К тому же свадьбу с каззлом Роланом никто не отменял. Приготовления к празднованию шли полным ходом. Они закружили даже ослабленную болезнью невесту. К Εлене Павловне нагрянула швея. С толпой помощниц и свадебным платьем наперевес. Какими путями она обошла строжайшие врачебные запреты одному Всевышнему известно. Элен хотела было уточнить этот момент, но маньячно-радостный блеск глаз мэтрессы Альмы ее остановил. "Ну его на фиг, трусливо промолчала она, позволяя стащить себя с кровати и облачить в нежно голубое, отделанное мелким жемчугом платье. - Меньше знаешь, крепче спишь. "
- Придется ушивать, обойдя пару раз вокруг невесты, вынесла вердикт швея. - И сильно, - поджала губы мастерица, делая знак помощницам приблизиться.
Стайка вооруженных булавками девиц, радостно щебеча, накинулась на Элен Арклоу, и утро окончательно перестало быть томным.
- Не бледнейте, леди, - по-людоедски улыбаясь, уcпокоила ее мэтресса Альма. - Мы постараемся управиться как можно быстрее. Думаю, пары часов на все про все хватит. И не смотрите на меня взглядом раненой серны, не поможет.
- Да я собственно... Ой! - получив укол иголкой, вскрикнула Элен.
В другой раз она была бы рада пообщаться с модисткой, но не теперь. Ни сил пока особо не было, ни желания, да и усилий мэтрессы Альмы было жалко. Ясно же, что свадебное платье останется ненадеванным. Впрочем, это было ясно одной невесте. Остальные пребывали в блаженном неведении.
- Поосторожнее, - тем временем прикрикнула на неловкую помощницу швея.
- Граф за обиду нашей ледюшки живо на конюшню отправит, доверительно поведала проштрафившейcя особе Иви, которая глаз не сводила с любимой госпожи. - Враз прозреешь, и руки из нужного места вырастут.
- Оно бы и хорошо, - напоказ вздохнула мэтресса. А то не понимают бесстыдницы своего счастья. В такой дом попали... Эх, да что говорить.
Говорить и в самом деле было не о чем. Не понравилась Εлене Павловне такая угодливость и готовность подставлять своих людей. "Ну ее эту Альму-пальму, подумала она. В следующий раз другую швею приглашу. Выберу тетку попорядочнее. "
Спустя некоторое время примерка закончилась, а силы, что удивительно, у Элен еще остались. Этим следовало воспользоваться.
- Иви, обратилась она к камеристке, - что у нас с обедом?
- Через часок начнут сервировать, - подумав, ответила та. Но, если вашей милости угодно, я могу сбегать на кухню прямо сейчас. Для вас там всегда найдется что-нибудь вкусненькое.
- Не нужно, - отказалась Элен, которая с нынешнего дня даже в мыслях старалась считать себя леди Арклоу. Пришла пора прощаться прежним именем. Конспирация превыше и паранойя форева! - У меня возникла другая идея, сказала она. - Как думаешь, обрадуются отец и тетушка, если я спущусь к общей трапезе?
- А сил хватит? - встревожилась Иви. - Может, не нужно сегодня неволить себя. Полежать бы вам, леди миленькая. Небось устали после модистки-то.
- Целитель Оуэн велел выходить из комнат, помнишь?
- Ну если только, - вынуждена была согласиться камеристка. Мнение лекаря, спасшего госпожу, было для нее непререкаемым. - Тогда извольте одеваться, времени в обрез.
- Давай, - оживилась Элен.
- Прикажете фисташковое платье подать?
- В нем я буду похожа на несвежего покойника. Лучше фланелевое розовое. Оно и теплое, и цвет подходящий.
- Зато колер немодный в этом сезоне, - стояла на своем камеристка. Ну вспомните, леди, как вы мечтали о фисташковом. У него и отделка дороже, и...
- Иви, кому из нас предстоит идти на обед? - начала терять терпение Элен. Она пока еще была предельно вежлива, но понемногу начинала cердиться.
- Вообще-то обеим, - неожиданно хихикнула горничная. - Только обедать мы будем в разных местах. Вы в малой столовой, а я на кухне. Но смысл сказанного я поняла. Извините, ледюшка. Сейчас все будет.
- Давно бы так, - покачала головой та, думая о том, что настоящая Элен слишком распустила и прислугу, и вообще всех вокруг. Елена Павловна была совсем другой.
Госпожу Ласточкину с полным правом можно было назвать человеком
мягким и неконфликтным, но четкие границы допустимого у нее имелись. И не дай бог за них выйти! К примеру, субординация в рабочих отношениях. Или любовь к порядку, в смысле отсутствия беспорядка. Елена Павловна привыкла, что все должно лежать по местам, а не валяться незнамо где. Она и мальчишек своих так воспитывала: взяли, поиграли, разбросали все - молодцы и умнички. А теперь уберите на место, иначе придет сердитая мама и заберет все ништяки к свиньям собачим.
Также Петьке и Павлику запрещалось перевешиваться через перила, хватать ножи, совать пальцы в розетку, переходить улицу на красный свет, лезть к плите и вообще всячески вредить здоровью. В этих вопросах Елена Павловна могла дать сто очков вперед любому инспектору по технике безопасности. Кроме всего прочего детям полагалось хорошо учиться и много читать. Для кого-то последнее требование было непосильным, но в семье Ласточкиных запоем читали все. Близнецы исключением не стали. На них сказались-таки то ли гены, то ли привычки родителей и прочих дедов с бабушками. Все остальное деткам разрешалось и даже приветствовалось.