Мне нравится слово «хрен». Его едят, от него веет чем-то хорошим, сильным. Позитивное словцо.
Подавив желание поиграть в рыбу, которую выбросили на берег, Кинг почесал грудь. Он понятия не имел, что с ней делать. С одной стороны, ему хотелось вышвырнуть ее к упомянутым хренам, а с другой предложить свой
Рад, что мы прояснили этот момент.
Так как мне быть с возвращением домой?
А, ну да. Позже вечером я могу отвезти тебя на вертолете. А можешь дождаться пятичасового морского такси и уплыть в Салем в компании вылезших из ада строителей.
Почему бы мне не попробовать добраться до Салема вплавь?
Можешь и вплавь. Только не кусай по пути акул.
Спасибочки. Я выбираю строителей.
Кинг потер щетину на подбородке и, как озабоченный кобель, собирающийся обхаживать очередную «жертву», пожалел, что не побрился этим утром. Кто б сказал еще пару дней назад! Он ничегошеньки не знает об этой дамочке, а она уже тащит его на поводке на минное поле тестостерона, реагирующее на перепады температуры и готовое взлететь на воздух от любого контакта.
Вглядываясь в Салемскую гавань, она уселась на обломок скалы, положив ногу на ногу и покачивая красной шпилькой, чем предоставила Пэкстону еще один угол обзора. Проведя рукой по волосам, чтобы убрать от лица непослушные локоны, она снова взглянула на Кинга.
Кстати, а почему ты меня преследовал?
Ты побежала, я побежал за тобой.
Я побежала, потому что ты за мной побежал. Ты псих?
Видимо, я должен раз сто извиниться, потому что мой прораб почему-то решил, что ты действуешь как успокоительное на рабочих и это жуткое завывание по углам. Давай вернемся в замок. Только для того, чтобы доказать ему, что он ошибается.
Я, скорее, съем свои туфли. Ты только что вышвырнул меня. Причем дважды. Кроме того, ты втянул себя в проигрышную ситуацию.
Тогда приезжай сюда попозже.
Вряд ли я воспылаю желанием.
Кинг застыл. Если ей нравится слово «хрен», то сейчас она имела в виду Неееа, не могла она иметь это в виду. Господи! Ему была нужна женщина. Любая кроме этой, ясное дело. Потому что эта точно больная на голову. Неужели она действительно может стать источником умиротворения?
Что ты имела в виду, когда сказала о проигрышной ситуации?
Проигрыш уже маячит у тебя под носом. Поэтому вместо того, чтобы оскорблять тебя, я просто посижу здесь и подожду того момента, когда смогу вернуться домой.
Семь часов?
Лучше глубокое синее море, чем дьявол во плоти.
Дьявол его дернул, или черт какой, только прямо сейчас Пэкстон хотел зацеловать до смерти полные, наглые и просто созданные для поцелуев губы этой психованной девицы. Никогда раньше он не видел такого лица невинного и соблазнительного одновременно.
Кинг шагнул ближе и снова поднял ее на руки. И не встретил никакого сопротивления. Дотащив ее до дверей, он на секунду остановился. Мысль о том, чтобы перенести ее через порог становилась все отчетливее. А это значило, что он должен избавиться от этой барышни, как от готовой рвануть прямо у него в руках гранаты.
Я сказала, что ненавижу, когда ко мне прикасаются.
Да-да, помню. Видимо, поэтому ты сейчас дерешься со мной не на жизнь, а на смерть.
Как только он договорил, она забарахталась у него на руках. Это, в лучшем случае, представляло собой всего лишь символическую попытку борьбы, а в худшем попытку соблазнения. Или, секундочку, все с точностью до наоборот? Кинг тут же вошел во вкус, пытаясь угомонить ее, по-прежнему держа на руках, чтобы впечатать каждый изгиб ее тела и каждую черточку лица в чувственную копилку своей памяти, не говоря уже о тактильной. Она словно хотела забраться к нему в душу, и, черт побери, ему хотелось, чтобы так и было. Хотя нет. Он хотел вобрать в себя каждую деталь ее ошеломительной
внешности каждый кусочек того, что делает ее живой И он хотел забраться к ней в быть внутри нее.
Да, черт возьми!!! Он адски этого хотел.
Пэкстон бросил ее, как будто держал в руках горячее блюдо, только что побывавшее в духовке. Ладно, чего греха таить, она и была этим блюдом. Она грохнулась на поддон для изоляционной пены, спружинила, подскочив разок вверх, и выругалась.
Ты самая обычная мегера, заявил Кинг, потирая бедро в том месте, куда она его пнула. Теперь синяк будет.
Она тут же вскочила на ноги.
Фигово. Потому что я намеревалась пустить тебе кровь.
Яростно отбросив упавшую на глаза светлую прядь, она глубоко вдохнула, и от того, как поднялась ее грудь в этот момент, Пэкстон почувствовал себя так, словно настоящая салемская ведьма только что наложила на него какое-то заклятие. Да что там на него! На всех мужиков в мире сразу.
Эй, вдруг сказал он, с трудом отводя от нее взгляд и прислушиваясь к тишине в замке, тут тихо. Будь я проклят, если эти омерзительные завывания не стихли. Курт был прав. Вот ведь! Рабочие не собачатся. Ветер не воет.
Ветер? Мегера улыбнулась, как кошка, которой только что подали на блюдечке с голубой каемочкой самые вкусные сливки на свете, и, замахнувшись ногой, едва не попала по его крепкой заднице. О, это был вовсе не ветер, заявила она слишком самодовольно на его взгляд. А ты думал, ветер? Так вот, нет, нет и еще раз нет. Это одно могущественное взбешенное привидение. И я слышу, что в свое время она была ведьмой.