Подыши немного, усмехнулся он, наблюдая, как Даша жадно хватает ртом воздух.
Даша с нежностью вглядывалась в его глаза. Казалось, что именно так, наоборот, можно разглядеть
в сине-голубых глазах его душу.
Но джинн ускользнул от ее взгляда, прикрыв глаза и выпустив из ладоней ее лицо.
Ты мешаешь мне читать, ворчливо проговорил он, отодвигаясь. Сама советовала мне почитать твои книги, а теперь на самом интересном месте отрываешь.
Даша выпрямилась и обошла кресло, поднырнула под его руку, устраиваясь у него на коленях.
Что за самое интересное место? Давай читать вместе, проговорила она, заглядывая в книгу.
Я слишком быстро читаю, ты все равно за мной не успеешь, усмехнулся Иббрис, устраивая ее на своих коленях поудобнее. Но если ты пожелаешь, я сделаю так, что ты будешь читать по целой такой книге за минуту. Хочешь?
Не хочу, фыркнула Даша. Я все равно эту книгу знаю почти наизусть. Так что читай в удобном для себя темпе.
Они сидели так довольно долго. Иббр быстро перелистывал страницу за страницей, погрузившись в несуществующую историю. А Даша наслаждалась теплом его тела, прижавшись к его груди. Приятно было чувствовать вот так его близость. Даша задержала дыхание, подстраивая свой вдох к его вдоху и жалея о том, что нельзя также синхронизировать удары сердца. Его длинные волосы щекотали ей щеку. А она разглядывала его сосредоточенное лицо, временами касаясь кончиком пальца то его щеки, то носа и улыбаясь от того, как он морщится от прикосновений.
Играешь? спросил он с улыбкой, откладывая в сторону только что прочитанную книгу.
Угу, ответила Даша, касаясь губами пульсирующей жилки на его шее, что привлекла ее внимание в первую ночь их знакомства. Шла только вторая ночь, но Даша чувствовала, будто знает его всю свою жизнь.
Но настроение джинна в долю секунды вдруг изменилось. Он ничего не сказал, не отстранился, оставаясь в кресле неподвижным, но Даша шестым чувством ощутила, что что-то произошло, и с тревогой взглянула в его лицо. Улыбка исчезла, выражение лица стало вдруг спокойно-непроницаемым, а взгляд, устремленный вдаль, стал пустым, словно стеклянным.
Иббр, она начала она осторожно, положив руку ему на грудь, как раз над ровно бьющимся сердцем, я не это хотела сказать. Слышишь?
Угу, ответил он, не разжимая губ.
Иббр, посмотри на меня, прошептала она в панике, чувствуя как в горле встает комок. Я не хотела тебя обидеть.
Но джинн уже смотрел на нее своими прозрачными глазами и насмешливо улыбался.
О чем ты? Меня обидеть? Не слишком ли ты самоуверенна, крошка? усмехнулся он. За много сотен лет многие люди пытались меня обидеть. Но это не так-то просто. Что обычно люди считают лично для себя обидным? Когда другие плохо отзываются об их родителях, об их внешности, об их сокровенных желаниях и мечтах. Вот только у меня нет родителей. А внешность я выбираю самостоятельно, в зависимости от того, кто вызвал меня. А желаний у меня по определению быть не может. Я создан, чтобы исполнять чужие желания и не могу иметь своих. Так чем же ты могла меня обидеть, малышка?
Даша вглядывалась в его лицо, пытаясь найти следы недавней перемены. Но он смотрел на нее ясным открытым взглядом и снисходительно улыбался ей.
Так ты можешь выбрать себе внешность? растерянно проговорила она.
Да, в тот момент, пока я еще в сосуде. Вряд ли бы тебе понравился лысый негр или бородатый старик, усмехнулся он. А такой я тебе нравлюсь. Верно?
Верно, вздохнула Даша, запутавшись в своих чувствах к нему. Было ощущение, что он нарочно вводит ее в заблуждение, как заяц, убегая по лесу, прыгает обратно, замыкая свой след в кольцо и путая преследователей.
Ты мне кое-что обещала, вдруг прервал он ее размышления.
Да, конечно, спохватилась Даша, лихорадочно соображая, что и когда она успела ему пообещать.
Ночь уже в разгаре, а я до сих пор не получил обещанное, продолжал он прозрачно напоминать.
Прости, я пробормотала Даша, не в силах вспомнить, о чем он говорит. За эти сутки столько всего произошло, они о стольком успели поговорить, что
Иббрис тихо засмеялся, встал с кресла, подхватывая ее на руки, и понес в кровать.
Как же моя еще одна ночь любви? прошептал он, опуская ее на постель и устраиваясь сверху.
Ах это! Даша с облегчением засмеялась. Тут она и сама не могла сказать, чье именно это было желание. Только, контрацепция
Да-да, конечно, засмеялся джинн, словно фокусник, проведя рукой у нее за ухом и показывая ей зажатый между средним и указательным пальцем квадратик презерватива.
Иббр нежно коснулся губами ее губ. И замер. Затем на долю секунды отстранился, и затем снова едва коснулся. Даша сделала прерывистый вдох, сердце заколотилось и по всему телу пробежала жаркая волна.
Но он продолжал ее дразнить, не углубляя поцелуй,
но и не прерывая его. Лишь с каждым прикосновением меняя угол наклона и немного смещаясь то вправо, то влево. Его губы мягкие и влажные снова и снова касались ее губ. И это занятие ему не надоедало. Даша тяжело дышала и тихо постанывала между поцелуями, от нежных касаний его губ, от тяжести его тела, вдавившего ее в кровать.
Она раздвинула и слегка согнула в коленях ноги, чтобы его бедра оказались между ее ног, и сжала их своими бедрами. Иббрис продолжал мягко касаться губами ее губ. Даша слегка запрокинула лицо, чтобы его поцелуй пришелся чуть ниже, и в этот момент приоткрыла губы и поймала его верхнюю губу, обхватив ее своими губами и нежно посасывая. Но он высвободился и снова принялся покрывать поцелуями ее губы, временами соскальзывая на щеки, подбородок.