В следующей баночке, по всей видимости, оказалась помада или что-то похожее придавшее блеск и яркость губам, отчего они сразу стали выглядеть мило припухшими.
Интересно, для кого она так прихорашивается?
Ответ я получила почти сразу, когда мы спустились по широкой лестнице и вошли в столовую. Моя «носительница» сразу метнула прицельный взгляд в угол, где сидела троица парней на вид лет двадцати. У меня подпрыгнуло сердце, потому что я вообразила, что снова увижу того красавчика, мой идеал но, увы, ничего подобного, просто трое темноволосых, неуловимо похожих парня.
Тот, который сидел в середине, заулыбался и помахал. Губы «моей» девочки дрогнули в улыбке.
Так-так-так. А у неё, значит, уже есть сердечный друг! И это совсем не тот, который так понравился мне. Обидно.
Впрочем, за завтраком я выкинула парней из головы. А всё потому, что мне снова удалось перехватить управление! Хозяйка тела о чём-то задумалась, а мне хотелось есть и, недолго думая, я потянулась к ложке, зачерпнула густой кремовый суп. Почти сразу обнаружились проблемы. Я же левша, а девочка оказалась правшой. Когда она управляла телом, всё шло отлично, а когда я привычно потянулась к ложке левой рукой, то рука задрожала и чуть не пролила суп. Девчонка
сразу опомнилась, переложила ложку в правую. Покачала головой.
Я затаилась.
Так, а она ведь не замечает моего вмешательства, если это не слишком противоречит её обычному поведению. Значит, именно так и нужно действовать: осторожно и исподволь.
Снова я попробовала перехватить управление, когда мы покидали столовую. Моя девочка как раз опять о чём-то задумалась, и я под шумок заставила её сбиться с шагу.
И, как назло, столкнулась с каким-то слетевшим с лестницы парнем. Жёсткий удар в плечо, непривычный, но приятный запах, и сердце вдруг забилось, как сумасшедшее. Я даже глаз поднять не успела, как угадала, кто это. Высокий рыжеватый парень, который мне так понравился.
Жаль, но это чувство взаимным явно не было. Я вскинула взгляд, увидела искажённое злостью симпатичное лицо, и парень прошипел сквозь зубы:
Сгинь с моих глаз!
Оттолкнул меня, размашистыми шагами направился в столовую. Шёл, как по линеечке, печатая шаг. Стильный красно-чёрный мундир (местная форма?) красиво обтягивал его широкие плечи.
Я озадаченно застыла, глядя вслед. Он как будто меня за что-то ненавидит. А меня вот к нему ужасно тянет. Просто как наваждение какое-то. Даже сейчас хотелось кинуться следом, схватить за руку у него наверняка крупная тяжёлая ладонь, которую так и хочется потрогать.
Ты чего встала? поинтересовалась одна из подружек, пухленькая.
Кто это? вопрос соскользнул сам.
В смысле кто? Райен?! Ты чего?
А чёрт. Я снова села в лужу. И хозяйка тела вдруг проснулась, я почувствовала, как она удивлена. Тут же все ниточки вернулись к ней.
Что? А что я сказала? она завертела головой. Я что-то задумалась, прости.
Ты спросила, кто такой Райен, теперь подружки смеялись обе. Не узнать собственного брата вот это был бы номер! Ты чего, допоздна вчера за учебниками сидела?
Моя девочка тоже слегка деревянно засмеялась, а я я была в шоке. Мой красавчик её брат? Брат вот этого вот тела? Чёрт, надо же, чтобы так не повезло!
А почему они тогда на ножах? На обычную братско-сестринскую ссору не похоже.
Мы уже поднимались по лестнице, когда я услышала сзади громкие крики а затем быстрый, как набат, частый колокольный звон.
Немедленно прекратить! раздался густой мужской голос, перекрывающий всё вокруг. Студент Лилле!
Лилле?
Я совершенно рефлекторно обернулась: я где-то слышала это имя или фамилию. Обернулась, даже не сразу отдавая себе отчёт, что снова получила возможность управлять.
И обалдела, увидев, что мой брат-не-брат очутился в середине скандала. Вернее, по всей видимости, драки потому что он один стоял в центре освободившегося пространства, как будто других студентов (а народу в холле было полно) отнесло от него мощной волной. Хотя нет, не один у дверей столовой был припёрт к стенке другой парень, с искажённым от страха лицом. Его грудь обвивали золотые полосы. Такие же золотые круги вертелись в воздухе перед моим «братом». И ещё один парень валялся в сторонке под ногами зрителей.
Завидев пожилого мужчину с пышными усами, в серо-синей форме, «братик» опустил руку. Недобро фыркнул в ответ на лекцию, которую усатый начал читать (кажется, что-то на тему «драки запрещены»). И вдруг, словно почувствовав что-то, обернулся, полоснул меня взглядом. Шевельнул желваками, негодующе раздул ноздри.
Чёрт, он смотрел так, как будто это я подослала этих двух перцев. Я бросила взгляд на одного из них (он как раз вставал, опираясь на добровольного помощника из зрителей) и с содроганием души его узнала.
Именно они, неуловимо похожие, темноволосые, сидели за столом с тем парнем, который мне улыбался.
Блин, ничего не понимаю!
Тут снова разлился колокольный звон, девчонки схватили меня под руки, запищали:
Первый звонок! Бежим!
Хозяйка тела тут же очнулась, кивнула и мы помчались, по всей видимости, в аудиторию.