Я навел справки у местного участкового, ответил я шефу, соображая, как бы правдоподобнее обосновать свою просьбу. Тот сообщил, что семья Юрченко не совсем благополучная. Выпивающая. Кроме погибшего Вадима других детей нет. Супруги проживают в доме в частном секторе Цыпинска. Я привык дело иметь с отморозками, а не с маргинальным элементом, Никита Егорович. Светлана Валерьевна с своим знанием психологии общения, надеюсь, поможет мне наладить контакт с соответствующим контингентом. И потом У них ребенок пропал, может, они до сих пор переживают. Тем более тут подход тонкий нужен.
Согласен, искренне закивал Горохов и протянул ключи. Возьмите служебную машину.
Мы вышли со Светой на крыльцо. Вокруг, вроде, никого, только воробьи купаются в теплом песке. Я приобнял девушку за талию. Та деликатно убрала мою руку.
Андрей, тихо проговорила она, оглядываясь, будто ее застукали на месте преступления. Вчера я немного была не в себе.
Не переживай, Светик, улыбнулся я. Мы ничего такого не сделали. Подумаешь, дружеский поцелуй.
Я замужем.
Помню, но мы же друзья? Не только коллеги.
Света в ответ лишь вздохнула. Интересно, она уже разложила мой поступок по Фрейду, как ее учили? Или с близкими такое не прокатывает? От мысли, что она видит меня насквозь, мои плечи передернулись. Но паниковать рано. Я себя сам-то не могу понять, а психолог тем более не разберется.
Мы сели в черную «Волгу», которую любезно предоставил нам Звягинцев, и выдвинулись по нужному адресу.
Частный сектор раскинулся на окраине города, перемешиваясь с подпирающим Цыпинск дачным поселком. Теперь трудно было судить, где дачи, а где дома. Многие и жили на дачах круглогодично. Климат позволял.
Вот и нужный дом. Я ожидал увидеть что-то вроде хибары на курьих ножках, но, к моему удивлению, это оказался старый особняк из почерневшего от времени бруса. Но солидность строение давно потеряло. Облупившаяся краска на заборе и наличниках, покосившийся штакетник все-таки опускали жилище на уровень хибары. Просторной и добротной, но хибары.
Хозяева! крикнул я, распахнув калитку и осматривая заросший травой двор, выискивая признаки присутствия псины. Но цепочка нигде не брякнула, никто не гавкнул, да и будки с собачьими какашками в поле зрения не наблюдалось.
Хозяев тоже не было на горизонте. Я ступил на скрипучее крыльцо. Одна доска прогнила и давно провалилась, я аккуратно кивнул на это
своей спутнице, чтоб не оступилась. Потянул за ручку двери и очутился в доме. Просторный холл-кухня (как в элитных дачах этих времен, возможно, раньше это и была номенклатурная дачка) встретил прогорклым запахом дешевого табака, застарелых досок и крысиных хвостов.
Тук-тук! громко крикнул я, топчась в пороге. Хотел разуться, но глянул на пол и сразу перехотел.
Кто? недовольный хриплый голос с похмельным окрасом раздался из спальни.
Милиция! Гражданин Юрченко?
Из спальни нарисовался заспанный детина в замызганной тельняшке и дырявых выцветших трико с разводами.
Уставился на нас небритым прищуром, убирая со лба слипшиеся пряди волос, чтобы лучше нас разглядеть.
Ну, я Юрченко, пробурчал он. Чего надо?
Капитан милиции Петров Андрей Григорьевич, представился я, но ксиву не стал доставать. Много чести будет.
Присаживайтесь, Леонид Сергеевич, распорядился я по-хозяйски и сам первый уселся на самодельный табурет цвета обожжённой черепахи.
Юрченко послушно сел напротив за стол. Света брезгливо огляделась, поморщилась и, поджав губы, осталась стоять.
У вас в январе восемьдесят первого пропал сын Вадим, начал я. По этому поводу мы хотели бы задать вам несколько вопросов.
Ха хлопнул по столу с грязной посудой Юрченко. Очнулись! Три года уже прошло.
Четыре, уточнила Света.
Ну, да. Да закивал Леонид, обдав мое лицо свежим перегаром.
Расскажите, как он пропал? спросил, я дивясь, что родной отец не помнит доподлинно, когда его ребенок исчез. Хотя, судя по батарее стеклотары, выстроившейся неровными рядами под столом, в жизни его заботит не слишком много вещей. Обстановка в доме полубичовская. Но на столе обрезки колбасы и вскрытые бычки в томате. Да и водка магазинная, не дешевая. Судя по всему, родитель где-то работает, и деньги у него водятся. Но вряд ли задерживаются.
А я помню? недовольно пробурчал алкаш. Ушел и пропал.
Куда ушел?
Известно куда, в лес. Леса у нас гиблые.
Что-то вы не слишком переживаете по этому поводу? холодно проговорила Света.
Вы Вадика искать пришли или меня воспитывать? зло бросил Юрченко, обернувшись на Свету.
Разглядев, наконец, новую собеседницу, он осклабился в сальной улыбочке:
А вы, дамочка, тоже из милиции будете? Или из школы учительша?
Я вам не дамочка, а капитан милиции.
Детина в ответ довольно покряхтел, ощупывая Свету взглядом от голых коленок до выреза блузки на груди. Я еле сдержался, чтобы не залепить ему отрезвляющего леща, показательно прочистил горло и поспешил перевести разговор:
Гражданин Юрченко, вы где работаете?
На мясокомбинате, ответил тот, нехотя оторвав взгляд от Светы. Холодильные установки чиню.