Главным оружием, которое использовали ксенофобные машины, были нанодизассемблеры. Они представляли собой тучи машин, не превышающих по размерам молекулы, которые, внедряясь в материальный объект, буквально разлагали его на атомы, мгновенно унося их с собой в виде облачка вещества. Причем осуществлялось это настолько быстро, что прочнейшая броня могла быть съедена в доли секунды. Частицы эти могли распыляться в виде облака коррозирующего газа, либо переноситься снарядами, либо быть внедренными в верхние слои обшивки ксеномашин, что делало столкновение с ними смертельно опасным. НКМ – наноконтрмеры, или наноконтрсредства, – в свою очередь, представляли собой субмикроскопические устройства, выстреливаемые наподобие огнетушащей пены из многочисленных сопел, разветвленная сеть которых пронизывала обшивку страйдеров. Устройства эти были запрограммированы на поиск нанодизассемблеров, с которыми они вступали в реакцию нейтрализации, чем предотвращали дальнейшее разрушение материи.
Тотчас из микросопел тяжелой бронированной манжеты, защищающей плечо "Полководца", вырвалось белое облачко газа, индикатор повреждения на визуальном дисплее Кати начал обратный отсчет и вскоре замер на отметке восемнадцать процентов, что означало глубину повреждения брони "Клинка". Теперь никакой опасности не было – так, пустяковая царапина.
Катя произвела повторный выстрел из главного орудия "Полководца", целясь в одну из толстых ног "Крейта". Огненная вспышка расплавила находившиеся под ногами ксенофобией машины песок и камни. Секундой позже в информационном окне дисплея Кати замигал огонек.
– Достал их! – услышала она мысленное восклицание Кингфилда, теперь он мог отключиться от "Звездного сокола". – Поражены три целиЕще две имеют серьезные повреждения…
– Возьми на себя скорострелы! – приказала Катя. Пока ее собственные руки были заняты в буквальном смысле – управляли главными пушками "Полководца". – Следующий удар нанести по "Крейту", координаты ноль-один-пять!
– Есть!
Словом "скорострел" среди профессионалов обозначалось скорострельная ротационная пушка, прототипом которой стали пушки Гатлинга конца XX начала – XXI века. Они стреляли 8-миллиметровыми снарядами, начиненными обедненным ураном, со скоростью 150 выстрелов в секунду. В свою очередь, вращающиеся стволы скорострелов испускали потоки снарядов, следующих друг за другом плотной цепью. Скорость полета такого снаряда достигала одного километра в секунду.
Катя услышала завывание – это восемь вращающихся стволов скорострела стали набирать скорость – и почувствовала смещение центра тяжести, когда орудийная башня в поисках мишени пришла в движение. Когда Кингфилд нажал на спуск, раздался пронзительный свист, и Катя ощутила сильную отдачу. В следующую секунду серебристый многогранник ксеномашины взорвался фонтаном металлических брызг – снаряд, по всей видимости, угодил в цель.
– Есть! – выдохнул Кингфилд. – Есть попадание еще в одну мишень!
Попадание есть, но вышла ли машина из строя? Сила взрыва разорвала "Крейт" на две части, но обе они выглядели вполне функциональными… обе передвигались и представляли смертельную угрозу.
Люди подразделяли машины ксенов на три основных типа. Главным оружием противника были "альфы", похожие в момент выхода из-под земли на змей, в процессе сражения они обрастали щупальцами и шипами. "Беты" представляли собой нечто совершенно иное – что-то типа ксенозомби, возникающих благодаря нанотехническим формоизменителям в виде человеческих машин, уорстрайдеров или транспортов.
Но самыми страшными из них были "гаммы". Являясь фрагментами "альф", они отличались размерами и могли быть не больше человеческой ладони, либо достигать одного-двух метров в диаметре. Каждый из них обладал самостоятельной мобильностью и имел оболочку, пронизанную сетью нанодизассемблеров, что позволяло машинам этого типа внедряться в любую броню, прожигая ее с такой же легкостью, с какой кислота прожигает кожу.
"Альфа" могла быть разорвана на куски, образуя самостоятельные фрагменты, – "гаммы", – которые были в состоянии продолжать сражение. Став менее подвижными и утратив способность поражать цели на расстоянии, они все же обладали смертоносным эффектом при прикосновении, который еще больше усиливался ввиду их миниатюрных размеров и несметного количества.
Самым лучшим защитным средством против гаммы была высокая температура. Помня об этом, Катя снова привела в действие протонные пушки и принялась осыпать "Крейт" шквалом протонного огня. В ушах у нее назойливо зазвучал сигнал тревоги, и краем глаза она уловила красные сигнальные огоньки, предупреждавшие ее о чрезмерном перегреве пушек, расход энергии достиг критической отметки. В любую секунду, если она будет продолжать такой интенсивный обстрел, энергетическая система уорстрайдера могла выйти из строя.
Слева от себя Катя уловила активное движение. Шо-и Руди Карлссон, местный локианский житель, получивший назначение к "Молотам Тора" совсем недавно, на своем двухместном LaG-42 почти вплотную подошел к обугленным останкам "Крейта" и теперь из 100-мегаваттного лазера, расположенного в стрелковой башне в области рыла "Призрака", смертоносной шрапнелью в смеси с расплавленными частичками песка и вспышками испепеляющего света поливал мерцающие фрагменты машины.
Следуя его примеру, Катя также переключилась на лазерное оружие "Полководца", парные стволы которого торчали по обе стороны морды страйдера, напоминая мощные челюсти фантастического исполинского насекомого. Мощностью в пятьдесят мегаватт оба они в течение одной сотой доли секунды источали столько энергии, сколько образуется при взрыве стандартного динамитного заряда. Чтобы привести в действие оба ствола, Катя наклонила корпус "Полководца" и слегка повернула его влево, потом прицелилась, наводя взгляд на мишень, и резким сокращением мигательных мышц левого и правого глаз, произвела выстрел, выпустив сразу две молнии.
Серебряная поверхность металлической обшивки ксеномашины отразила большую часть световой энергии, по поскольку безупречный глянец корпуса инопланетянина был уже нарушен, то там, где шершавая поверхность поглотила достаточно энергии, корпус взорвался фонтаном сотен малых фрагментов, размеры которых были столь малы, что уже не представляли никакой опасности.
– Командир Охотников! Ответьте! Командира Охотников просят срочно ответить, – услышала она по каналу общей связи женский голос. – Говорит контрольный пункт Шлутера. Мы нуждаемся в помощи в куполе!
– Командир Охотников на связи, – отозвалась Катя. – Что случилось? Обрисуйте ваше положение.
– Внутри главного купола находятся альфа-машины ксенов! Утрачена целостность главного отсека. Большинство людей скрылись в шахтах и загерметизировали входы, но спастись удалось не всем, тридцать или сорок человек оказались в ловушке на верхнем уровне! На уровне главного купола имеются повреждения, нанесенные нанодизассемблерами, процент повреждений достиг отметки два-два!
Черт! Оказаться в ограниченном пространстве внутри купола колонии грозило уорстрайдерам смертельной опасностью, но проигнорировать вызов она не могла.
– Контрольный пункт Шлутера, вы меня слышите? Держитесь! Вызов принят, помощь уже в дороге. Не высовывайтесь! Карлссон! Следуй за мной!
– Тай-и, вас понял!
Переключившись на канал внутренней связи, она добавила:
– Меняем курс, Митч!
– Есть, командир! Положитесь на меня!
Ноги уорстрайдера быстро заработали, и "Полководец", двигаясь в сторону купола, перешел на галоп. По каналу связи доносились хриплые, прерываемые разрядами статического электричества голоса, иногда, когда "Полководец" попадал в прямую зону действия высокоплотного лазерного луча связи, слышимость становилась идеальной.
– Охотник Четыре! – послышался дрожащий испуганный голос. – Говорит Охотник Четыре! Нахожусь под обстрелом! Нужна помощь! Срочно нужна помощь!
– Слышу тебя, Ник! Иду на помощь!
– Ксен под прицелом! Поразить цель! Произвести повторный выстрел! Воспользуйтесь воспламенителем!
– Херальд, будь осторожен! Справа по курсу, координаты один-пять-ноль!
– Он достал меня. Боже! Достал! Уберите их! Уберите!
– Говорит Второй! Четвертый попал в беду!
Четвертым Охотником был шо-и Херальд Николссон, еще один локианин. Катя перешла на оптический обзор и осмотрела всю местность. Вот он, она нашла его. Из бока "Боевого духа" Николссона била струя белого пара. Он был тяжелее местного воздуха, поэтому стелился густыми клубами у ног машины. В тридцати метрах от него распластался приземистый, ощетинившийся иглами, похожий на морского ежа ксеноаппарат из класса гадюк. Он продолжал обстрел поврежденного страйдера снарядами, оснащенными нанодизассемблерами.
– Митч, остановись, – сказала Катя. – Сорок градусов вправо!
"Полководец" замер, потом повернулся. Его стреляющие тяжелыми частицами пушки еще не остыли, а дуговые лазеры были не достаточно мощными, чтобы поразить цель. Переключив управление туловищем уорстрайдера на себя, Катя приготовила к бою утопленный в фюзеляже машины обтекаемый контейнер, несущий оружие III степени. Контейнер мог комплектоваться оружием разного типа; для этой операции Катя отдала приказ загрузить его ракетами М-22 с лазерным наведением.
– Цель захвачена! – раздался в голове мысленный крик Кингфилда. – Ведите ее, капитан!
Там, где Кингфилд обозначил цель, она видела мерцающую точку отраженного лазерного света.
– Приготовиться! Огонь!