Быстрым шагом наш герой направился к цели, которая казалась так невероятно далека от него.
Дальше, наверное только родной дом.
И тут Отабек подумал, что большего расстояния от его квартиры до этого места, куда его занесло, наверное, и не бывает вовсе. И всё это вокруг для него чужое. А в том месте, где его понимают и не зовут ни к каким самодовольным болванам в гости, уже давно отслушали бой курантов. Слопали наготовленную самую вкусную в мире еду, отгуляли праздник и, наверное, даже легли спать, чтобы утром найти под ёлкой подарки.
Эти мысли шибанули в нос и на глаза полезла противная жгучая совсем детская слеза.
Сердце забилось быстрее, когда спасительная дверь туалета выглянула из-за поворота. Всё ближе и ближе, хоть и в тумане, но вот она уже прямо перед ним протяни руку, и ты спасён. Отабек ещё ускорил шаг.
И как раз в этот самый момент эхо радостного вопля прокатилось по мраморной плитке на полу и отскочило от тронутых инеем окон:
Эй, Отабек, ты куда?! Стой!
И голосил это не кто-нибудь.
А самый что ни на есть Мистер Хвастун и Мистер Задавака, которого, если вы ещё не догадались, звали Жан-Жак Леруа. Он нёсся к Отабеку со своей ослепительно довольной лопоухой мордой и модной стрижкой. Под мышкой он держал папку для бумаг, вероятно, с сертификатами отличника и многочисленными грамотами, а в рюкзаке его золотом побрякивали кубки, медали и награды за все соревнования, конкурсы и олимпиады мира.
В животе тревожно ухнуло, Отабек хлюпнул носом и поспешно сжал ручку двери, но Леруа схватил его за плечо.
Эй, стой, же! Придёшь сегодня, я тебя жду, мелкий! яростно кивал он. С ночёвкой! Но если у тебя нет спальника не беда, дам тебе запасной, что с тебя взять, а. Будем смотреть ужастики, но если ты боишься, то ничего, то можно и что-то другое выбрать, кстати, сегодня ты опоздал на урок и как староста класса я обязан снять с тебя штрафные баллы, я говорил тебе, что твой прыжок просто ужасен? Ты собираешься что-то делать с этим? Эй, ты что, ревел, что ли?
И тут Отабек ответил.
Возраст читающих эту историю девчонок и мальчишек не позволяет мне рассказать вам, какие именно слова использовал наш герой, но они совершенно точно не были героическим и совершенно точно были непечатным.
И кто-то теперь может подумать, что даже у очень воспитанных ребят есть граница терпения. А кто-то что Отабек оказался не таким уж и воспитанным, как мы о нём думали.
У Отабека от собственных слов ох как полыхало в груди, и если этот хлыщ и выскочка немедленно не отстанет! Ох, если вздумает ответить
Отабек стряхнул с себя чужую руку и крепко сжал кулаки.
Мохнатые брови выскочки чуть приподнялись, рот глупо приоткрылся, а уши, казалось, ещё больше растопырились чтобы лучше слышать.
Что? переспросил
Леруа и широко улыбнулся: Не понимаю говори на английском или французком.
На секунду оторопев, Отабек перебрал в уме подходящие слова, но в голову, как назло, ничего не пришло. Да и не хотелось уже повторять этому дурню. Он мысленно поклялся выучить все ругательства персонально для этого выпендрёжника, чтобы как следует ответить ему на На что?
Внезапно стыд обжёг Отабеку щёки. Кулаки бессильно разжались от понимания, как он неправ. Леруа, конечно, неприятный и раздражающий тип. Но ведь если хорошенько подумать, этот обормот кроме того, что в любом деле успевал лучше всех, ничего плохого Отабеку не сделал. Разве что обругал косолапый прыжок? Но и в этом оказался совершенно прав не поспорить даже.
И теперь он стоял перед Отабеком, заглядывая в глаза с каким-то щенячьим любопытством и терпеливо ждал ответа.
Я сказал, засопел Отабек, что подумаю.
Класс, выдохнул Леруа, и на мгновение почудилось, что он натурально засиял, чище чемпионского кубка.
Отабек даже моргнул, на всякий случай.
А то никто больше не согласился. Мистер Во-Всём-Первый-Парень широко развёл руками. У всех другие планы, они очень хотели, но не смогли а я ведь уже накупил замороженной пиццы, чипсов и газировки на любой вкус, а! Ну и пусть не приходят, правда? Нам больше достанется! А ты чего надутый шёл? Если из-за прыжка, то не парься даже. Я тебя сегодня научу. Ну, увидимся.
Леруа галантно открыл перед Отабеком дверь туалета, как бы приглашая войти.
И с учёбой помогу, добавил он, и ещё в спину крикнул: А то ведь для чего ещё нужны друзья, правда?
Какие ещё друзья, устало прошептал Отабек и вздохнул.
Вообще-то он не собирался идти.
Но, может, чуть-чуть и собирался.
Ведь теперь, если не прийти, то, получается, Леруа в Новогоднюю ночь останется один-одинёшенек? А если Отабек придёт, да ещё и Иржик, то получится целая маленькая компания.
Извиниться бы перед Иржиком не стоило говорить, что он ему никто. В конце концов, может они и не друзья, но немного приятели. К тому же Отабек трижды в неделю, вы помните, обещал за ним присматривать, а ещё тётя Сюзанна печёт очень вкусное печенье.
И Отабек отправился в обратный путь через многолюдные коридоры с мыслью, что вперёд всего надо помириться с Иржиком, который, может, уже и не злится, потому как парень он добрый и отходчивый. А потом можно вместе решать идти или не идти.