Всего за 219 руб. Купить полную версию
Там не «серая
зона», они на самом деле адекватны и конгруэнтны земным аналогам, то есть, короче говоря, не есть фантомы или порождения потусторонних сил.
Вернувшись на Землю, не потянут за собой никаких «теней».
Кроме того, я сумел зафиксировать частоты, на которых ты, Андрей, «переговаривался» с дуггурами. Они исходили из уничтоженной вами
«медузы», и я пока не уверен, что в своем мире, общаясь между собой, означенные существа используют такие же. Я не уверен и в том, что
отсюда, из Замка, удастся послать сигнал за пределы границы миров, разделяющей нас и их. Из «настоящего» времени – может быть. Однако
нельзя исключать, что мы с ними существуем в слишком разных мыслесферах, связь между которыми возможна только посредством эфирных мостов,
отнюдь не напрямую. Совершенно так, как ни одному некроманту не удавалось непосредственно связаться с настоящим «загробным миром». Почему
мы и не располагаем достоверными сведениями, что там происходит…
– А как же, – спросил любознательный Шульгин, – Артур, Вера и похождения Ростокина? Самые что ни на есть загробные дела…
– Ничего подобного, – замахал перед нашими носами длинным пальцем Удолин. – «Серая зона», только и единственно. Кое-кто из нас может
проникать в нее отсюда, кое-кто – оттуда. Это как бы барьер безопасности между абсолютно несовместимыми сущностями. Есть мнение, что
египетские и шумерские жрецы имели прямые контакты с _другим_ миром, но документальные подтверждения отсутствуют. Да и что бы я делал в
загробье Осириса, Изиды, Мардука и прочих? С тех пор так все изменилось, усложнилось…
– Это точно, – подтвердил Шульгин, вспомнив собственный визит в IX век до нашей эры. – Не думаю, что их «тот» свет был лучше «этого».
– Так что, будем искать «серую зону» между нами и дуггурами? – спросил Новиков.
С момента возвращения он непрерывно прислушивался к себе и с радостью отметил, что сидевший в нем источник тоски и боли исчез. Он снова был
в полном порядке.
– Именно и непременно. Материалов вы мне предоставили достаточно. Дело за мной. Что я вам еще скажу… – Константин Васильевич разлил всем
специально для него сотворенный коньяк, чрезвычайно старый и редкий. Новиков обратил внимание, что уровень жидкости в бутылке с момента их
ухода не понизился. Это понятно, находясь в трансе, профессор пить не мог. А сейчас решил восполнить упущенное, да и другим невредно
подправить эмоциональный баланс. – Про ваши планы отправиться на поиски приключений я знаю. Хотел составить компанию, вновь пережить
молодость, исправить кое-какие ошибки. Теперь решил по-другому. Если вы не станете возражать и обеспечите достаточное финансирование, я мог
бы собрать по всему миру сильную команду специалистов в нужных областях. Чтобы с _нашей_ позиции вплотную заняться проблемой дуггуров.
Более того, свою лабораторию я мог бы развернуть там, откуда вы только что вернулись. Если вы сможете договориться с мадам Дайяной и
переправить меня туда в физическом облике. Эфирные тела пригодятся мне для экспериментов…
Идея Удолина в первый момент показалась Новикову дурацкой, а во второй – гениальной. Не с его точки зрения, с противоположной. Нет,
профессор, само собой, будет заниматься своими исследованиями, наверняка небесполезными, но под этим прикрытием можно организовать еще одну
операцию…
После пережитых душевных мучений сейчас думалось легко и раскованно.