дорогу в президенты Первого факультета и весьма преуспел в этом. Задурив мозги множеству студентов, он вскоре воспользовался демократическими правилами и занял этот пост на долгие двадцать шесть лет.
С той поры и повелось, что Первыми президентами становились одни только уроженцы Лондона, но при этом они делали всё, чтобы приехать в Кёнигсберг из любого другого города, но уже на конкретное, тёплое местечко. В общем в какой-то мере академию оседлал криминальный мир Англии, в которой всегда презрительно отзывались о Пруссии. Когда мы с помощью полусотни агентов в Вышке и ещё полторы тысячи агентов в Европе отследили всю сеть и я доложил обо всём дядюшке Фрицу, тот пришел в ужас. Ну, а сегодня, в три часа пополудни вся эта история должна благополучно завершиться. Очное чтение мозгов выявило все жертвы, невольных соучастников, активных участников и всех заправил заговора. Были установлены их банковские счета и найдены ценности, нагло присвоенные и незаконно полученные путём махинаций, а также определена вина каждого. Оставалось только поставить их перед фактом, что заговор раскрыт и эту обузу навесили почему-то на меня. Не знаю, что я сделал дядюшке Фрицу, раз он решил сделать именно меня главным разоблачителем? Мне только этого не хватало для полного счастья.
Пятнадцатого августа занятия заканчивались в час дня. По графику мне как раз выпало весь день находиться в учебном корпусе факультета Артефактной магии. Этот раздел магии, построенный на использовании древних реликвий, мне особенно нравился. Ещё бы, если тебе повезёт и ты сумеешь купить с десяток древних изделий оружие, украшения, предметы быта и особенно всяческие культовые штучки в виде фигурок древних богов, то у тебя появится прекрасный шанс раскрыть их тайную природу и превратить в мощнейшие магические артефакты. Ничего удивительного в этом не было, ведь таким образом ты мог поставить себе на службу не только духов предков, но и их древних богов. Главное, чтобы тебе в руки попалась такая вещица, которая долгое время, из поколения в поколение, передавалась из рук в руки и потому запомнила множество людей. Особенно ценилось древнее оружие из камня, меди и бронзы, железо ведь стали ковать позже, а также всяческая культовая атрибутика, затем шли ювелирные изделия, но и хорошо сохранившаяся древняя посуда также была хороша и с её помощью маги творили самые настоящие чудеса. Поэтому на всей планете постоянна шел поиск артефактов и куда только не забирались охотники за древностями.
Самое же оригинальное в артефактной магии заключалось в том, что если ты охотник за артефактами или тебе совершенно случайно удалось найти древнюю вещицу, то каким бы ты магом не был, магического артефакта ты из неё не изготовишь. Любая древняя вещица обязательно должна быть сначала выставлена на аукционе и куплена, нет, не магом, а торговцами артефактами, а уже потом, когда она будет лежать на прилавке, ты мог прийти в лавку, выбрать понравившуюся тебе вещицу и изготовить из неё магический артефакт для себя или на продажу. У Малкольма имелся очень могущественный магический артефакт, которым он пользовался в своей злонамеренной деятельности древний малайский трёхволновый крис размером с небольшой кинжал. Малайские крисы, даже недавно изготовленные, и без того являются мощными магическими инструментами, но крис Малкольма был особенным. Какой-то древний кузнец выковал его из очень редкого метеорита, состоящего не из метеорного железа, а из платины, и этим крисом в древности приносились жертвоприношения.
Хотя Малкольм и болтал на каждом углу, что древние малайские колдуны перерезали им сотни глоток, я в это не очень-то верил. Максимум, на чью жизнь посягали древние малайцы, принося жертвы богам, так это куры, редко свиньи. Тем не менее какой-то маг ещё очень давно изготовил из древнего ритуального криса очень мощный магический артефакт, с помощью которого его владелец мог воплощать в жизнь свои замыслы. В общем этот крис Малкольм купил вместе со своим президентским постом в Вышке и мне сегодня предстояло у него отобрать. Я не считал этот крис зловещим, как некоторые из моих друзей, тем более пугающим, так он действовал на первокурсниц, и, уж, тем более, хоть сколько-нибудь опасным. Ну, чего, скажите, может быть опасного в волнистом платиновом ножичке длиной в двадцать три сантиметра и шириной в три? Вот и я тоже считаю, что ровным счётом ничего, если использовать его, как оружие. Тем более, что у каждого студиозуса на поясе болталась шпага, если это парень, или довольно длинный, узкий кинжал, которым были вооружены все девушки и умели ими очень даже неплохо пользоваться. Да, и метательные ножи также имелись у всех.
Преподаватели, между прочим, тоже были все вооружены,
а профессор Кабаяси Сэнко, по прозвищу Рыжий Самурай, наш препод по истории холодного оружия, так везде расхаживал с небольшим древним, магическим луком, постоянно летавшим справа от него. Хуже того, этот летающий лук-ханкю ещё и стрелял по нам магическими стрелами тотчас, стоило кому-то шепнуть хоть слово и потому к концу часа мы чуть ли не все были похожи на ёжиков, а всего за пару можно было схлопотать и десятка три стрел в руки и грудь. Правда, стрелки были безвредными, да, к тому же ещё и источали тонкий аромат, который, по словам Самурая помогал усваивать материал. История холодного оружия занимала всего два семестра и потом студенты к ней уже никогда не возвращались, но знать её было просто необходимо по той причине, что в артефактной магии очень уж многое завязано именно на холодном оружии. Опытные и могущественные барахольщики, такое прозвище было у артефактных магов, очень часто налагали магические заклятия на что ни попадя, как раз используя оружейную лексику, и если ты не знаешь, чем гладиус отличается от иберийского меча, то лучше даже не пытаться разрушить такое заклятие. Самурай знал это лучше кого-либо и потому так настойчиво вдалбливал в наши головы свой предмет.