Здравствуй, Хенрик, холодно произнесла женщина.
Табита. Хенрик посмотрел на нее с пренебрежением. Полагаю, ты пришла сюда сказать, что сожалеешь о своем решении, принятом в колледже.
О каком именно решении речь?
О решении выйти замуж за вора драгоценностей, ввязаться в нелепые выходки его семьи и несколько раз чуть не попасться.
Главная фраза здесь «чуть не», улыбнулась она ему. Я здесь для того, чтобы попросить тебя не позволять нашему не самому удачному прошлому влиять на твои решения здесь сейчас, или мне придется подать жалобу Совету Старейшин.
Хенрик фыркнул.
Тогда удачи тебе с этим.
Ее глаза засияли красным.
У меня есть парочка фотографий из колледжа. Тут он улыбнулся. Нелицеприятных. Улыбка пропала, он повернулся и пошел прочь.
Табита взглянула на Оливию.
Оливия Кабрера, произнесла она. Мой сын Колдер упоминал о вас. Неоднократно.
Ну похоже, мне удалось довести его до белого каления, ответила Оливия.
По каким-то причинам эта мысль задела ее. С какой стати ее должно волновать, что он думает о ней? Дурацкий, заносчивый и потрясающе красивый дракон. Он на добрый фут (ок. 30 см) выше нее, с широким, как у полузащитника, разворотом плеч и шелковистыми черными волосами, которые так и хотелось взъерошить. А еще он прекрасно знал, насколько горяч.
Не уверена. Табита, окинув ее взглядом сверху вниз, развернулась и покинула зал.
Что ж, это было странно. Но не более странно, чем любое другое из происшествий, что случились с тех пор, как Оливия вернулась в город.
[1] идиоматическое выражение проблема, о которой все знают, но предпочитают игнорировать.
Глава 4
Субботний вечер
Колдер стоял рядом с мэром Томом Томпкинсом, осматривая толпу, которая в свою очередь следила за ходом воздушной версии игры лакросс между старшеклассниками огненных и ледяных драконов, разворачивающейся над их головами.
Все это должно было привлечь много людей и драконов и принести неплохие деньги городу. Десятки палаток расположились вокруг поля, продавая фастфуд, футболки, кружки и рюкзаки с эмблемами команд наряду с драконьими игрушками и украшениями и всякими другими вещицами с тематикой драконов, какие только можно вообразить. В киосках ледяных драконов подавали мороженое всех видов и прохладительные напитки, у огненных же драконов можно было приобрести горячие напитки и еду.
Вромм был там, среди толпы, и до сих пор все умудрялись вести себя приемлемо. Жителей обоих городов предупредили. Конечно, были слышны традиционные выкрики и насмешки, но никаких стычек между огненными и ледяными. Пока.
Колдер особенно внимательно следил за лавками с едой, расположившимися по обе стороны поля. Дарлин, возглавляющая представительство по туризму Северного Линдвейла, стояла там и сверлила взглядом Летицию, занимающую аналогичную должность в Южном Линдвейле.
Эти двое не слишком ладили в прошлом и, по иронии судьбы им пришлось делить одну палатку на двоих, расположенную прямо на границе двух городов. Их разделяла перегородка, но это не особенно
помогало. На прошлой неделе «случайно» загорелась и была практически полностью разрушена та часть палатки, которая обслуживала ледяных. Огонь прошел четко по по границе, разделяющей рабочие места Дарлин и Летиции. Удивительное совпадение, но на следующее утром Летиция пришла на работу и обнаружила, что вся половина огненных драконов застыла в глыбе льда.
Колдер оглянулся на Барнума, который не пропускал ни одной юбки, будь то огненный, ледяной дракон или человек.
Не могли бы вы попросить вашего сына перестать приставать ко всему, что движется? с раздражением спросил Колдер у Томпкинса.
Могу попробовать, весело ответил мэр Томпкинс.
Колдер закатил глаза. Очевидно, что бы ни сказал мэр своему сыну, тому будет все равно что с гуся вода.
Он остепенится, когда найдет подходящую женщину, уверил его мэр Томпкинс.
Меня больше беспокоит то, что происходит прямо сейчас. Он может случайно ляпнуть что-то не то не той женщине и схлопотать в лицо кулаком, сказал Колдер, повернулся и пошел прочь, не спуская глаз с толпы, чтобы никто не спалил друга друга.
Но тут к нему подкрался Принцип Тиг в сопровождении двух центурионов.
Я не забыл, что ты арестовал мою дочь, сердито произнес он.
Я тоже. Еще я помню, как ты схватил ее за руку в участке. Я не намерен терпеть подобные действия, особенно от Принципа, ответил Колдер.
Тиг выпустил облачко ледяного пара, глаза стали льдисто-голубыми, но один из центурионов ткнул его локтем в бок и указал взглядом в сторону. В сотне метров от них стоял Вромм, внимательно наблюдая за происходящим.
Ну и отлично! сердечно произнес Тиг. Рад это слышать! Он с силой сдавил руку Колдера. Тот улыбнулся и сжал его ладонь в ответ. Лицо Тига покраснело, но он продолжал наигранно улыбаться. Принцип ледяных пожал руку изо всех сил, но Колдер продолжал стоять, как ни в чем ни бывало, не ослабляя хватки. Капельки пота выступили на лбу Тига и покатились по лицу.
Не выдержав, Квинтон придвинулся ближе, его глаза превратились в рептильи.
Я найду способ покончить с тобой, если даже это будет последним, что я сделаю, процедил он сквозь зубы, не переставая фальшиво улыбаться. А то, как я обращаюсь с моей дочерью это мое чертово дело.