Бывший гвардеец исчез, но перекрывавшая восточный туннель цепь едва заметно покачивалась.
Меровед ускорился, и полы его плаща взметнулись, явив «Огненное клеймо». Он выстрелил в цепь, и разрубленные концы упали, как будто занавес. Отовсюду полетели панические вскрики.
Он достиг туннеля в считанные секунды, редкие прохожие инстинктивно расступались у него с пути, и бросился внутрь.
Лишь после этого Меровед приостановился. Здесь царила еще более густая темнота, и даже большее отчаяние. Знак говорил правду, но ктото явно использовал эту часть транзитного узла. Он различил
отпечатки ног и следы обитания пару окурков от палочек-лхо и оброненную натриевую лампу. Туннель тянулся, по меньшей мере, на сотню футов, прежде чем свернуть за угол. Туда Меровед и направился.
Он сделал всего пару шагов, когда низкий гул антигравитационного двигателя заставил Мероведа уйти влево. Вдоль стен туннеля на равных промежутках находились ниши, и из одной из них на реактивном мотоцикле «Терзатель» вырвался мужчина, виденный им у входа. Старая, большая машина летела низко, водитель откинулся назад, до упора выкручивая ручку газа и вжимая педали. Длинный серо-черный корпус прошил воздух, подобно носу корабля, расположенный спереди тяжелый стаббер бесполезный против погони.
Соглядатай, понял Меровед. Его нужно остановить.
Он запустил «Огненное клеймо», и ствол с низким активационным воем полыхнул. Термоядерный луч зацепил передний отражатель шасси реактивного мотоцикла, высекши сноп горячих ярких искр, отчего водитель потерял управление, и машина плугом вгрызлась в землю. Она пропахала борозду длиной в двенадцать футов, прежде чем зарыться слишком глубоко и резко остановиться, так что водителя перебросило через корпус еще на двенадцать футов вглубь туннеля. Он мешком упал на пол с неестественно вывернутыми вокруг тела конечностями.
Широким, пружинящим шагом Меровед стремительно преодолел отделявшее его от места крушения расстояние. Пригнувшись, он посадил водителя на зад, вырвав из него болезненный вопль, и прислонил к стене.
Говори, велел он. Быстро.
Бывший гвардеец скривился, на его губах розовела кровь. Из горла поднялась новая волна алой жидкости, и на пару секунд тот закашлялся, прежде чем выплюнуть ее себе на подбородок.
Ты умираешь, сказал ему Меровед. У тебя раздроблены ребра, и минимум одно из них пробило легкое. У тебя сломана левая рука и обе ноги. Смерть будет крайне болезненной. Я могу избавить тебя от нее, и закончить все быстро.
Святая Терра ты начал бывший гвардеец, сипя и булькая между словами, один из них
У него в глазах вспыхнуло нечто похожее на страх. Даже на пороге кончины смертный не мог избавиться от экзистенциального ужаса перед одним из избранников Императора.
Меровед нахмурился. Нужно, чтобы тот заговорил.
И ты это знал, прежде чем кинуться наутек. Куда? Кто твои союзники? Они тоже здесь?
Мужчина рассмеялся, хотя это, казалось, причиняло ему боль, и звучало скорее как приступ удушья.
Тебе будет казаться, что ты захлебываешься, теряя терпение, сказал Меровед, вот только ты будешь на земле, и задыхаться будешь своей же кровью. Как тебя зовут? Что означает метка у тебя под глазом?
Оставались считанные секунды. Меровед слышал это в дыхании мужчины.
Говори. Тебе больше не к чему стремиться, кроме помутнения. Послужи Трону, и обретешь искупление.
Бывший гвардеец улыбнулся, отчего лицо его стало поразительно умиротворенным, и сплюнул очередной сгусток крови.
Я уже служу но не склонюсь прохрипел он, каждый вдох давался ему с огромным трудом, перед отчаянием Мое страдание служит высшей це
Он обмяк, белый как мел, глаза запали в глазницы.
Меровед поднялся и выругался про себя. Он ничего не нашел, и уже собирался вызвать Зату, когда заметил краешек пергамента, торчавший из кармана мертвеца. Снова присев, Меровед извлек карту. На ней были нарисованы неиспользуемые туннели, ведущие от восточного входа к некому месту встречи либо укрытию. При дальнейшем осмотре тела он обнаружил на шее мужчины нуль-ошейник. Тот был отключен, но выглядел рабочим. Меровед снял устройство, сложил в трех соединявших его петлях и спрятал в большой карман на поясе с боеприпасами.
Затем он перевел взгляд на реактивный мотоцикл. Изза работавших антигравитационных двигателей он продолжал медленно зарываться в грязь, дрожа, словно выпущенная в мишень стрела. Стремена и сиденье выглядели настраиваемыми. По его прикидкам, размерами машина была с «Рассветного орла», но только чуть более громоздкой и не такой сложной, как реактивные мотоциклы, на которых ездили его старые товарищи-катафракты.
Меровед вскинул бровь.
Одиннадцатая глава
В лицо бил ветер, развевая капюшон и то и дело норовя сорвать его с головы. Меровед не мог убрать с лица улыбку, наслаждаясь скоростью «Терзателя».
Туннель сливался в сплошное пятно, освещенный лишь лучами света из установленных в носу «Терзателя» фар. Мнемические
способности Мероведа не давали ему сбиться с описанного в карте маршрута, хотя глубокие неиспользуемые туннели в заброшенной бездне Воргантиана походили на настоящий лабиринт. Спустя несколько миль повороты стали стремительными и резкими. Теперь он понял, зачем покойному бывшему гвардейцу, брошенному им в туннеле, нужна была карта, пусть самому Мероведу потребовалось посмотреть на нее всего раз. Чего он не мог взять в толк, так это почему у мертвеца был нуль-ошейник. Продолжая ускоряться, он решил, что ошейник мог какимто образом касаться предполагаемых самоубийств, с которыми столкнулась Гедд, и задался вопросом, к чему все это могло вести.