золотые заплетай, венками да бусами, да кружевом искусным украшай. На седьмое утро мой жених заберет меня, и стану я ему женой верной на веки вечные. Такова его воля.
Разрыдалась матушка, но послушалась. А наутро стояла Софьюшка ряженая да улыбалась. Обагрилась вся свежей кровушкой.
Отчего, Софьюшка, так остры твои зубоньки и когтисты твои рученьки? вся красная от слез, в последний раз вопросила матушка.
Славный пир устроил мне Царь Ворон. Унес с собой на поле бранное, где много славных молодцев пало. И летали мы там средь воронья. Ели да пили вдоволь. Вкуснее княжеских рябчиков и перепелов было мясо покойничков. Слаще и хмельнее вина да меда была кровь молодая. Прощай, маменька. Позабуду я скоро и вас с папенькой, и жизнь человечью. Быть мне отныне Вороньей Царицей и парить по синему небу. И нечего тебе кручиниться. Знаю я о вашем предательстве. Обещали вы первенца своего Царю Ворону за кошель злата. Монетку за монеточкой пересчитывали и нарадоваться не могли. Продали меня еще не рожденной. И жить вам с грехом теперь тяжким до самой гибели. И в каждом шелесте крыльев, в каждом вороньем крике будете отныне слышать меня. Да будет так!
На том слове обратилась Софьюшка в птицу черную. Все небо потемнело от полчищ воронья. И не было слышно стенаний несчастной матери от громогласного клекота.
Вознеслась невеста к жениху своему, да стали неразлучны они до скончания времен. Много веков минуло с тех пор, а сказанья о Царе Вороне и невесте его проданной и по сей день молвой ходят.