- Слов нет, теория приятная, - медленно произнес Джевонс. - Но что до Венеры… Нет, не верю я, что постоянная колония может чего-то достичь, когда колонисты вынуждены жить на плотах сложной конструкции и не смеют высунуть нос наружу без маски.
- Ну, конечно, - подтвердил Дикстра. - Потому я и говорю - техническая задача. Превратить Венеру во вторую землю.
- Погодите! - крикнул Хоуторн и вскочил.
Никто и не поглядел в его сторону. Для всех сейчас существовал только смуглый темноволосый голландец с его пророчествами. Хоуторн стиснул руки и сверхчеловеческим усилием, напрягая каждую мышцу, заставил себя сесть.
Сквозь облако табачного дыма Дикстра сказал:
- Известно вам строение этой планеты? Ее масса только-только перевалила за точку Игрек…
Даже и тут Мак-Клелан не стерпел:
- Нет, мне неизвестно. Что за точка такая?
Но это сорвалось у него непроизвольно и осталось без ответа. Дикстра смотрел на Джевонса; тот кивнул. И геофизик торопливо стал объяснять:
- Так вот, когда кривая "масса - давление" вдруг падает, это показатель неоднозначный. В центре планеты с такой массой, как у Венеры, может существовать троякое давление. Одно, какое сейчас налицо, соответствует малому ядру сравнительно невысокой плотности при мантии большего объема, состоящей из горных пород. Но возможен ведь и случай более высокого давления, когда у планеты большое переродившееся ядро, а соответственно больше общая плотность и меньше радиус. С другой стороны, в точке Игрек возможен и случай еще более низкого давления в центре. Тогда мы получаем планету без настоящего ядра, состоящую, наподобие Марса, из перемежающихся слоев горных пород и магмы. Так вот, это двусмысленное состояние неустойчиво. Существующее сейчас небольшое ядро может перейти в иную фазу. Это положение неприменимо ни к Земле - ее масса слишком велика, ни к Марсу, у которого масса недостаточна. Но у Венеры она очень близка к критической точке. Если нижний слой мантии спадет, ядро станет больше, общий радиус планеты - меньше, а высвобождаемая энергия проявит себя в сотрясениях и, в последнем счете, - в разогреве.
Дикстра чуть помолчал, будто хотел, чтобы следующие слова его прозвучали еще весомей.
- С другой стороны, если уже разрушенные атомы нынешнего малого ядра возвратить к уровню более высокой энергии, к поверхности двинутся волны разрушительных колебаний, произойдет взрыв поистине астрономических масштабов, и, когда все снова успокоится, Венера станет больше, чем теперь, но менее плотной - планетой без ядра!
- Постой, приятель! - сказал Мак-Клелан. - Так что же, по-твоему, этот чертов мячик того и гляди взорвется у нас под ногами?
- Нет, нет, - сказал Дикстра спокойнее. - При теперешней температуре масса Венеры несколько выше критической. Ее ядро сейчас во вполне устойчивом состоянии, и на этот счет можно не волноваться еще миллиард лет. Притом если температура и возрастет настолько, чтобы вызвать расширение, оно не будет таким бурным, как полагал Рэмси, потому что масса Венеры все-таки больше установленной им для точки Игрек. Взрыв не выбросит значительного количества материи в пространство. Но разумеется, он поднимет на поверхность океана материки.
- Ого! - Джевонс вскочил. (Хоуторн словно проваливался в гнетущий кошмар. За стенами усиливался ветер, океан кипел: шторм надвигался ближе.)
- Так, значит, по-вашему… радиус планеты увеличивается, резче обозначаются неровности коры…
- И на поверхность выносятся более легкие горные породы, - докончил Дикстра и кивнул. - Вот, все это у меня рассчитано. Я даже могу предсказать, какова примерно получится площадь суши - почти равная земной. Вновь поднятые из океана горные породы станут в огромном количестве поглощать двуокись углерода, образуя углекислые соли. И в то же время для фотосинтеза можно все засеять специально выведенными видами земной растительности - вроде хлореллы и прочего, чем мы сейчас поддерживаем воздух на межпланетных кораблях.
Все это буйно пойдет в рост, высвобождая кислород, и довольно скоро будет достигнуто необходимое соотношение. Я вам покажу, что состав атмосферы можно установить точно такой, как сейчас на Земле. Кислород образует слой озона, он преградит доступ ультрафиолетовым лучам, - сейчас, конечно, уровень облучения убийственный. И в конце концов - еще одна Земля! Разумеется, более теплая, с более мягким климатом - для человека нигде не будет чересчур жарко, - все еще окутанная облаками, потому что ближе к солнцу, но все равно: Вторая Земля!
Хоуторн встряхнулся, пытаясь собраться с силами, - ему казалось, он выжат, как лимон. И подумал тупо: один веский практический вывод против - и все это кончится, и тогда можно будет проснуться.
- Постой-ка, - сказал он каким-то чужим голосом. - Это блестящая мысль, но все процессы, о которых ты говоришь… ну, в общем, материки, наверно, можно поднять за сколько-то часов или дней, но изменить атмосферу - на это уйдут миллионы лет. Слишком долго, чтобы люди могли этим воспользоваться.
- Ничуть не бывало, - возразил Дикстра. - В этом я тоже разобрался. Существуют катализаторы. Притом выращивать микроорганизмы в благоприятных условиях, когда у них нет никаких естественных врагов, проще простого. Я рассчитал: даже не изобретая ничего нового, пользуясь только той техникой, которая уже создана, мы за пятьдесят лет приведем Венеру в такой вид, чтоб человек мог преспокойно разгуливать по ней нагишом.
А если мы захотим вложить в это больше труда, денег, больше научно-исследовательской работы, это можно проделать еще быстрей. Ну, конечно, придется попотеть над плодородием почвы, удобрять, сажать, медленно и мучительно устанавливать экологию Но опять-таки лиха беда начало. Первые поселенцы устроят для себя на Венере оазисы площадью в несколько квадратных миль, а уж потом на досуге их можно расширять сколько душе угодно. Можно вывести специальные виды растений и возделывать даже первозданную пустыню.
В океане, понятно, жизнь будет развиваться куда быстрей и без помощи человека. Так что скоро венериане смогут заняться рыбной ловлей, разводить всякие водоросли и тюленей. Развитие планеты пойдет даже быстрей, чем будет расти ее население, я вам это докажу с цифрами в руках! Первопоселенцам есть на что надеяться - их внуки станут богачами!
Хоуторн выпрямился на стуле.
- Тут уже есть венериане, - пробормотал он.
Его никто не услышал.
- Обождите-ка, - вмешался Мак-Клелан. - Первым делом растолкуйте мне, как вы взорвете этот шарик?
- Да разве непонятно? - удивился Дикстра. - Возросшая температура ядра даст энергию, чтоб привести еще сколько-то тонн материи в более высокое квантовое состояние. Тем самым давление снизится достаточно, чтобы дать толчок всему остальному. Довольно было бы взорвать одну хорошую водородную бомбу в самой сердцевине планеты - и готово! К сожалению, туда не доберешься. Придется пробурить на дне океана несколько тысяч скважин и устроить во всех одновременно солидный ядерный взрыв. И это никакая не хитрость. Радиоактивных осадков выпадет ничтожно мало, а то, что попадет в атмосферу, за несколько лет рассеется. Атомных бомб у нас хватит. Честно говоря, их уже наготовлено куда больше, чем тут потребуется. И право же, куда лучше использовать их таким образом, чем копить и копить, чтобы потом уничтожить одним махом все человечество.
- А кто даст деньги? - неожиданно спросил Чентун.
- Любое правительство, у которого хватит ума заглянуть вперед, если уж правительства на Земле не сумеют для этого объединиться Да не все ли равно! Государства и политические режимы преходящи, нации вымирают, культуры исчезают бесследно. Но человечество должно выжить - вот что мне важно! Обойдется вся эта операция не так дорого, не дороже, чем стоит один военный спутник, а выгоды, даже выраженные в самых грубых приблизительных цифрах, огромны. Прикиньте, сколько тут можно добывать урана и других материалов, которые на Земле почти истощились?
Дикстра обернулся к прозрачной стене. Буря уже надвинулась на Станцию. Под кессонами дыбились волны, ярились, разбивались светящейся пеной. Мощные неотвратимые удары сотрясали сталь и бетон, словно некий исполин, играя каждым мускулом, поводил могучими плечами. На палубу шквал за шквалом обрушивался ливень. Непрестанные вспышки молний отражались на худом лице Дикстры; перекатывался гром.
- Новая планета, - прошептал он.
Хоуторн снова встал. Подался вперед, уперся кончиками пальцев в стол. Пальцы окоченели. Собственный голос опять казался ему чужим.
- Нет, - сказал он. - Это невозможно.
- А? - Дикстра обернулся, словно бы неохотно отрываясь от созерцания бури. - Что такое, Нат?
- Ты убьешь планету, на которой есть своя жизнь, - сказал Хоуторн.
- Ну… верно, - согласился Дикстра. - Да. Впрочем, вполне гуманно. Первая же взрывная волна уничтожит все живые организмы, они просто не успеют ничего почувствовать.
- Но это убийство! - крикнул Хоуторн.
- Да брось ты, - сказал Дикстра. - К чему излишняя чувствительность? Согласен, жаль погубить такую интересную форму жизни, но когда дети голодают и один народ за другим попадает во власть деспотизма…
Он пожал плечами и улыбнулся.
Джевонс все еще сидел, поглаживая худой рукой свою книгу, будто хотел пробудить к жизни друга, умершего пять веков назад. В лице его была тревога.
- Все это слишком внезапно, Вим, - сказал он. - Дайте нам время переварить вашу идею.