Это все какие-то трудно уловимые вещи, особенности поведения, что ли Вы очень молоды, но складывается впечатление, что за вашими плечами огромный жизненный опыт. Когда мне стали доступны результаты расследования, проведенного Киреевым и моими коллегами, я был потрясен. Не люблю фантастики, но вы как будто прибыли к нам из другого мира. Может быть даже из будущего
А говоришь фантастики не любишь, хмыкнул я. Ты угадал я свалился с Луны.
Было большое желание врубить свет, но я не знаю, может, он меня на прицеле держит.
Не ерничайте, откликнулся мой невидимый собеседник, я могу привести неосторожные слова, сказанные вами в присутствии одной особы, но не в моих правилах припирать к стенке человека, который мне нужен. Я не собираюсь проникать в вашу тайну, держите ее при себе.
Тогда чего тебе надо? Так-то я обычный физрук.
Я хочу, чтобы вы знали. Рядом всегда есть человек, который вас прикроет, потому что в той рискованной игре, в которую вас втянули, может произойти всякое. Те, кого вы полагаете своими друзьями, могут в любой момент вас подставить или разменять, как пешку на доске. Вот этого-то я и постараюсь не допустить.
Ну предположим, а что я буду должен за это?
Вы мне поможете, когда все переменится, так сказать, отыскать дорогу к моей цели во всеобщем хаосе.
Там видно будет, пробурчал я. Я одного не пойму, к чему вся эта игра в графа Монте-Кристо?..
Так надо.
Ладно. Хрен с тобой! Мне вот надо переодеться и домой топать.
Потерпите одну минутку.
Что-то стукнуло, заскрипело, и вдруг в тренерскую ворвался ледяной ветер, зашелестели бумажки, лежащие на моем столе. Одна из них прилипла к моему лицу, я сорвал ее и щелкнул выключателем. Решетка с окна была снята, а само оно отворено. Кроме меня в комнатенке никого не было. Вот гад, смылся через окошко! Ловко
Я кинулся к проему, выглянул никого. Стал закрывать раму, потом принялся прилаживать решетку. А ведь, помнится, Витек ее надежно так присобачил. Как же этот «человек-невидимка» умудрился ее сковырнуть? Наверное, снял заранее, пока я торчал в спортзале.
Надо завтра взять у трудовика молоток и прикрепить как следует, а пока я повесил решетку на разогнутые гвозди и загнул их снова. Пальцами. Переоделся и потопал домой.
О «Графе Монте-Кристо» я и не думал. Все эти намеки на то, что я там какой-то особе говорил, меня не трогали. Наверное, Илга проболталась или у нее в съемной квартире прослушка стоит. Да и какая разница! Не собираюсь я на этого «человека-невидимку» ишачить. Понятно, чует он, что скоро советская система начнет давать сбои и надо будет как-то приспосабливаться к наступающим переменам, но это его проблемы.
Стоит ли рассказать об этом ночном госте Курбатову? Ведь если тот действительно из госбезопасности, то может оказаться опасным для всей операции. А если это опять какая-то хитрая проверка? С чьей стороны? Со стороны КГБ или банды? И, если проверяют то что? Мою лояльность? Кому? Нет, наверное, лучше пока не докладывать майору, на всякий случай. Сделаю вид, что поверил! Тем более, что мне и делать ничего не надо. Только молчать.
Если это Илья Ильич Сумароков подсунул мне проверяющего, то откуда он узнает, что я настучал в госбезопасность? Да ведь одного подозрения должно быть достаточно, чтобы от меня избавиться? А если меня проверяет Кей Джи Би?.. На хрена? Черт их разберет! Тогда промолчу из принципа! Что меня за это расстреляют, что ли? В худшем случае, Витек прочитает пару нотаций. Этим и ограничится. И вообще поменьше надо голову забивать всей этой хренью.
И дойдя до дому, я так и сделал. Утром у меня по плану собственных тренировок была пробежка. Пришлось встать пораньше, хотя я и так всю неделю не высыпался. Честно говоря, в прежней жизни, после армии я себя уже не изнурял физическими упражнениями, и хотя тело Шурика нагрузок пока еще не боялось, ленивая натура Владимира Юрьевича все же попыталась уговорить Александра Сергеевича понежиться в постельке, но я ему воли не дал. И на глазах изумленного сторожа, выскочил на промороженную, заснеженную улицу в тренировочном костюме и кроссовках.
Через полчаса вернулся, чтобы принять душ, позавтракать и начать собираться в «Литейщик». Общественным транспортом я, само собой, не поехал. Тачка есть теперь, права тоже. Чего фигней страдать! Подкатил к стадиону, как положено солидному, успешному товарищу. Родаки, которые привезли своих пацанят на секцию, рты пораскрывали, когда увидели, что я вылезаю из-за руля черной «Волги». Здороваться стали еще почтительнее, чем прежде. Поняли, что я уже не тот, которым можно помыкать. Хотя и раньше я им этого никогда не позволял.
Я помнил, что сегодня вечером
меня ждут Рунге, и у меня родилась одна идейка. Перед началом занятий, переговорил с Ниночкой, напомнил, что обещал ее свести с нашей самопальной киностудией! Секретарша Дольского обрадовалась, как ребенок. Словно, я ее на «Мосфильм» пригласил, к Михалкову сниматься, как минимум. Пока она млела от счастья, я гонял своих воспитанников. Каникулярный жирок мне с них согнать удалось, теперь надо было восстановить те немногие навыки, которые я им успел привить до Нового года.