— Лет шесть. — Мария пришла наконец в более или менее равновесное состояние. Она больше не видела в полицейском! врага — скорее, удивительное существо, сумевшее в нелегких условиях абсорбции освоиться настолько, что стало частью государственной системы. К таким людям следовало относиться если не с уважением, которое они еще должны были заслужить, то с той обходительной вежливостью, с какой обычно «понаехавшие» относятся к местным или, как правильнее сказать, «аборигенам».
— Как вы узнали о трагедии?
— Рина позвонила.
— Во сколько? — Берковичу было важно знать, когда Рина начала обзванивать друзей и знакомых — до его прихода или после.
— Не помню. Часов в двенадцать, наверно.
Значит, после.
— Ваш муж на работе?
— Мой муж в зарубежной командировке, — с некоторой долей издевки сказала Мария.
— Вот как? Кто он по специальности?
— Физик, работает в тельавивском университете.
— Цель командировки?
«Это имеет значение?» — спросила Мария высоко поднятыми бровями. Беркович молча ждал.
— Конференция в Гамбурге.
— Когда вернется?
— Послезавтра, в пятницу, перед началом субботы.
Придется и Вайнштоку задать несколько вопросов, хотя он точно не мог иметь к смерти Натана никакого отношения. Хотя… Надо проверить — что, если Вайншток вчера, скажем, вернулся в Тель-Авив, а сегодня опять вылетел в Гамбург? Маловероятно, конечно, настоящий убийца вряд ли станет поступать так опрометчиво…
Беркович вытащил из сумки пакет с «вещдоком» и положил на стол. Он еще не сказал ни слова, а Мария резко наклонилась вперед, хотела взять пакет, но Беркович аккуратно отвел ее руки, покачал головой, и женщина принялась всматриваться в острые грани, пытаясь, видимо, разглядеть на них следы крови. Конечно, Рина рассказала подруге, чем был убит ее муж. Орудие убийства — как интересно! Но Беркович уже понял — Мария никогда прежде этого предмета не видела.
— Что это? — спросила она, разыгрывая неведение.
— Этим предметом был убит Натан. Видите острые грани?
— Кошмар какой… — Мария была искренне шокирована, Берковичу даже показалось, что она вот-вот вскочит и побежит в туалет, лицо ее сначала покраснело, а потом стало белым.
— Вам знаком этот предмет?
Мария покачала головой.