И на фоне всех этих страстей, наличие у меня миниатюрных шкатулок накопителей, способных заменить собой огромный тяжеленный блок классического аккумулятора, заставляло нервничать. И не меня одного.
Именно поэтому, разговор с опекуном состоявшийся у нас этим же вечером, был вовсе не о моих планах, а о тех самых шкатулках.
Вот только я сомневаюсь, что удастся продать их по второму разу. Задумчиво заключил дядька Мирон, добившись от меня принципиального согласия вернуть пресловутые артефакты седьмому департаменту. Я встрепенулся. Теперь стало понятно, почему он так старательно уговаривал меня
То есть, я что, должен отдать их бесплатно?! Изумился я.
Ну, думаю, на определённую награду ты мог бы рассчитывать Протянул дядька Мирон с ухмылкой. Но поскольку ты не состоишь на службе, то речь может идти лишь о гражданском ордене.
Издеваешься? Прищурился я, раскачиваясь на табурете. Опекун состроил непонимающее лицо. Я кивнул. Точно, издеваешься.
Кирилл, послушай Начал говорить дядька Мирон, но я его перебил.
Нет. Мы с Хельгой рисковали жизнями ради этих чёртовых накопителей. И я не я буду, если не вытряхну из Несдинича достойную награду для нас обоих. А медали пусть отдаст тем, кто планировал доставку шкатулок. На долгую память.
Я бы ещё много чего наговорил, но тут меня чуть не задушили. Коекак развернувшись в кольце сдавивших моё тело рук, я уткнулся носом в упругие полушария, едва прикрытые тонкой тканью домашнего платья хм
Хель гха отпкху сти! Пропыхтел я.
Дочка, выпусти его. Задохнётся. Прогудел мой опекун. Хельга послушалась.
Нет, только подумать и вот такое богатство достанется какомуто Гюрятиничу. Облегчённо вздохнул я. Взъерошившая мне волосы, девушка поймала устремлённый на её «богатство» взгляд, и ладонь только что гладившая по голове, моментально ухватила меня за вихры. Ай! Больно же!
Только я начинаю думать, что мой братец умница, как он тут же делает всё, чтобы доказать обратное. Прищурившись, сообщила Хельга, под сдавленный смех отца.
Фуф. Я наконец вывернулся изпод её руки и, пригладив растрепавшиеся волосы, отпрыгнул в сторону. Я не виноват, что ты не понимаешь моих тонких комплиментов!
Это ты меня сейчас дурой назвал? Вкрадчиво протянула Хельга.
Лучше дурой, чем стервой. Буркнул я, ныряя под стол. Вовремя. Стоявшая на столе чашка просвистела над головой и врезалась в стену. Выбравшись изпод стола рядом с посмеивающимся опекуном, я занял стратегически выгодную позицию за его спиной и, окинув взглядом застывшую напротив Хельгу, тихо договорил. Бедный капитан, я ему уже сочувствую. С такой женой никакие пираты не сравнятся
Что ты сказал?! Вот теперь, она точно в ярости. И как услышала только? Ех помирать, так с музыкой!
А что такого? Пираты, по крайней мере, встречаются далеко не в каждом рейсе, а жена штурман всегда рядом я бы повесился.
А вот теперь, Кирилл беги. Ухмыльнулся опекун. Он дядька умный, дурного не посоветует и я побежал.
Порядок в доме мы наводили вместе с Хельгой аж до полуночи, да ещё и под надзором тётушки Елены, не оценившей наш забег по её кухне. М да, не стоило Хельге швыряться в меня тем пакетом с мукой
Зато мы снова помирились. А вообще, с такой «сестрицей» общаться куда проще и приятнее, чем с её прежним вариантом. Нет, у неё и сейчас порой бывают рецидивы бюргерской «приличности», но редко и купируются эти приступы довольно легко, достаточно пары тройки язвительных шуточек. Правда, не
всегда безболезненно для «доктора» за уши меня тягать она навострилась както уж очень быстро. Но уж лучше так, чем никак, так что, я не жалуюсь.
В одном дядька Мирон оказался прав, выручить деньги за шкатулки мне не удалось. Несдинич упёрся рогом и напрочь отказался от денежных расчётов
Да мне проще их уничтожить, чем отдавать «за так». Проворчал я, когда следующим вечером мы, всей дружной компанией Завидичей сидели в знакомом мне кабинете инженер контр адмирала. Настроение после визита в училище и без того было не ахти, а тут ещё и его превосходительство упрямится.
Кирилл Тихо проговорил дядька Мирон, предупреждающе качая головой.
Что? Я прищурился. Меня никто не принимал на службу в седьмой департамент, как и Хельгу! Разве нет? Но мы выполнили их работу, а значит, имеем право на её оплату. В конце концов, можно было просто бросить эти чёртовы шкатулки на дирижабле, и не факт, что от них чтото осталось бы после катастрофы. Разве не так?
Так. Неожиданно для меня кивнул Несдинич. Но заплатить за накопители я не могу. Увы, юноша.
Но почему?! Мой голос чуть не сорвался на фальцет и я смутился.
Потому что в отличие от прошлого раза, я не смогу отчитаться за эти суммы. Тогда, вариант выкупа находки был предусмотрен одним из планов, сейчас, никакие траты не предполагались вообще. Ровным тоном, словно объясняя прописные истины, ответил Несдинич. Я шумно втянул носом воздух.
Понятно. Значит, по блестяшке на грудь и идите лесом, да? Нахмурившись, подвожу итог. Контр адмирал поморщился.
Кирилл, я нисколько не умаляю ваших с Хельгой Мироновной заслуг, и благодарен за вам за сделанное, но прошу не высказываться в подобном тоне о наградах.