Меня, снова протерли тряпочкой и уложили.
-Теперь спи. Сон он завсегда на пользу идёт.
Незаметно для себя снова уснула.
Проснулась от разговора, говорили тихо, но рядом. Не стала показывать, что проснулась, решила послушать о чем речь.
Я все ещё не понимала где нахожусь. То что умерла в своём мире, это без сомнения, но где сейчас, что это за место и чем мне здесь грозит, вот это мне и предстоит выяснить.
-Ты бы забрал её, Михайло, к себе. Не нравится мне Маланья. Девочка боится её. Глаз недобрый. Все говорит падучая, да только не было при мне у Лики приступа, ни разу не было.
-Так то она спит все время, что падать то ей..
-Ох незнаю, Михайло.. не добро она смотрит, не добро..
-Всеслав не пустит её со мной. Да и место там у меня не простое. Алёшка ещё, сама знаешь, чисто волком смотрит. Эх..
Я открыла глаза, так интересно стало, кто разговаривает с бабой Фирой.
Мужчина, которого она называла Михайло, был огромен. Точно, Михайло. Огромный , как медведь. Большая борода, шикарные усы, темнорусый, могучий. Настоящий богатырь. Одет был в простую рубаху, по типу льняной, подпоясанною какой то веревкой .
-Проснулась, Лика. Хорошо. Хватит спать то. Я тебе орешков принёс с леса. Он улыбнулся и огромная ручища погладила меня.
Я робко улыбнулась в ответ. Интересно кто это? То что он добрый это было видно невооружённым глазом, как говорится. Голубые глаза из под лохматый бровей смотрели ласково, в уголках прятались морщинки, выдавая не только возраст, но и добрый, улыбчивый нрав.
-Деда! юный ,звонкий мальчишечий возглас раздался от дверей-Деда!
-Никита..- пробасил великан.
Они обнялись, а баба Фира, улыбаясь и что то про себя приговаривая, пошла хлопотать на стол.
Мальчишка наобнимавшись с дедом подошёл ко мне.
-Лика, как хорошо, что ты проснулась- он по доброму улыбнулся - Я тебе свистульку сделал, смотри.
Откуда то, видимо из кармана, достал немного корявенькую деревянную свистульку.
-Сам делал- гордо сказал он.
Я понесла ко рту свистульку и свиснула. Получилось.
Улыбнулась и благодарно кивнула ,принимая подарок.
Мальчишка весь засветился от радости.
-Отец- кто то пробасил от двери .
С любопытством наблюдала обнимашки двух великанов. Вошедший
мужчина был ещё выше Михайло, видимо сын Михайло. Такой же широкий, но менее бородатый. На вид лет тридцати пяти, довольно симпатичный. Понятно почему эта Маланья круги наворачивает. Интересно, что случилось с матерью здешней Ангелики? И с самой Ангелкой ? Если я здесь, значит она тоже умерла?
Одни вопросы..
Глава 3
-Отец Небесный, Ярило, благодарствуем тебе за стол наш и молитву возносим тебе, славя тебя.
Ярило? Я что, в прошлом? Но ведь не возможно в прошлое попасть? Или это альтернативная реальность?
Мои мысли заметались. Если Ярило бог, до это дохристианская Русь. Значит восьмой- одиннадцатый век примерно. Я простонала, это же тьма тараканья.
На мой стон, сразу все мужики есть перестали и с тревогой на меня уставились.
Никита вскочил и кинулся ко мне
-Больно? Сестрица? Что болит?
С тревогой вглядывался в меня.
А что сказать? И главное как? Я немая! В какой то дремучей древности, где бог это солнце.
Из глаз полились слезы. Ну богиня, ну учудила. Стараясь не сорваться в истерику, прикусила губу и снова простонала.
Меня на руки подхватил видимо отец тот, который теперь мой отец.
Подхватил и начал покачивать, шептать что то успокаивающее. Баба Фира суетилась рядом, готовя какой то отвар.
Я смотрела на все это безумным взглядом и подвывала от беспомощности осознания, что вот это все теперь моя жизнь.
Аааа!!! Хотелось кричать, визжать, но кроме мычания ничего не получалось.
-Ну.. видите? Припадошная она. Как есть падучая.
Злой голос, раздавшись рядом, привёл меня в чувство.
Сжалась от резкой злости и глупых обвинений. У меня истерика, а не эпилепсия. Но видимо, Маланье надо, чтобы думали что я дурочка припадошная.
-Нет.. Не падучая..- отец пробасил, прижимая к себе крепче- Испугалась она чего то.
Он поудобнее взял меня, - Лика здоровая была.
Я затаившись, изподлолья смотрела на Маланью.
-Всеслав, что ты, конечно здоровая была. Да после смерти Светаны, да после болезни вот и головой стукнулась- голос её стал ласковым да нежным.
Вот ведь змея какая! Значит мать Никиты и моя умерла, девочка, которая сейчас я, заболела и тоже умерла, раз теперь в её теле я.
Да уж.. Истерика отступила. Отец аккуратно снова положил меня на лавку, погладив по голове.
Снова все к столу пошли. Маланья каких то пирогов принесла, хлопотала, ласково приговаривая и невзначай касаясь моего отца.
Никита смотрел на неё набычившись, старший, Михайло задумчиво наблюдал.
-Детям ведь мать нужна, ласка. Вот и Ангелика без материнской то ласки совсем дикая стала. Припадки вон случаются, совсем дурочка скоро станет. Никита тоже растёт, без матери, бирюк бирюком.
Она ласково приговаривала, едва не легла грудью на отца. А тот, казалось, не замечал ничего, настолько глубоко задумался.
-Маланья, спасибо тебе за пироги, но ты иди, совет держать с семьёй буду.
Михайло встал и вывел сопротивляющуюся женщину из дома.
-Я ж как мать им, раз веж я не семья вам, Михайло? Я же с добром..