- Сорок третья.
- Ставь, бабка, самовар. С водкой…
Снова чердак. По чердаку до конца дома. Выход на крышу. По крыше на соседний дом. С него на следующий. Чердак. Нужное мне слуховое окно.
Я надел тонкие хлопчатобумажные перчатки - негоже оставлять свои пальчики, где бы ты ни находился и что бы ни делал. Перекусил, размотал, свесил с балок какие-то провода, поставил стремянку, повесил табличку "Не подходить - высокое напряжение" и раскрыл инструментальный ящик. Под кучей гаечных ключей, пассатижей, отверток и напильников в специальном футляре находился лазерный сканер.
В глубине чердака на поперечной балке я отыскал единственное место, с которого была видна нужная мне стена отстоящего в четырех кварталах дома. Ну не в слуховое же окно мне высовываться, как показывают в некоторых шпионских фильмах. Мне лишние свидетели ни к чему.
В деревянную балку я ввинтил обыкновенную фотографическую струбцину. К ней присоединил направляющие сканера. Поставил, настроил сам сканер. Завесил его какой-то случайной грязной тряпкой. Совмещая мушку и целик, навел сканер на одно из окон. Зафиксировал положение.
Теперь мне не нужно было торчать возле "лазера". Теперь я мог копаться возле своих проводов.
Я надел на уши плеерные наушники, положил на колени прибор, напоминающий внешним видом электрический пробник, и нажал кнопку пуска.
Тонкий, невидимый невооруженным глазом луч лазера прорезал пространство от чердачной балки до окна и уперся в стекло. Теперь окно перестало быть окном, а стало гигантской, площадью в несколько квадратных метров, мембраной слухового сканирующего устройства. А луч лазера - передающей нитью. Довольно было самого малого, буквально в несколько микрон, колебания оконного стекла, чтобы световой луч уловил и передал, а лазер зафиксировал данное отклонение от нормы, чем бы оно ни было вызвано - проходящим по соседней улице трамваем или голосом человека. Дешифратор, лежащий у меня на коленях, преобразовывал механические колебания в звук.
Любое произнесенное в отслеживаемом помещении слово, любой шорох немедленно передавались на наушники и на записывающее устройство.
Замечательное изобретение отечественных ученых.
И бесполезное. Потому что окна молчали. Как запаянная в консервную банку рыба.
Выждав полчаса, я перевел лазер на следующее окно. И на следующее.
Результат тот же. То есть никакой.
Может, сканер испортился, пока я его по крышам и чердакам растрясал?
Я перевел мушку прицела на стену ближайшего ко мне дома.
- А то, что ты, стерва, ни одной рубашки нормально постирать не можешь, это нормально?
- Зато я не пью до бесчувствия и на те рубашки съеденный салат не выплескиваю!
- А пить или не пить - это мое личное дело! Я на свои пью. И на свои новые рубашки покупаю. А ты на мои!
- Тогда я…
Нет, сканер исправен. Если судить по звучащему в моих ушах страстному диалогу.
Я вновь навел лазер на объект. И вновь ничего не услышал. Окна были мертвы.
Нет, это не значило, что в квартире никого не было. Ведь улица-то не молчала. Улица шумела тысячами звуков, и стекла должны были доносить их до меня. Это означало гораздо худшее - что стекла были "зафиксированы". Они перестали быть мембраной и остались только окнами. Я не знаю, как они этого добились - установили позади окон звуконепроницаемые экраны, или облили стекла специальным, препятствующим колебаниям раствором, или предприняли что-то еще. Я знал итог - окна молчали. И это мое пребывание на чердаке было бессмысленным. Мне можно было совершенно смело спускаться в сорок третью квартиру. Чтобы хоть какую-то пользу принести сегодняшним прожитым днем.
Ну что, в обратный путь? Несолоно хлебавши?
Неожиданно резко и громко открылась чердачная дверь.
Этого мне только не хватало.
- Это что вы здесь делаете? - зашумел крупного вида мужчина.
- Электрику, - как можно спокойней ответил я.
- Какую электрику? Это наш эксплуатационный участок. А мы никого не вызывали!
- Вы не вызывали, а другие - вызывали, - пожал я плечами, подсоединяя болтающиеся провода к прибору. - Вы там поаккуратней, все-таки напряжение, - предупредил я незваного визитера, показывая на табличку.
- Какое на хрен напряжение? Покажите документы!
Вот ведь привязался!
- Пожалуйста, смотрите.
И я, изображая соответствующую моей должности работу, присоединил к прибору еще один провод.
Визитер приблизился к обрывкам висящей проводки и попытался отодвинуть ее рукой в сторону. Все-таки здорово я замаскировал подходы к своему гнездышку.
- Ну, где твой документ?
- Вот он.
И я включил прибор. Несколько большеемкостных конденсаторов подали напряжение в проводную оплетку, которой я завесился со всех сторон, как паук паутиной, и разрядились на оголенных концах.
- Ах, мать… - успел сказать невежливый проверяющий и кулем свалился на засыпанный золой пол.
Говорили же ему, предупреждали, что кругом электричество. Таблички предупреждающие вывешивали. А ему хоть бы что. Лез на рожон, как неграмотный. За что и поплатился. Памятки надо читать по электрической безопасности. А не орать. И умных людей слушать. Которые сведущи в электрике…
Я подошел к лежащему человеку и быстро ощупал его со всех сторон. У "работника жэка" под левой мышкой торчала рукоять автоматического пистолета. А в кармане отсвечивала красным глазком индикатора переносная радиостанция.
Ого! Хорошо стали экипировать жэковских работников!
Теперь надо делать ноги. И как можно быстрее. Уже через несколько минут сюда вломится целая бригада жэковцев. Всякие там сантехники, дворники, уборщики и прочая камарилья.
Я быстро снял сканер, собрал инструменты, подхватил стремянку - и был таков. По пути, по которому сюда пришел.
Теперь было понятно, почему молчали интересные мне окна. Потому что их "пасли". И, судя по оперативности охраны, "пасли" очень тщательно. А это, в свою очередь, говорило о том, что мой предшественник погиб не случайно. Теперь я в этом был уверен.
Я взял след!
Глава 7
И все-таки мне нужно было проникнуть в кабинеты подопечного. Просто необходимо! Потому что там была завязка всех интриг, сведших в могилу моего коллегу. Теперь я в этом был уверен. Абсолютно.
Я был уверен, но не знал, как эту свою уверенность подтвердить. Я не мог представить, как в нужных помещениях установить "жучки". Просто в голову ничего не лезло.
Подходы охраняются. Посторонние внутрь не допускаются. Вхожая в дом обслуга, уверен, осматривается и ощупывается самым тщательным образом. Помещения чуть не еженедельно "дезинфицируются" на предмет травли привнесенных извне "насекомых".
Как же попасть туда, куда попасть невозможно в принципе?
Загадка.
Я снова и снова отсматривал подходы и все более убеждался, что осажденная мною крепость неприступна. Хоть подкоп под стены копай.
Может, действительно подкоп?
Большим трудом и немалыми деньгами я раздобыл схему подземных коммуникаций и внимательно изучил ее. Подвод горячей и холодной воды, теплоснабжения, газа. Глухо! Везде понаставлены бетонные заглушки, а трубы имеют слишком малое сечение, чтобы по ним, предварительно отключив воду, протиснуться куда требуется. И кроме того, взрезка труб на двух концах не останется незамеченной. Негодный проект. Никуда не годный.
Может, тогда по воздуху?
Купить пару ангельских крыл и, помахивая ими и распевая сладкоголосые песни, снизойти на нужную крышу. Хорошо бы.
А почему ангельские? А почему, к примеру, не дельтаплан? Или парашют.
Но откуда на них спрыгнуть?
С вертолета. Скажем, где-нибудь чуть в стороне от центра зависнет вертолет. С него выпадет один ничем не примечательный парашютист, раскроет выкрашенный в черный цвет купол и тихо спланирует на крышу.
Какие в этом плане плюсы?
Скрытность доставки.
А минусы?
Навалом. Во-первых, куда потом, сделав дело, с этим парашютом деваться? Попросить охрану вывести на улицу, изображая катапультировавшегося в результате аварии бомбардировщика военного летчика?
Смешно.
Во-вторых, как объяснить присутствие в небе над Москвой незнакомого зависшего вертолета? Все полеты над столицей регламентируются и прослеживаются. Подобный незарегистрированный полет поставит на уши охрану всех правительственных объектов. Моего в том числе.
И наконец, в-третьих, как мне на эту крышу умудриться попасть? Я, конечно, с парашютом прыгал, но приземлиться с высоты тысячи метров в круг диаметром три сантиметра, как это делают на соревнованиях спортсмены, - не сумею. И потом, здесь столько электрических проводов понатыкано, что, маневрируя в темноте, можно сгореть задолго до места приземления. Или повиснуть на них, как новогодняя игрушка…
Стоп. Притормозимся. Что я сказал - проводов? Вот именно, проводов. Очень много электрических проводов. Перекинутых с крыши на крышу. С ненужной крыши - на нужную!
А что из себя представляют провода? Туго натянутую стальную проволоку. Между прочим, не самого маленького сечения!
Желая проверить свои соображения, я немедленно поднялся на ближайшую крышу. Вот они. Диаметром чуть не пять миллиметров. Такие и бегемота средней упитанности выдержат. Если он не будет раскачиваться.
Хорошо, допустим, я могу соскользнуть по наклонной плоскости с более высокой крыши на менее высокую. Как по горке, на роликовых, зацепленных за провод салазках. А как я поднимусь обратно? Сила тяжести здесь мне уже не будет союзницей. Перебирать руками, зависая на открытых пространствах на десятки минут?
Не подходит!