- Отлично. Ждал только, когда проснётесь.
А потом встаёт. Забирает алебарду. Коротко кланяется мне, не глядя в глаза.
- Для меня было честью служить вам.
И разворачивается. И уходит прочь!
Да как он как он смеет вообще
- Эй! Ты куда?! - кидаю в уходящую спину испуганно.
Меня охватывает такая паника, что чуть не бросаюсь за ним вслед.
- Писать заявление об отставке.
Моя паника усиливается до каких-то невообразимых значений. Совершенно не понимаю, что делать и что говорить. Понимаю только то, что отпускать своего стража не намерена. Не выдерживаю, срываюсь с места догоняю и вцепляюсь в затянутый белой рубахой локоть. Заставляю остановиться.
Он подчиняется мне и застывает как вкопанный. Тяжело дышит, по-прежнему топя меня в тёмных водах своего гнева и злости.
- Ты назови хотя бы причину!
- Вы правда не понимаете? цедит сквозь зубы.
- Я правда не понимаю.
Выдёргивает у меня из рук локоть и поворачивается всем корпусом.
- Я совершил непоправимый проступок. Нарушил свой долг. Я заснул на посту, моя принцесса! Мне нет и не может быть прощения. Такой никчёмный страж не достоин места у двери ваших покоев.
И выдавив из себя это признание, он продолжает двигаться дальше с предельно целеустремлённым видом. Я понимаю, что это не блеф и он действительно идёт сейчас писать заявление - идёт с таким лицом, как на плаху.
Вот это я позаботилась, называется
Обгоняю, что с его широким шагом оказывается на удивление непростой задачей. Упираю обе ладони в стальной нагрудник, вынуждаю снова затормозить.
- Ну-ка стой! Стоять, кому говорю!
Снова останавливается и тяжело дышит.
- Ты секреты хранить умеешь? спрашиваю его.
Вот теперь у меня получается немного сбить накал эмоций. Он обескуражен.
- В смысле, если я тебе доверю одну свою большую тайну тайну, о которой знает только моя семья ты никому не выдашь её?
- Даже если меня будут пытать - говорит растерянно.
- Тогда прямо сейчас возвращаешься и садишься обратно, где я тебе приказала быть! А я рассказываю свою тайну. Только при таком условии.
Он медлит и колеблется.
- Но потом снова иду, куда шёл, - заявляет упрямо.
Вот же дубина стоеросовая!
- А это мы ещё посмотрим. Ты сначала внимательно выслушаешь, и если захочешь, проваливай потом хоть на все четыре стороны! вспылила я, не выдержав.
Мой почти что бывший страж смотрит на меня как-то странно.
Я заставляю его развернуться, и подталкивая в спину, направляю шаги в ту сторону, куда мне надо. А мне позарез надо, чтоб к моей двери. Потому что от одного вида пустой скамьи и пустой тарелки на полу у меня слёзы отчего-то подкатывают.
В конце концов, мы снова повторяем вчерашнюю скульптурную группу неловко умостившийся на скамеечке громила и смущённая до корней волос принцесса.
- В общем я волшебница.
- Это я уже понял. Если это и есть ваша страшная тайна, то можете не переживать вы мне её ещё вчера выдали.
- Нет, ты не понял! Я у меня есть один дар. Сложно объяснить в общем - Я вдруг понимаю, что мне и правда провалиться под землю проще, чем признаться, что я с самого начала читала каждую его эмоцию, копалась в его душе, будто подглядывала в замочную скважину.
Карие глаза смотрят выжидательно. И не перебивает. Я решаю, как в омут с головой броситься в истину.
- Короче говоря. Я эмпат. Это такие люди, которые умеют распознавать чужие
- Эмоции. Я знаю, кто такие эмпаты. Возможно, по мне не скажешь, но я умею читать, - говорит заторможенно.
Сбиваюсь снова и тушуюсь. Я не хотела его оскорбить своим пояснением. Дуболом, читающий книги переворачивающий осторожно страницы вот этими своими сильными пальцами, которые сейчас сжимают древко алебарды почему-то от этой картины, которую сейчас так живо представила, начинает мурашить.
Я молчу. А он обдумывает услышанное.
И по тому, как стремительно меняется цвет и вкус его эмоций, понимаю вдруг, что до него доходит и всё остальное. Что я его читала. Что всё это время знала, что ко мне чувствует.
Его злость вдруг уступает место смущению.
Смотрю на него и вижу на лице смущённую улыбку. Мой страж сверкает зубами и растерянно чешет в затылке.
- Значит, спалился, да?..
Кровь приливает к моим щекам при виде этой задорной, какой-то мальчишеской улыбки на небритом лице.
Неловко сжимаю колени. Ёрзаю на неудобной твёрдой скамье.
- Теперь ты понимаешь? И я не только считываю чужие эмоции. Я ещё могу на них влиять. Это я тебя заставила заснуть! Воздействовала на твой разум, усилила сонливость. Просто ты спорил, а я хотела, чтоб выспался. Так что ты не виноват. Ты замечательный страж. Мне лучшего не надо. Поэтому не вздумай никуда уходить.
Закончила свою длинную сбивчивую тираду я совсем шёпотом.
А потом
Длинный выдох.
Он разворачивается ко мне и склоняется низко, заглядывает в глаза. И говорит проникновенно:
- Хорошо, так и быть. Я не уйду. Только взамен пообещайте мне кое-что, принцесса! На другие мои чувства вы не станете пытаться повлиять. Я не хочу их лишиться.
Я молчу. Закусываю губу. И отвожу глаза. Почему-то становится очень стыдно.
И он вдруг всё понимает. Гаснет улыбка. Спрашивает глухо:
Уже пытались?
Через силу киваю.