Она ведь не всегда такая, обычно задорная, весёлая, лёгкая, словно лучик солнца. Правда, не при общении со мной, а только рядом с близкими. Я и увидел её впервые именно такой. Она со смехом пронеслась по дорожке к входу в здание академии и задела меня плечом. Мы встретились взглядами, ощутили запахи друг друга и застыли, словно в сцене мыльной оперы. Виктория выглядела иначе, тогда ещё она не успела создать астральную книгу и наложить на неё десятки ледяных кристаллов, что выбелило её волосы и наполнило холодом глаза. Она была золотой и тёплой. Наивной. Смешной. Я опомнился, подошёл и представился. И как только прозвучали имена наших родов, волшебство встречи рассеялось. Я понял, что передо мной сестра выскочки-Вилдбэрна, а она увидела во мне соперника брата.
Но пахло от неё изумительно. И со стороны она казалась непохожей на Итана. Пара коротких разговоров, случайных встреч и сотни быстрых взглядов. Я всё же пригласил её на тайное свидание, а она вдруг взяла и согласилась. Первокурсница и преподаватель. Мы не могли себе позволить встречи вне определения статусов. Я предложил заключить помолвку, она согласилась, да и её отец был только рад. А потом заявил о себе Итан. Он запретил ей, и она не стала спорить. А раз она была так ведома мнением брата, я не посчитал нужным тратить на неё время. Буквально через месяц Виктория появилась в столовой за ручку с Римусом. Они обручились.
На этом всё должно было закончиться, но наши жизни замотало в мясорубке политических разборок. Помолвку Виктории и Римуса расторгли из-за неверности жениха, на моего отца совершили покушение, мне пришлось озаботиться репутацией и забыть о женитьбе на Джослин, Итан погиб, что поставило род Вилдбэрн в сложное положение. И вот теперь на моём запястье брачная вязь, и я наблюдаю, как моя новоиспечённая жёнушка неторопливо избавляется от одежды. И раздражения во мне больше, чем возбуждения. Намного больше. Интересно, закон разрешает душить раздражающих жён? Сомневаюсь Если только она сама разрешит. Но Виктория наверняка поиздевается. Сейчас избавится от одежды, ляжет, раздвинет ноги и поинтересуется, хватит ли мне десяти минут, а то ей ещё нужно выспаться и перед этим почитать конспекты. И ни один мускул на её ледяном лице не дрогнет. Стерва.
А ты не будешь раздеваться? девушка набросила на спинку кресла мундир и принялась расстёгивать пуговицы форменной рубашки.
Ты меня разденешь, пожал я плечами.
Тогда всё затянется, а я правда устала, ответила она, споро справляясь с пуговицами.
Полы рубашки раздвинулись, демонстрируя упругую грудь, скрытую лишь тонким шёлковым лифом. Белоснежным с нежно-розовым кружевом. Я ожидал увидеть что-то более практичное. Хотя она же была обручена. Виктория и Римус являлись самой сладкой парочкой академии. Всегда вместе, с милыми улыбками на лицах, он носил её вещи, открывал перед ней двери, она трепетно смахивала пылинки с его мундира. От взгляда на них на языке сразу ощущалась противная сладость. Поэтому я предпочитал их не замечать. Но идеальная пара всё же распалась. Наверное, Римусу надоело удовлетворяться ледяными прелестями и потянуло на горячую демоницу. Впрочем, детали той истории известны только ему, Виктории и Мелиссе.
Заснёшь, когда я буду доволен, мне надоело наблюдать издалека, и я направился к девушке.
Мельком глянув на меня, она отвернулась, чтобы расположить на спинке кресла и рубашку. Делала вид, что ей всё равно, или это на самом деле так?
Бесило, просто до зубовного скрежета выводило из себя!
Я очень голодный, вкрадчиво сообщил Виктории, проведя пальцем по её плечу к шее. По фарфоровой коже побежали мурашки. Интересно, почему? Вроде бы должен быть сытым после этой ночи, разве нет?
Мышцы её тела напряглись и тут же расслабились.
Ты же мужчина. Наверное, это нормально, хмыкнула она, взявшись за ремень брюк.
Или между нами ничего не было, сообщил я очевидное. Хороший вышел спектакль, Виктория.
Думай, что хочешь, так же невозмутимо ответила она, справляясь с ширинкой, и нагнулась, стягивая с себя брюки и позволяя мне полюбоваться подтянутыми ягодицами в шёлково-кружевном обрамлении.
Раздражение всё же чуть развеялось, уступив место другим ощущениям. Я не врал, у меня давно не было женщины, и вчерашняя ночь не стала исключением. Так что пусть
не рассчитывает, быстро не получится. Я намерен дать волю давним желаниям и насладиться ею сполна. Но сначала накажу.
Брюки отправились к другим вещам, Виктория стянула носки, мило собрала их и сунула в сумку, после чего развернулась ко мне.
Бельё снимать сейчас или позже? будничным тоном осведомилась она.
Она правда такая замороженная или притворяется?
Сейчас, ухмыльнулся я, внимательно приглядываясь к её лицу.
Виктория пожала плечами, споро расстегнула лиф, следом так же быстро справилась с низом. Аккуратно свернула бельё и тоже убрала в сумку.
Мне принять душ? и снова спокойно посмотрела в мои глаза.
Возбуждение вновь сменилось раздражением. Сейчас я не был уверен в том, что не сорвусь.
Нет, теперь займись мной, жёнушка. Мне должно понравиться.