Дей Кийн - Странный свидетель стр 3.

От запаха ее дешевых духов его затошнило. Чтобы избавиться от ее домогательств, он заказал ей рюмку и углубился в газету. Что же тут происходит?

Яркие заголовки сообщили об исчезновении какого-то Фнлмера Пирса, и имя это почему-то показалось Джексону знакомым. А потом он вспомнил. Пирс — стареющий плейбой, наследник огромного состояния Пирсов, заработанного трудолюбивыми предками. Он прочел отчет, а потом наткнулся на одну обширную статью и прочел ее всю.

Потом он обнаружил заметку и о себе. Харт Джексон, известный чревовещатель и владелец ночного клуба, сегодня был освобожден из Стейтвилля, где он отбыл семь лет и освобожден условно. Он, как и прежде, считает, что был осужден несправедливо, и заявил, что у него есть свои планы, но он предпочитает о них помолчать. Джексон был осужден за убийство прекрасной Элен Адель, певицы в богатом клубе Вели…

Тут он ощутил прикосновение к своему колену, но даже не пожелал поднять глаза.

— Сматывайся отсюда, дорогая. Полагаю, одной рюмки с тебя достаточно. Я же сказал, что не ищу приключений.

А потом его озарило: он понят, кто это. Духи были свежие и возбуждающие.

— Как вы здесь очутились? — спросил он у нее.

— Я ехала за тобой с автобусной остановки.

— Зачем?

— Я же сказала, что должна с тобой поговорить.

— О чем?

— О нас.

— Не понимаю. — Джексон покачал головой и заметил, что губы у нее дрожат, а лицо от волнения покрылось пятнами.

— А если я скажу тебе, что знаю о том, что Эванс напрасно посадил тебя за решетку, обвинив в убийстве?

— Откуда ты знаешь?

— Предположим, что Флип сам мне об этом рассказал, как он свалил на тебя вину.

Джексон с интересом взглянул на девушку.

— И ты согласилась бы дать об этом письменные показания?

— Да, но при одном условии.

— А именно?

— Если ты на мне сегодня женишься. Немедленно!

Он снял шляпу и озадаченно провел рукой по волосам. Потом подозвал бармена.

— Еще двойной виски для меня. А ты что будешь пить?

Бармен открыл было рот, но одумался и произнес:

— О'кей! Двойной виски для вас и шотландское с содовой для мисс Уинстон.

— Похоже, вы знаете друг друга, — улыбнулся Джексон.

— Меня многие знают, — ответила она с безрадостной улыбкой. — А зовут меня Тельма, если тебя это интересует.

Джексон решил продолжать игру. Его заинтересовало, что за всем этим скрывается, черт возьми…

— Рад познакомиться с тобой, Тельма. Итак, на чем мы с тобой остановились?

— Если ты на мне женишься, то я готова поклясться во всем и сделать все, что ты пожелаешь.

— Правильно. Именно на этом мы и остановились. И что сделать это надо непременно сегодня.

— Да, еще сегодня.

У него возникло чувство, будто его голова попала в стальные тиски. Кто-то из них двоих наверняка спятил. Но не он же, и у нее не было никаких признаков сумасшествия — здоровая девка, вот и все. Может, только губы дрожат.

— Если я правильно помню, то перед обрядом надо еще кое о чем позаботиться. Например, о брачной лицензии.

Она вытащила из кармана бумагу.

— Я еще вчера это сделала. — Ее губы задрожали еще сильнее, она положила на эту бумагу пачку денег. — Я плачу тебе пятьсот долларов. Позднее ты получишь еще больше. Точнее говоря, десять тысяч.

— Это что, неудачная шутка?

— Я говорю совершенно серьезно. Мне не до шуток.

На улице раздались выхлопы грузовика. Тельма вздрогнула. Судя по всему, она чего-то опасалась.

И, видимо, чувство большее, чем страх, заставляло ее действовать подобным образом. Внезапно Джексон ощутил к ней жалость. Он положил свою руку на маленькую ладонь, покоящуюся на столе.

— О'кей! Скажи мне только одно, почему ты хочешь выйти замуж именно за меня?

Она с хитрецой ответила:

— Потому что я знаю… не спрашивай меня откуда… что ты порядочный человек, Харт Джексон. — Она смотрела на него мокрыми глазами. — Именно таким я и представляла себе человека, которого когда-нибудь полюблю. Человека, который борется за то, что ему кажется правильным. Такого, кто заботится о своих близких…

Джексон погладил ее по руке.

— Почему бы тебе не рассказать мне всю правду?

Она качнула головой.

— Не могу… Не здесь… Это слишком долгая история. Но как только мы поженимся, я расскажу тебе все. Ты будешь знать все. — Она замолчала и потом добавила: — Отдай мне оружие, которое у тебя есть. Так будет лучше. Тебя ведь отпустили условно.

Джексон убрал свою руку. Он с горечью подумал, что легко попался на удочку. Он уже было поверил этой девушке и подумал, что у нее есть основания выйти за него замуж. Из малышки получилась бы отличная актриса. Она чуть было не положила его на обе лопатки. Ей нужен был не он, а его револьвер, которым он собирался прикончить Эванса. Он покачал головой.

— Ничего не выйдет. И до моей поимки дело все равно не дойдет.

— Но ты женишься на мне?

Джексон неожиданно ощутил усталость. Как-то странно устроен этот мир. Маленькая красотка предлагает ему жениться на ней, чтобы заманить в западню — о таком трюке он еще никогда не слышал. Наверняка она кратчайшим путем приведет его к Эвапсу… но ведь это ему и надо! Он же искал с ним встречи.

Он решил поймать ее на слове.

— Согласен! Мы поженимся сегодня же.

Теперь ему все представилось как будто в каком-то странном сне. Такого на самом деле не бывает. Вот-вот раздастся звонок, и он проснется в своей камере. Ведь такое на самом деле не бывает.

Маленькая уютная комнатка в доме священника. Из кухни доносится запах жареного лука, а голос молодого священника словно убаюкивает.

— …на основании полномочий, данных мне Штатом, я объявляю Харта Джексона и Тельму Уинстон мужем и женой, во имя отца и сына и святого духа. Аминь!

Молодая, светловолосая девушка подняла к Джексону свое заплаканное лицо, и он сухо поцеловал ее в губы. Потом он протянул священнику одну из тех купюр, которые получил за часы.

Священник поздравил их с браком и проводил до двери. Какое-то мгновение Джексон постоял на веранде, вглядываясь в сгустившиеся сумерки. Затем быстро прикурил сигару, прикрывая рукой пламя спички.

Его молодая жена смахнула со своего лица слезы.

— Ну вот, теперь я больше не буду плакать. Ты мне веришь?

Он помог ей спуститься по ступенькам, все еще недоумевая.

— Что ж ты своего добилась, — бросил он. — А что дальше?

Тельма посмотрела прямо ему в глаза.

— Что хочешь. Я твоя жена во всех отношениях.

— У тебя есть квартира?

— Да… но мне не хотелось бы туда.

— Почему?

— Я объясню тебе это позднее. Почему бы нам не отправиться в отель?

— Ты серьезно?

— Да.

— В какой отель?

— Ты все еще мне не доверяешь, Харт?

— Возможно.

— Но ты обязан мне верить, — умоляюще произнесла она и поцеловала его.

Разве может в такой момент существовать ненависть? Ведь у него не было женщины семь лет, а ее мягкое и податливое тело нежно прижималось к нему. Глаза Тельмы блестели.

— Прошу тебя, Харт, верь мне, — попросила она. И тут он заметил машину. Его рука моментально скользнула в карман. Из окошка машины высунулся Монах, держа наизготовку матово-блестящий автомат.

— Добро пожаловать домой, мой мальчик! — приветствовал он Джексона.

Тот чертыхнулся.

— Я так и знал, что ты меня предашь, маленькая гадюка!

Он оттолкнул ее и нагнулся за выпавшим револьвером, блестевшим на траве.

Машина, за рулем которой сидел сам Флип Эванс, остановилась. Девушка подставила Джексону ногу, и тот растянулся на траве.

Монах начал стрелять.

Джексон слышал, как прорычал Эванс:

— Уйди с дороги, ты, маленькая идиотка! Ты слышала, что я сказал…

В домике священника открылась дверь, раздались чьи-то крики. С угла послышался полицейский свисток. Ему отозвалась сирена полицейской машины, находившейся неподалеку. Выстрелы смолкли, машина развернулась и исчезла в темноте.