Больше женщины со мной не разговаривали. Они молча делали свою работу. Одна занималась моим лицом, вторая в то же время укладывала мои волосы. После всего с меня сняли халат и облачили во что-то легкое и струящееся. Я взглянула на себя в зеркало и обомлела.
Да тут все видно же!
Ткань из самого Хараджа, едва касаясь невесомого подола наподобие платья на мне, объяснила одна из женщин. Поговаривают, что их женщины все поголовно в таких ходят, готовые развлекать своего господина в любую минуту, в ее глазах я увидела зависть, но она быстро взяла себя в руки.
В дверь постучали, и женщины снова слегка поклонились мне, попятившись назад. В комнате появился мужчина, который «навещал» меня в подвале и приносил хлеб с какой-то бурдой. Неужели легкая закуска подразумевала здесь ломоть зачерствелого хлеба? Но я ошиблась. Из-за его спины показалась женщина, которая несла поднос. По мере ее приближения ко мне я начала чувствовать запах еды. Поставив поднос на трюмо, все три женщины удалились, кроме старика. Он продолжил стоять на том же месте, где застыл, когда зашел в комнату.
Ешь. Его милость будет злиться, повторил он те же слова, что я слышала от него не раз.
Дважды просить не пришлось. Я накинулась на еду, запивая все каким-то травяным отваром, который на вкус оказался просто божественным. И едва я успела доесть, как в дверь снова постучали, представляя моему взору незнакомого мужчину.
Лекарь, услышала я от старика и всем корпусом повернулась в сторону вошедшего.
Лекарь это же врач?
Вошедший мужчина не вызвал положительных эмоций. Наоборот, я вся сжалась под его маслянистым взглядом, будто он не лекарь, а душегуб. «Точно схожу с ума, уже начала употреблять не современные слова», успела подумать я, когда полноватый мужчина приблизился ко мне. Белого медицинского халата на нем не было. Обычно даже домашние врачи накидывали на плечи обязательный атрибут своей профессии. Этот же и фонендоскоп не имел.
Но дальше было еще хуже. Мужчина протянул руки ко мне. Костюм на нем натянулся, особенно на животе. Думала, что пуговицы начнут в меня стрелять. Но не это было самым худшим. На кончиках пальцев у мужчины что-то заискрилось и потянулось в мою сторону. Какое-то маленькое облачко голубоватого свечения приблизилось ко мне и встало над моей головой, все также продолжая искрить, будто вот-вот в меня полетят маленькие молнии. Слава богу, этого не случилось. Вместо этого, облачко словно взорвалось,
и на меня посыпались искорки, которые тут же «впитывались» в меня. Я едва удержалась от того, чтобы не вскочить и не начать скидывать их с себя. Закрыла глаза и попыталась ощутить что-то. Изменилось ли что-то во мне? Нет. Но что, черт возьми, это было?!
Лекарь, как и я, не собирался со мной общаться. После того, как во мне полностью впиталось его облачко, он начал водить руками вблизи моего тела. И тут из меня вырвался смешок, на что я словила недовольный взгляд лекаря. А что? Строит тут из себя Дэвида Копперфильда, показывая мне зрелищные фокусы. Лучше бы лечил от отравления газами или спорами плесени. Мне вон, тут всякое мерещится
Так, так, вдруг заговорил он. Интересненько. Ни одного темного пятна в ауре, как и нет повреждений тела. Словно тебя и не касались вовсе.
Но едва я успела про это подумать, как мужчина закончил водить руками, одернул свой костюм и направился к выходу.
Она готова для сегодняшнего вечера с милордом, проговорил он старику, который все это время стоял неподвижно и ждал отмашки лекаря.
Казалось, пожилой мужчина облегченно выдохнул, но не удостоил меня взглядом, зашаркав вслед за лекарем. Я ненадолго осталась одна. Через пару минут заглянула та же женщина, что принесла мне поесть. За подносом. Потом я снова осталась одна. Но одиночество продлилось недолго. Буквально через пару минут вернулся старик, а следом за ним те два мужика, которые и привели меня сюда.
Следуй за мной, подавая мне какую-то накидку, так похожую на плащ, пожилой мужчина поманил меня за собой.
Только без глупостей, проговорил один из амбалов, вертя в руках кинжал, лезвие которого поблескивало от света.
Все трое смотрели на меня, пока я накину на плечи накидку. Затем двое посторонились, словно открыли мне дорогу, и старик последовал к выходу.
Будь покладиста с его милостью, давал мне наставления старик, пока я вертела головой и старалась запомнить дорогу.
Хоть и понимала, куда и зачем меня ведут, я не боялась, словно во мне атрофировалось чувство страха. И как нельзя кстати вспомнился турецкий сериал, где говорилось о золотом пути одной из героинь в покои султана. Только вот меня ждал не радушный прием и ночь страстной любви, а кое-что пострашнее.
Коридоры казались бесконечными, а в поворотах я уже запуталась. Все вокруг кричало о богатстве, но все было безвкусным. Будто хозяин дома выставил на обозрение все, что у него имелось в сокровищнице. И везде были его портреты, словно он какое-то божество, не иначе.
Мы поднялись на второй этаж, затем каменные ступени привели и на третий. И снова коридоры, снова десятки поворотов. Я едва не пропустила момент, когда старик остановился возле резных двустворчатых дверей, чуть не врезавшись в них. Меня резко остановил один из дуболомов, что тоже следовали за нами по пятам.