«Ну пусть пишет, это скорей всего надолго» Ксения отложила ноут и принялась за кофе.
***
Так завязалась их переписка. Кристина не только рассказывала о себе, но и присылала фотографии. Вот она маленькая огромные голубые глаза, белокурые кудряшки, девочка-ангел!
Мать отдала малышку в детский дом, когда той было 3 годика. Обещала забрать ее очень скоро «вот поспишь один раз, потом поиграешь с детками, а потом я за тобой приду», но больше не появилась. Никогда. И тихий домашний ребенок был вынужден выживать в чужом непривычном мире. В ожидании мамы. К счастью, в детском доме была очень хорошая заведующая, к которой девочка очень привязалась и даже стала называть мамой. Пластичная детская психика нашла такой способ выживания. И именно эта новая мама сделала все, чтобы Кристина поступила в институт и закончила его. А также добилась для нее жилья.
Вроде бы жизнь налаживалась, не считая того, что родная мать, которую девушка все же нашла, отказалась с ней общаться и попросила оставить ее в покое. Но у судьбы было припасено для Крис еще одно испытание. Она узнала, что у нее ВИЧ. Одна-единственная любовная история закончилась вот так трагически.
Это было еще на первом курсе института. Ну а когда же еще влюбляться?
Начало взрослой жизни, свобода, к которой совершенно бывают не готовы дети, выросшие в закрытых учреждениях, гормоны, и конечно же жажда любви, близости, тактильности всего того, чего так не хватало ей все эти годы! Кто же виноват, что объектом любви стал совсем «неправильный» мальчик, наркоман со стажем.
Конечно же она не сразу об этом узнала, а когда правда все же всплыла (а как иначе?), то по законам жанра, девушка начала его «спасать». К сожалению, все зависимые люди находятся в отношениях именно с предметом своей зависимости, все остальное уходит даже не на второй, а на сто второй план. Вот и этот молодой человек Кристину просто использовал в своих, разумеется, корыстных целях.
Он же ее и бросил. Нашел «даму сердца» постарше, но побогаче. Разрыв был длительным и тяжелым, с истериками и драками, как это часто бывает
у созависимых людей. Но, слава богу, все закончилось. А спустя год Кристина узнала о своем ВИЧ-статусе.
Разумеется, возникли проблемы с работой. Девушка, получившая высшее образование, смогла устроиться только курьером.
***
Сколько бед может выпасть на долю одного человека?
Да сколько угодно!
Говорят, что здесь мы проходим уроки, что чем тяжелее эта жизнь, тем счастливее мы будем в следующем воплощении. Кому-то это служит утешением. Но чаще всего нет. Счастья хочется именно сейчас, а в следующей жизни это ведь будем уже не мы. Даже если предположить, что кому-то достанется наша душа, мы об этом не узнаем. Наше сознание, память, наши планы и мечты уйдут вместе с нами. И у того, другого человека не будет этих огромных голубых глаз, вьющихся белокурых волос, стройной фигуры всего того, что является предметом гордости и на что часто делается ставка. Ставка, которая редко выигрывает, но ведь хочется надеяться на лучшее
Конечно же Ксения прониклась состраданием и симпатией к своей подопечной. Да и какое сердце осталось бы равнодушным к этой судьбе? Разве что совсем холодное и черствое, а ее сердце таким не было.
А еще границы. Эти пресловутые границы! Слово, которое сейчас уже набило оскомину, которое стало чуть ли не мемом в соцсетях! Но от этого оно ведь не утратило своего смысла. В своем желании дать хоть немного тепла этой глубоко несчастной, одинокой девочке, Ксюша позволила ей эти границы нарушить, переступить.
Кристина, я могу обращаться на «ты»?
Да, давай!
«Но ведь я не говорила, что и мне можно «тыкать», я ведь ей в матери гожусь». Но Ксения ничего тогда не сказала, промолчала, проглотила. Ну мелочь, же, ей богу! В современном мире возрастные границы почти стерлись.
Часто они возникают только тогда, когда людям это по какой-то причине удобно. Например, чтобы задавить авторитетом более молодого собеседника, или, к примеру, высмеять старуху с тележкой, вечно путающуюся под ногами. Вот тогда мы вспоминаем о том, что существуют возрастные разграничения
Ты моя крестная мамочка как-то сказала ей Кристина. И в последствии так и обращалась к ней: крестная.
И Ксения не смогла сказать «нет».
Да, она стала необъективной. Просто женщиной, жалеющей этого никому не нужного ребенка. И как-то упустила из виду, что «ребенку» 25 лет.
Кристине нравился парень, живущий в ее же подъезде, только на другом этаже. Иногда она видела его во дворе, ковыряющимся в старой «девятке», иногда они пересекались в лифте и просто здоровались. А бывало, что она шла по улице и замечала его, курящего на балконе.
«Он тааак на меня смотрел!»
«Он так мне улыбнулся!»
«Он очень хороший, очень добрый!»
«Я знаю, что нравлюсь ему!»
Ксения ее не разубеждала, старалась отвечать нейтрально, что-то вроде: «Ты красивая девушка, конечно ты нравишься молодым людям!» Но даже таких высказываний было достаточно, чтобы спустя месяц-полтора Кристина отважилась с ним заговорить. Подкараулив его у подъезда, она сделала вид, что эта встреча была случайной, вежливо поздоровалась, и смущаясь попросила помочь прикрутить петли дверцы кухонного шкафчика.