Всего за 4.95 руб. Купить полную версию
Он дёрнулся, как раненая птица…
Хотел перевернуться, но не смог:
На нём верхом сидела Аббатиса,
Зажав его в железный обруч ног!..
Увидев это, наш Мазетто ахнул
И вмиг стряхнул с себя остатки сна…
МАЗЕТТО(в зал, шёпотом)
Ведь на меня присел не лёгкий ангел,
А женщина размером с кабана!..
АББАТИСА(пытаясь расстегнуть на Мазетто одежду)
Снимай штаны, сокровище ты наше!..
Да помоги же, сонный гамадрил!..
МАЗЕТТО(чуть слышно, но с заметной у грозой)
Не трогала бы ты меня, мамаша!..
От неожиданности АББАТИСА вскакивает, как ошпаренная.
АББАТИСА(кричит)
О чудо!.. Наш немой заговорил!..
МАЗЕТТО(громко и со злобой)
Ах, чудо?!. Посмотрел я на тебя бы,
Когда б тебя всем скопом втихаря
Насиловали бешеные бабы
С июня до начала октября!..
(Успокаиваясь)
Давай-ка, дорогая, лучше миром
Мы наше дело тайное решим…
Я чудно отношусь к сестричкам милым,
Но… для меня смертелен ваш режим!..
(Умоляюще)
Дай мне уйти!.. И дам я клятву Богу –
А слов таких я не швыряю зря! –
Что больше не приближусь я к порогу
Ни одного в стране монастыря!..
АББАТИСА(морщится)
Э-э, глупости!.. Ты сам порассуждай-ка…
Ты частью монастырской стал судьбы!..
Какая же разумная хозяйка
Выносит сор скандала из избы?..
Работай здесь, покамест хватит силы,
О прежней вольной жизни не скорбя.
А как помрёшь – местечко для могилы
В саду мы обеспечим для тебя!
РАССКАЗЧИК(со вздохом)
Не вслух, но всё же выругавшись грубо,
Мазетто стал слугой монастыря.
И через месяц дал, конечно, дуба…
ЭКОНОМ(уточняет)
Ну, помер, по простому говоря.
РАССКАЗЧИК
Хоть наш герой недолго жил на свете –
Он не был, как вы знаете, скопцом…
В монастыре рождаться стали дети…
ЭКОНОМ
Все, как один, с Мазеттовым лицом.
РАССКАЗЧИК
Но то ль случилась связок анемия,
То ль языка случился паралич, –
Все дети были сплошь глухонемые…
«Гы-гы… Мы-мы…» – вот их семейный клич.
Шло время. У детей рождались внуки,
И, подтверждая с дедушкой родство,
Они произносили те же звуки
«Гы-гы… Мы-мы…» – и больше ничего!..
Из монастырских записей известно:
Потомков этих множилось число.
В монастыре с годами стало тесно,
Поскольку население росло.
ЭКОНОМ(виновато)
Я как-то раз случайно не задвинул
Тяжёлую щеколду от ворот…
РАССКАЗЧИК
…И в щель образовавшуюся хлынул
Внутри не помещавшийся народ!..
Случилась населения утечка,
Часть внуков оказалась за стеной.
Стал монастырь местечком. А местечко
С годами обещало стать страной.
И косвенные внуки, и прямые –
Все грамоты боялись, как чумы.
Была страна, где все глухонемые.
И был один язык: гы-гы… мы-мы…
Поймёшь не сразу, кто о чём горланит
В угаре всенародной кутерьмы…
«Гы-гы…» – толпе советует парламент,
Толпа не соглашается: «Мы-мы…»
Один кричит про вспашки новый метод,
Другой – конец, мол, света недалёк, –
«Гы-гы… Мы-мы…» – вопят и тот, и этот,
И в результате – вроде диалог.
Лингвисты из какой-то Миннесоты
Пытались местный выправить язык,
Но тут уж возмутились патриоты:
Пускай народ гутарит, как привык!..
Страна была когда-то даровита,
Но умников с годами вымер вид,
И как итог – не стало алфавита…
«Гы-гы… Мы-мы…» – вот весь их алфавит.
Бывало, кто-то вдруг да испытает
Соблазн на солнце выползти из тьмы…
Стараются… Но звуков не хватает
Провыть «Мы не рабы-ы!.. Рабы не мы-ы!..»
Такую вот переживает драму
Талантливейший некогда народ…
Бессмертный текст, как «Мила мыла раму»,
Ничей не выговаривает рот!..
Подумаешь – и сразу станет жарко,
Что ж будет со страной несчастной той,
Когда однажды в мир придёт Петрарка,
А после – страх подумать! – Лев Толстой?!.
А впрочем, есть один толковый малый…
У рыночных слоняется ворот…
Так тот других нормальнее, пожалуй,
Но приглядишься – полный идиот!..