошо сделали. Теперь пойдем лодку укрепим, рыбу оттуда унесем, хлеб уберем… А сахар у тебя остался? – спросила она улыбаясь.
– Сахар еще есть.
Когда кончили всю работу, Маня остановилась около входа в шалаш и тяжело вздохнула:
– Пить хочется.
– Я тоже пить хочу, Маня, – устало прошептал мальчик.
– Где воды возьмем? Где тут вода?
Мгла накрыла островок; все слилось с близстоящими утесами; исчезли лучистые звезды. Шумливый ветер гнал мимо шалаша холодный туман.
– Ты, Митя, полезай в шалаш, сиди там, а я схожу в ущелье, где-нибудь найду сладкой воды [19] .
– Я не останусь один, я пойду с тобой. Я боюсь!
– Чего испугался? Здесь на острове никто не придет. Там в камнях скользко; в твоих сапогах ты сломать себе ногу можешь.
После усиленной работы веслами и постройки шалаша у Мани пересохло во рту и слипались губы.