Лежи, лежи! Не вставай! видно было, что он серьезно озадачен моим здоровьем. Смотрю, твое состояние намного лучше, чем тогда, когда вас на дороге обнаружили. На тебе лица не было, бледный весь, местами в засохшей крови. Каменев первым делом распорядился, чтобы раненым прямо там оказали первую помощь. Ну а когда выяснилось, что ты и сам пострадал В общем, в госпиталь ты поехал одним из первых.
Ясно. А это Что с прапорщиком? напрямую спросил я.
Тут капитан помрачнел. Взял стул, приставил к кровати.
Ну, я позже подойду! пробормотал начальник госпиталя и вышел в коридор.
Ну Ты парень нормальный, поэтому тебе скажу, как есть Группа пропала без вести. Разведка нашла место где, судя по всему, у них завязался бой с душманами. Есть погибшие.
Я сразу же вспомнил тот случай, когда у самого вертолета услышал, что где-то неподалеку были слышны звуки боя. Я еще тогда предположил, что это были наши.
И что теперь?
А что тут поделаешь? возразил капитан. Решение принимает штаб. Если кто из группы и уцелел, сейчас им не помочь. В горах никого нет.
Я шумно вздохнул. Надо же как получилось.
А что с полковником Бехтеревым?
Жив. Пришел в себя. Советнику уже рассказали, кто вытащил его из Сталинградского котла. Думаю, он и сам попытается тебя отблагодарить. Женщины, что были в составе геологической экспедиции живы и здоровы. Летчик тоже.
Вы знаете, что среди них была его дочь?
Конечно же, знаю! Он отправился туда спасать дочь, а в итоге сам попал в мясорубку. Пришлось ей рассказать. Она кстати тоже здесь, в госпитале!
Здесь? удивился я. Так тут же нет гражданских лиц!
Есть. Во втором здании. Но я тебе об этом не говорил.
Ясно. А как там старший лейтенант? Жаль, фамилии его не помню. Игорем звали.
Не понял. Какой еще старший лейтенант? нахмурился Воронин, посмотрев на меня с подозрением. Вас там пятеро было. Две девушки, советник и летчик. Ну и ты. Все.
Я растерянно покачал головой. Что за черт? Ну не привиделось же мне, что я со старлеем вместе отстреливался Вместе ноги уносили Чушь какая-то!
Вы уверены, товарищ капитан?
Так, ты вот что! он посмотрел на меня внимательным взглядом. Отдыхай давай, а то уже галлюцинации начались! Вон, побледнел даже. Может, мне медицинскую сестру позвать?
Нет, все нормально, отмахнулся я. Я просто, просто
Воронин на секунду задумался, потом придвинулся поближе.
Максим, я сейчас скажу тебе кое-что важное! Помнишь того особиста, что допрашивал тебя в канцелярии, когда в части произошла диверсия с электричеством?
Так точно, товарищ капитан!
Он тобой очень заинтересовался. Его фамилия Кикоть и он очень, очень настырный. Проверяет все, даже до отца твоего пытается добраться.
Я слегка улыбнулся
значит, был на правильном пути. А что касается отца, пусть ищут. Вдруг, все-таки найдут Я-то его уже лет тридцать с лишним не видел.
Дайте угадаю, все еще считают меня иностранным шпионом, с какой-то особой подготовкой
Воронин нахмурился.
Ну, у меня тоже есть к тебе определенные вопросы. Однако об этом мы поговорим, когда ты вернешься в часть. Уверен, что твои сослуживцы уже заждались. Первые два дня какие только слухи не ходили, один страшнее другого.
Наверняка считают меня ненормальным, раз я в одиночку полез в горы?
Ладно, Максим тот посмотрел на часы. Времени у меня немного, машина ждет. А это тебе! Витамины!
Он вытащил из вещевого мешка кулек с тремя ярко-красными яблоками.
Спасибо! Товарищ капитан, а что там со Стрельниковым?
А что с ним?
Ну, я же получается, его под удар подставил, когда его СВД с собой забрал. Потерял ее. Да и свой автомат тоже.
Максим, это не то, о чем тебе сейчас нужно думать Главное здоровье. Кстати, ты слышал, что командир части отправил на тебя представление к государственной награде? Нет? Ну, теперь знаешь. Страна должна знать своих героев!
Затем наш ротный ушел, а я остался лежать в полной задумчивости. Не хорошо со старшиной получилось, очень не хорошо. Неужели он попал в плен к моджахедам? Если это действительно так, то вытащить его оттуда будет практически не возможно. Афганистан большой, СССР контролирует лишь двадцать процентов всей территории.
От всех этих мыслей разболелась голова. Я долго мучился, потом попросил у Веры таблетку анальгина. Выпил, повернулся на бок и внезапно вырубился. Организм был еще слаб, потому и случались такие аномалии.
Мне каждый день делали перевязки, кололи антибиотики, витамины. Я ел, спал и набирался сил. Что ни говори, а в госпитале хорошо. Но ровно до тех пор, пока тебя не начинают привлекать к хозяйственным работам.
И еще, здешняя столовая это просто нечто. Котлеты из костей, рыба с червяками, подгнившая не доваренная картошка. Разваренные в клейстер макароны и бледно-розовый компот с запахом киселя У меня от такой пищи даже изжога началась, хотя в прошлой жизни, я чуть ли не гвозди переваривал. Да-а, на ремонт средств хватило, а вот на продовольственную реформу нет
А потом произошло еще одно событие, которое имело большое значение. Когда Вера заканчивала мне перевязку, в палату вошел незнакомый человек в сером костюме. На плечи был накинут белый медицинский халат.