Спустя минуту Иббрис с восторгом разглядывал свой силуэт, сложенный из гвоздиков.
А если бы кто-то захотел исполнять твои желания? осторожно спросила Даша, когда джинн наигрался с арт-объектом и они пошли дальше. Что бы ты пожелал?
Не знаю, пожал он плечами. У меня все есть. Что за вопросы? Или ты уже придумала второе желание и не знаешь, как мне об это сказать?
Нет-нет, замотала головой Даша. Пойдем лучше поедим. Тут рядом есть кафе, где вкусно кормят.
Поесть я люблю, согласился джинн, распахивая перед Дашей дверь кафе и пропуская ее вперед. Однажды один повелитель нашел бутылку в пустыне. Он был так голоден, что заказал первым желанием еды на сто человек, а вторым желанием столько же выпивки. А третьим желанием он пожелал, чтобы я вместе с ним все это ел и пил. Ибо сам он столько съесть не мог, а позволить еде испортится ему было жалко. Так мы с ним трое суток ели и пили без остановки. Я тогда, кажется, на всю жизнь наелся, захохотал он, выдвигая
стул и указывая на него Даше.
Каких только дураков на свете нет, засмеялась тоже Даша, усаживаясь на предложенный стул. Впервые в жизни ей встретился мужчина, для которого проявления галантности были настолько естественны, что не вызывали неловкости. Словно, так и надо Словно так и должно быть и никак иначе просто не бывает. И от этого с ним было так легко, как будто они были знакомы сто лет.
Они принялись за еду, все еще продолжая смеяться.
А тогда... двести лет назад. Ну ты рассказывал, что у тебя была женщина Расскажи об этом, попросила Даша, когда им принесли кофе.
Да ну, отмахнулся вдруг джинн. Это история неинтересная и вспоминать ее не стоит.
А мне интересно. Почему ты не хочешь рассказать? настаивала Даша, надеясь узнать о нем чуть побольше. Если он избегает об этом говорить, значит история его чем-то задевает. Возможно, удастся приоткрыть завесу тайны, окружающую личность этого странного мужчины, исполняющего чужие желания и не умеющего желать для себя.
Скажи-ка мне, он наклонил голову набок и задумчиво посмотрел на нее. Это любопытство или ревность? Что именно ты хочешь узнать, услышав эту историю?
Ни то и ни другое, смутилась Даша. В этот момент она поняла, что он только производит впечатление беспечного и легкомысленного молодого парня. Заглянув в бездонную синеву его глаз, Даша увидела в них себя маленького неразумного ребенка. На нее смотрели глаза существа, прожившего на свете сотни лет, заставшего расцветы и закаты целых цивилизаций, проницательный взгляд которых видел ее насквозь. И ее неловкие попытки схитрить были для него не более чем уловки ребенка, спрятавшего за щекой конфету.
Ну не рассказывай, если для тебя это трудно, прошептала она пристыжено, опуская глаза и комкая в руках салфетку.
В тот раз бутылка попала в руки богатого купца, неожиданно начал он рассказ, отворачиваясь от нее и задумчиво глядя в окно на проходящих мимо людей. У купца было все, чего он только не пожелает. И была у него юная красавица-жена. Купец желал наслаждаться красотой своей жены, однако природа наказала его. За годы невоздержанности и разврата он растратил свою мужскую силу. И никто, даже я, уже не мог ему помочь. Тогда он потребовал, чтобы я на его глазах вступал в связь с его женой и делал с ней то, что он бы захотел. Девушка была юна и чиста, словно лилия. Не выдержав такого, она после третьей ночи наложила на себя руки.
Извини, прошептала Даша. Она надолго замолчала, потрясенная услышанным. Джинн снова пожал плечами, все также не глядя на нее, и отхлебнул кофе.
Принесли счет. Даша порылась в сумочке, доставая деньги.
Во все времена в таких местах мужчина платит за женщину, проговорил джинн, заметив, что она вынимает деньги.
Ерунда, отмахнулась Даша. Уж на кафе-то я заработала.
Положи сюда, Иббрис постучал указательным пальцем по столу.
Даша, оробев от повелительной интонации в его голосе, послушно положила купюру 1000 рублей на стол, с интересом наблюдая за тем, что он будет делать. Джинн накрыл купюру ладонью, а затем отнял ее. На столе стопочкой лежали четыре одинаковых купюры по 1000 рублей.
Столько хватит, чтобы оплатить еду? спросил он.
Да, более чем достаточно, растерялась Даша.
Иббрис удовлетворенно кивнул, поднялся со стула и отошел к вешалке за одеждой.
После еды вдруг неодолимо потянуло в сон. Даша зевнула и потерла глаза, которые словно присыпало песком.
Надо прогуляться, а то я засыпать начинаю, пожаловалась она, вставая из-за столика.
Надо вернуться домой и поспать тебе немного, ответил Иббрис ей в тон, придерживая ее пальто, чтобы ей удобнее было одеваться. Или ты хочешь еще поиграть в «супервумен»?
Даша усмехнулась тому, как он забавно ввинчивает современные словечки в свою речь, но в душе почувствовала, что он чертовски прав. Не спать вторые сутки было тяжело и, главное, незачем. Хотя бы потому, что она надеялась еще на одну ночь с джинном, а для этого понадобятся силы.
Ты никуда не исчезнешь, пока я буду спать? спросила она о том, что ее тревожило, когда они вышли из кафе и пошли в сторону дома.
Куда мне исчезать? удивился Иббрис. Я же сказал тебе, что пока не загадаешь все желания, я буду везде с тобой.