Астра. Исцеление любовью
Глава 1
Не умру, шепчу в ответ и не открывая глаз нащупываю руку сына. Сжимаю холодную ладошку. Просто, мне надо немного полежать.
Я не уверена в своих словах Спина горит огнём, меня кидает то в жар, то в холод. Стараюсь остаться в сознании, чтобы дать наставления Киту. Справится ли? Если нет, я умру.
Кит, где отец?
Не знаю, буркнул мальчонка, шмыгая носом. Ушел, сразу после того как
Ещё один шмыг, более сопливый. Плачет
Сбегай к Анке, попроси настойку от жара, собираясь с силами, прошу я. И мазь. Сможешь? Возьми монетку в сундуке, под бельём.
Я не уйду, мальчишка крепче сжимает мою руку. А что, если я не успею? Если ты
Я не умру, не бойся, стараюсь придать своему голосу уверенности, но выходит отвратительно. Но стоит поторопиться, чтобы я скорее выздоровела.
Кит целует меня в щёку и убегает. Я слышу, как хлопнула дверь и стараюсь не отключиться.
Сколько я так лежу? День? Два?
С трудом открываю глаза и сквозь пелену рассматриваю комнату. Это не сон
Каждый раз, просыпаясь, я надеюсь, что это просто кошмар. Что я сейчас проснусь у себя в квартире, выпью воды и буду ещё долго вспоминать кошмар. стараясь унять учащённое сердцебиение.
Только вот во сне не чувствуешь боли. А за последнюю неделю боли я испытала слишком много, чтобы осознать я не сплю.
Я больше не Алёна Демидова, простой офисный работник в одном из крупных мегаполисов.
Я Астра, жена тирана и мать очаровательного мальчишки в какой-то захудалой деревне.
Я вновь погружаюсь в болезненный сон, но ненадолго.
Мама, я принёс, мама, Кит трясёт меня за плечо. Боится, что не успел.
Хорошо, милый, ты умничка, шепчу еле слышно. Вылей снадобье в кружку с водой и дай мне.
Спустя минуту губ коснулось что-то холодное. Кружка, отлично. Из последних сил приподнимаюсь и делаю несколько больших глотков. Снадобье горькое, отвратительное на вкус, но я пью не морщась.
Аккуратно опустившись на спину, глубоко вздыхаю. Осталось немного потерпеть, когда сойдёт жар, а потом попросить мальчишку намазать спину мазью. Она уберёт воспаление и тогда, если ещё не поздно, я пойду на поправку.
Сколько я спала? тихо спрашиваю, поворачиваясь к сыну и глядя на чумазую мордашку.
Четыре дня, шепчет Кит и, не сдержавшись, утыкается в моё плечо.
Худенькие плечи дрожат, слышатся всхлипы. Мой сильный мальчик больше не в силах сдерживать рыдания.
Теперь всё будет хорошо, милый, шепчу я, гладя Кита по голове. Всё уже прошло.
Мама, давай сбежим, всхлипывает мальчишка. Давай убежим так далеко, чтобы отец нас не нашел.
Убежим
Я думала об этом и даже представляла, куда мы сбежим. Но это невозможно.
Василий в очередной раз вернулся пьяным и с огромным желанием поучить жену и сына, как нужно встречать хозяина. Я успела спрятать Кита, но самой избежать наказания не удалось.
Ты кушал? спрашиваю я, так и не ответив на предложение.
Да, хлеб. И яйца пил. Но я немного, чтобы отец не заметил, роняет мальчишка. Тебе уже лучше?
Немного, слабо улыбаюсь. Поможешь мне? Надо мазь на раны нанести.
Помогу, с готовностью кивает Кит. В его глазах теплится надежда, что мама будет жить.
Тогда иди и хорошенько вымой руки.
Я не хочу, чтобы мальчик видел изуродованную спину.
Я знаю, что там Отвратительные, воспалившиеся борозды, с серыми прожилками гноя и запекшейся кровью. Нельзя такое показывать малышу, но сама я не справлюсь, а без обработки просто умру.
Перевернувшись на спину, дожидаюсь Кита и принимаюсь диктовать, что именно надо сделать.
Намочи чистую тряпку и приложи там, где полосы, прямо на сорочку, потом ножницами разрежь сорочку и промой раны чистой тряпкой. И только потом нанеси мазь. И не бойся, если я буду стонать или и вовсе потеряю сознание. Ты всё делаешь правильно.
Я сжимаю зубами подушку, чтобы не закричать от боли, как только спины коснулась тряпка.
Главное, не напугать мальчика. Ему и так сложно. Мне даже попросить о помощи некого. Здесь никто не помогает Будет гореть дом на помощь не придут. Дай бог, чтобы дровишек не подкинули.
Я тихо стону, уткнувшись в подушку и уговариваю себя потерпеть. Я чувствую, как дрожат руки мальчишки. Слышу, как он давится слезами. Но продолжает наносить мазь, дёргаясь каждый раз, стоит мне застонать.
Сердце сжимается от жалости к ребёнку.
А ведь он и не знает, что его родная мама погибла, не вынеся очередных побоев.
Так будет и с нами, если я ничего не придумаю. Мне бы скорее подняться на ноги.
Всё, всхлипывая, говорит Кит. Я всё сделал. Тебе лучше?
Очень скоро будет, шепчу, понимая, что на спину мне ложиться пока нельзя. Мне надо немного отдохнуть. Не пугайся.
Можно я останусь здесь? С тобой?
Можно, но если придёт отец, то беги, спрячься на сеновале, хорошо? я замираю, ожидая ответа.
Ты же послушный ребенок, ты же сделаешь, как тебя просят?
Я не оставлю тебя, тихо, зло и отрывисто бросает мальчишка. Я больше не позволю тебя бить!
Прикусываю губу, чувствуя, как сердце сковывает ледяной страх. Он же убьёт тебя Василий огромен. Говорят, в его роду были великаны и берсерки. Я верю этим слухам. Сил у моего мужа действительно много, а ярость кровавой пеленой застилает глаза.