улице шарились.
Я ещё раз выглянул в окно. До карниза почти два этажа лететь, как же он там угнездился?
Ты свежак? Как ты туда попал?
Мужик уставился на меня в полном недоумении.
Нет, я рейдер. Убегал от топтуна. А сам всё рассматривал меня с любопытством.
Понятно. Тебя из города подкинуть, или ты уже сам?
Подкинь, если не сложно. Я пока не очень-то боец.
Пойдём. Я махнул головой в сторону выхода.
Спускались мы, попутно чистя споровые мешки у дохляков. Арман чистил, я прикрывал. Из оружия у него был только пистолет.
Паскуда! пнув дохлого монстра ботинком, молдаванин плюнул на труп: Жаль, не я его грохнул, у меня к нему свои счёты были.
От него убегал?
Да. Загнал гад наверх. Думал, обману, с карниза на нижний этаж спрыгну, а там жопа, замуровали падлы! Вторые сутки на этом чёртовом карнизе сидел, надежда сдохла на рассвете. Ещё немного и пустил бы пулю в лоб. Если честно, не думал, что ты остановишься. Буду должен. Меня в Светлом многие знают. Ты сам-то откуда?
«Не доверяй незнакомцам» твердил я всегда себе, особенно когда вокруг происходит что-то ужасное.
Хоть этот человек не вызывал опасений и даже наоборот, располагал к себе, но всё же, я старался не выпускать его из поля зрения и был готов к нападению.
Отсюда, ответил я, контролируя вход в здание и поглядывая на собеседника.
Помня о двух, рядом бродивших мутантах, выходить на улицу было страшно но надо. Бежать спасённый не мог. Он шёл впереди насколько мог быстро. Я же пятился почти задом, крутясь во все стороны со вскинутой винтовкой, готовый среагировать на любое движение тварей стрельбой.
Обошлось! выдохнул я, закрывая двери «броневика».
Собачка с другом не пришли нас кушать, наверное, где-то загулялись.
Подожди, паря, в смысле ОТСЮДА? Ты что свежак?! Спросил Арман после того, как, скрипя зубами, умостился на сидении.
У него было нешуточное удивление, граничащее с охреневанием.
Ну, да, местный я. Ты ранен? Дай гляну.
Вытащив аптечку, приступил к перевязке. Самой большой оказалась рваная рана на спине. От плеча через всю лопатку к позвоночнику кожу будто тупыми ножницами покромсали. Наложил двадцать четыре шва. Вправил вывих ступни, наложил ещё по паре швов на руках, ногах, на лбу и завершил процедуру тугой повязкой на рёбрах. Два, точно, сломаны: правая сторона торса была серо-фиолетовой. Вручил флягу с живчиком пассажиру после штопки.
Мне заправиться надо, сможешь помочь? А то страшно одному как-то в городе.
Не знаю, как понял мои слова Арман, но глаза у него полезли на лоб, а лицо сильно вытянулось.
Хм, страшно ему а ты точно свежак, ничего не путаешь?
Точно. С этим кластером прилетел, позавчера ночью. Тут скоро заправка будет, так что, поможешь? Я, если честно, помпой не умею заправлять, да и неудобно одному, сожрать, ведь, могут.
Да не вопрос! И с помпой всё просто. Сделаем. Воды можно ещё?
Я полез в салон, порылся в сумках и протянул ему полторашку воды. Вспомнил, что человек сутки просидел без еды, и достал колбасу, хлеб, ещё всякой снеди, что нашёл в запасах ребят.
Это твоё. Арман держал в руке мою часть добычи с мутантов. Ты же знаешь, что это?
Я кивнул. Принял трофеи, ссыпал их в оранжевую коробочку, на ватку. Там уже лежало несколько штук споранов, добытых из дохлого мутанта.
Арман скосил глаз на коробочку.
Ты военный?
Нет, врач.
Арман неопределённо хмыкнул, жуя и периодически прикладываясь к полторашке.
Я немного перекусил вместе с ним и полез за баранку.
Док, не обессудь, просьбу имею. Тут машина моя рядом, вещи забрать надо.
На дороге, у забора, стоял УАЗик в обнимку с новеньким столбом. Разбитые стёкла, водительская дверь открыта, пассажирской не было вообще, глубокая вмятина на крыше. Измятая крышка капота валялась метрах в пяти слева. Пятна крови кругом, автомат в пыли и обглоданный костяк.
Картина говорила сама за себя.
Арман сидел молча с минуту, смотрел. Лицо его стало серое, на лбу залегла глубокая морщина, взгляд налился свинцом.
Прикрой, Док! Схожу, заберу всё.
Я торчал в люке с винтовкой в руках, крутя головой во все стороны. Арман копался в своей машине, скидывая в кучу разбросанные вещи. Управился он быстро, всё своё добро перетащив в «Комбат», откуда-то достал рулон мусорных мешков.
Док, ещё
минуту. Мне друга забрать надо.
Надел резиновые перчатки и принялся укладывать кости в мешок. Завязал туго, натянув сверху ещё один.
Я в два вдел, не переживай за салон.
Аккуратно положил останки друга на пол и сел на своё место, смурной, как туча.
Ехали молча. Я высматривал удобную заправку, а спасённый мною новый знакомый погрузился, судя по его виду, в печальные размышления.
Вдруг слева деревянный забор взорвался осколками щепок, и на дорогу вылетел монстр, видимо, бывший когда-то огромной собакой.
Чёрно-серые мышцы бугрились по всему телу, обвивая его, будто жгуты. По позвоночнику пирамидальные нашлёпки. На макушке костяной панцирь, переходящий к вытянутому затылку. Кожа местами грубая, серая, с круглыми трещинами. Кое-где свисали клочья шкуры с шерстью. Хвост больше напоминал крысиный, извивался, как брошенный шланг под напором воды. Голые уши мелко подрагивали на почти квадратной лысой голове, пасть неестественно увеличилась, челюсти ещё больше выдвинулись вперёд. Зубы шли в два ряда, то выпирая, то вгибаясь вовнутрь. Изогнутые чёрные когти на массивных лапах смотрелись, как боевой «Керамбит». Маленькие белёсые глазки, с мутными зрачками, посаженные глубоко в череп, буравили, излучая хищную ярость и смертельный лёд.