Та ни, каже брат. Вирно, кажу, шо зведу. Тико це мы перебалакали, аж ось входе ёго жинка знадвору та й каже: А наша ярчучка, чоловиче, ощенылась. Ага, кажу я, тепер я покажу, як з нею управлятьця. Дождалы мы вечера, узяв я голый быч з цыпа, пишов до клуни, сив у таке мисце, шоб іи можно було ударяты навидли (наотмашь), як вона выйде з клуни. Ось чую, крычать цуценята. Ну, думаю, ось я ж тоби дам, проклята видьма, цуцынят! Тико я це передумав, дывлюсь йде з клуни здоровьюща била собака. Я як двыну іи со всёго маху навидли бычем по морди, так вона и перекынулась. Тоди взялы мы з братом цю собаку, отволочылы в садок и бросылы, а коло ней положылы быч. Уранци пишлы мы подывытысь на ней вона як щезла: ныма. Колы чуем у сусида вмерла баба: ни горила, ни болила, звечера була здорова, а вранци бачуть лежит мертва».
(Этот крестьянин, по словам учителя П. Марусова, вполне убежден и всех уверяет, что он действительно убил ведьму) (Сл. Кабанья).
« Попрохала я, говорила старуха, у одной барыни цуцыня, та й сама не знала, шо воно ярчук, и колы б воно выросло, то було б таке зле, шоб и близько к двору нашому не допускало видьму. Гостювала я в дочкы дви ныдили, потим пришла додому и пытаю у сына: Чы ты кормыв цуцыня? А вин одвичае: Ни, ще сегодня, мамо, не кормыв. Колы я узнала, аж моя собака уже другый день голодує. Прыныволыла я сына питы выпустыты из конюшни цуцыня и даты ему исты. Тике шо вин отворыв двери конюшни, як из ней выхватытця така сылна буря, шо так и збыла с ниг сына и откынула его далыченько вид конюшни. Сын мий здорово злякався, вбиг скоренько в хату та й говоре: Маменько, а маменько, бачылы, як мене турнула буря? Я скорыш пийшла туды и бросылась дывитьця на цуценя, и шо ж? Лыжыть бидна моя собачка, потрощына на дрибны кускы. Тоди я и увирылась, шо буря це була видьма. Цей случай я розсказувала многым людям, котори мини говорылы, шо видьма здорово не любе отого ярчука, так шо вона всякымы мирамы стараетця его стрыбыты. Для того, шоб видьма не стрыбыла его, треба его держаты в погриби пид осыковою бороною» (Сл. Гусинка).
Рассказывала мне мать моя, что когда она была маленькой девочкой, ведьма была у них раз во дворе. Была у нас, говорила мать, молодая собака первый раз со щенками. А ведьма боится первого щенка, который называется ярчуком, так как у него есть такой зуб, которым он может задавить и ведьму. Вот ведьма обратилась в козу и прибежала к нам во двор, вбежала в сарай, где была сука со щенками, схватила одного щенка и ну душить его. Сука бросилась на козу и начала отбивать своего щенка, а коза-ведьма бьет ее копытами. Мы услышали визг собаки, прибежали в сарай, а ведьма обратилась клубком да и покатилась со двора. Когда наш ярчук вырос, ведьма снова прибежала к нам во двор, но уже в виде большой собаки; ярчук бросился на нее. Они схватились и начали грызть