Война, которую ты предсказал
Война, которую ты предсказал
Я привыкла. Улыбалась, кивала, но мысленно посмеивалась: мол, говори, говори...
Когда война началась, я позвонила тебе в далекий северный город, чтобы выразить восхищение твоим провидческим даром. Как выяснилось, сунулась со своими восторгами я не вовремя: ты был пьян до изумления и едва ли понимал, о чем я толкую.
А когда я позвонила в следующий раз, трубку взял равнодушный милиционер и сообщил, что поговорить с тобой я больше не смогу. Потом он дотошно выяснял, кто я такая и кем тебе прихожусь, а еще где была в ночь на... Я терпеливо и как-то даже отстраненно отвечала на его вопросы, потом повесила трубку и... не смогла плакать.
Слез не было. Был вой, надрывный вой, который рождался где-то глубоко внутри, не в легких, но в утробе, и прорывался наружу, перемежаясь с бессмысленными выкриками: «Нет! Почему он?! Забери меня тоже!» Но глаза оставались сухими.
Я не успевала на твои похороны, но точно знала, что могу попасть на сороковины, а потом буду прилетать в твой нет, наш! город так часто, как позволят средства и обстоятельства, ходить по улицам и набережным, где мы были счастливы вдвоем, где я внимала твоему вдохновенному вранью и с улыбкой убеждала тебя, что верю, верю... И буду внезапно узнавать тебя в чужом стриженом затылке, в привычном жесте, сделанном не твоей рукой, и даже в ботинках точь-в-точь как те, что мы покупали вместе! мне будут мерещиться твои ноги, и я, возможно, стану бояться поднять глаза на сидящего напротив, догадываясь, что лицо у него чужое, не твое.
Так бы оно и случилось, если бы не война, которую ты предсказал.
Неожиданно для всех она шагнула за границы маленькой южной страны и развернулась вширь, растекаясь по всему континенту.
Не сразу.
Сначала поползли щупальца слухов, которые старательно опровергали, но не могли заглушить разноязыкие политики.
Потом вдруг отменили рейс, которым я собиралась лететь к тебе. И следующий за ним тоже отменили, а про остальные отвечали столь уклончиво, что становилось ясно: больше никто никуда не полетит.
А вскоре всем стало не до полетов и не до глупых вопросов, потому что наступило то самое время, о котором раньше еще говорили, что живые позавидуют мертвым.
Это была какофония звуков и света, бесконечная, безбрежная, безжалостная и... завораживающая. Настолько завораживающая, что страх отступал перед этой чудовищной красотой.
Я не боялась и еще по одной причине просто знала, что каждый мой шаг приближает меня к тебе. Я не стремилась к смерти, но и отвращения к ней не испытывала. Просто приняла новое соседство.
Война странная штука. Она разлучает иных и навсегда... А меня наоборот приблизила к тебе. Она калечит тела и судьбы. Моя судьба начала выправляться, заново выплавляться в ее огне. Она обнажает не только безобразие правды, но и ее красоту. Больно глазам и душе, но есть в этой наготе нечто исцеляющее. Прежде мне нравилось жить в паутине твоей лжи, привычной и уютной, а война содрала с меня эту паутину вместе с кожей. Я стала уязвимей, но обнаружила, что теперь могу чувствовать не только ту боль, которая живет во мне.
Война, которую ты предсказал, спасла меня.
Война, знаешь ли, находит дело всем и никчемным, и недужным. Или, вернее, каждый находит себе занятие внутри нее, на ее условиях. Хотя, конечно, по большому счету мы все тут стали людьми одной профессии мародерами: грабим супермаркеты и опустевшие дома, стыдливо отворачиваясь от того, что еще недавно было живым. Еда и одежда, понятно, нужны всем, но каждый из нас ищет что-то свое, ценное для него лично: драгоценности, технику, книги.. Один сумасшедший собирает почтовые марки! Но война научила нас снисходительно относиться к чужим заскокам. У каждого ведь и свои имеются.
Среди прочих мародеров-искателей я с некоторых пор считаюсь обладательницей особых тараканов в голове. Действительно, сейчас, когда и банальное выживание стоит немалых усилий, я начала собирать коллекцию, требующую особых вложений.
Первым экземпляром стала Дебора. Я нашла девочку в пустой квартире с вывороченной дверью. Она даже не испугалась меня у нее больше не было сил бояться. Дала руку и