А еще я любила игры.
Глаза Ээрлинга вспыхнули. Он быстро оценил мое щедрое предложение. Я знала, что он потребует взамен, его мысли лежали передо мной как на ладони.
Гарантии? хрипло шепнул эльф, облизав губы. Думаешь, я поверю тебе на слово, чудовище?
Ну что ты. Кто же верит чудовищам на слово? улыбнулась я. Скрепим наш уговор магией.
Пленник сомневался. Чувствуя подвох, он смотрел на меня долго, пристально, изучающе, словно пытался пролезть мне в голову и понять, что я замышляю.
А если я пожелаю, чтобы ты меня отпустила? осторожно спросил Ээрлинг.
Любое желание, повторила я тоном демона-искусителя. Любое.
На некоторое время воцарилась тишина лишь дождь шумел да ветер выл, гуляя среди заросших холмов, где мы разбили лагерь. Мой пленник взвешивал все за и против, пытаясь решить, можно ли доверять ситхлифе. Я терпеливо ждала, пока он усмирит свою подозрительность.
Ну что ты теряешь? подтолкнула я. Не девица же.
На скулах эльфа заиграли мышцы. Руки сжались в кулаки.
Призрачная надежда спастись из плена маячила перед его носом сладкой морковкой. Ради этого можно было разок и наступить себе на горло.
Ты дашь клятву, после долгого молчания потребовало мое плененное Эхо. Эльфийскую, на крови. Я знаю слова и чем должен закончиться ритуал. Тебе не удастся меня надурить.
Даже не думала тебя обманывать, сделала я страшные глаза, старательно изображая оскорбленную невинность. Магические клятвы меня не пугали. Слово свое я собиралась сдержать. Но подвох в нашем договоре был. Как же без него?
Следуя указаниям Ээрлинга, я взяла со стола нож и сделала небольшой надрез в центре ладони. Затем слово в слово повторила за эльфом текст клятвы на его родном языке. Кровь, собравшаяся на моей руке, на секунду окрасилась золотом, а после превратилась в дымок, растаявший в воздухе. Судя по тому, что пленник удовлетворенно кивнул, обряд был проведен правильно.
Когда мы закончили, я плотнее задернула полог, чтобы никто не смог заглянуть в палатку, и повернулась к своему гостю, красноречиво вздернув бровь. Сообразив, что пришла пора выполнить свою часть уговора, остроухий скромник покраснел и отвел взгляд.
Ты освободишь меня, твердо сказал он, теребя подол юбки, словно девственница перед брачным ложем.
Я исполню твое желание.
Это несомненно важное уточнение Ээрлинг пропустил мимо ушей. Стиснув зубы, он резко задрал на себе килт и держал его поднятым все то время, что я любовалась металлической диковинкой у него под юбкой.
Ты всё? он не смотрел на меня, упрямо отворачивал голову, весь алый и напряженный до предела.
Нет, не всё, я подошла ближе, наклонилась и даже подсветила себе лампой.
Из груди пленника вырвался тяжкий вздох.
Его мужская гордость была спрятана в футляр в клетку-трубу, сделанную из тонких металлических прутьев, которые едва заметно мерцали от магии. На член, заведя за яички, надели стальное кольцо. Кольцо и клетку вверху соединили маленьким навесным замком с дырочкой для ключика. Мошонка свободно висела между кольцом и клеткой, а член был надежно заперт. Пояс верности.
В этой конструкции нельзя было ни заняться любовью, ни удовлетворить себя самостоятельно, ни даже возбудиться. Футляр надевали на расслабленную плоть. Впритык. Для вставшего члена в клетке не было места. Наливаясь желанием, мужское достоинство пыталось увеличиться в размерах и врезалось нежной головкой в запирающий узор из прутьев.
Вспышка боли гасила возбуждение.
Какие же вы извращенцы, заключила я, жестом разрешая Ээрлингу опустить килт.
Тот сделал это с заметным облегчением.
Теперь понятно, почему вы ходите в юбках.
В килтах!
Тебе не жмет?
Не жмет, огрызнулся эльф, нервно оправляя на себе ткань.
Но иногда ведь все-таки жмет, с намеком поиграла я бровями.
Взгляд пленника полоснул ножом. Интересно, он тоже вспоминал сейчас, как я ласкала его гладкую мошонку, зажатую между кольцом и клеткой пояса верности?
А как ты моешься?
Скрежет эльфийских зубов, наверное, был слышан на другом конце Шотлена.
Как все.
Его острые уши так забавно пылали! Голубые глаза метали молнии.
Не мешает штучка?
Пояс зачарован, со злостью процедил пленник. Он, наоборот, помогает телу сохранять чистоту, даже если рядом нет воды. Так что мы почище тебя и твоих вонючих обезьян будем.
Что ж, логично предположить, что если постоянное ношение пояса верности было древней традицией горных эльфов, то со временем его конструкцию сделали абсолютно безопасной для здоровья и гигиеничной. Не без помощи магии, разумеется.
И ты никогда, никогда, никогда его не снимаешь?
Снимаю, нехотя признался Ээрлинг. Надо снимать. Одиноким раз в две недели. Чтобы И румянец на его щеках расцвел ярче. Все, довольно вопросов. Теперь твоя очередь исполнить мое желание. Я желаю, чтобы ты меня отпустила.
Глава 5. Ситхлифа
Глава 5. Ситхлифа
Пригладив пятерней волосы, Ээрлинг остановился у выхода из палатки и устремил на меня требовательный взгляд, мол, давай, освобождай, ты поклялась.
Куда-то торопишься? с улыбкой я вернулась на свою подстилку из тощего матраса, укрытого волчьими шкурами.
Могучая грудь пленника тяжело приподнялась. Точеные ноздри раздулись. Руки сжались в кулаки до вздувшихся вен.