Ничего лучше Остерман придумать не мог. Он сморщился от приступа головной боли и позвонил секретарше - попросил воды, чтобы запить таблетку. Фроляйн Марта быстро исполнила просьбу, но по ее глазам было видно, что она уже в курсе событий. Следовательно, скоро о них узнает и ее тайный шеф - Вилли Краух. Если она уже ему не сообщила...
От этих мыслей полковнику стало еще хуже. Он с усилием проглотил таблетку, сделал глоток и поморщился - боль не уменьшилась. Внезапно зазвонил телефон.
- Слушаю, - раздраженно бросил он в трубку.
- Полковник Остерман? - поинтересовался по-немецки молодой мужской голос, показавшийся знакомым. - Вам привет от вашей сотрудницы Нины Рихтер.
- Кто говорит? - полковник показал рукой, чтобы фроляйн Марта вышла из кабинета, та поджала губы и нехотя скрылась за дверью.
- Мы с вами уже встречались, правда, всего один раз. Помните, полицейский участок в Колобовском переулке?
Карл Остерман машинально потер голову. Он прекрасно помнил ту встречу: от общения с лейтенантом Алексеем Мироновым у него осталась большая шишка, которая не прошла до сих пор.
- Подождите одну минуту, я сейчас...
Полковник выскочил в коридор и сделал знак, чтобы Марта никого к нему не пускала. Потом вернулся к столу и плотно закрыл за собой дверь.
- Слушаю вас.
- Повторяю: вам привет от Нины Рихтер.
- Я уже понял. Где она?
- У нас в гостях. Думаю, у нас появился хороший повод для встречи.
- Где и когда?
- В офицерском клубе, в бывшем кинотеатре "Форум". Сегодня, в три часа дня, вас устроит?
- Договорились.
- Но вы должны быть один. Нина пока останется у нас, в качестве гостьи...
- Хорошо, я понял, буду один.
- В таком случае, до встречи.
В трубке послышались короткие гудки. Полковник задумчиво посмотрел на телефонный аппарат. Как лучше поступить? Если доложить о звонке генералу Траубе, то тогда можно распрощаться с мечтой провести операцию самостоятельно. Клаус наверняка захочет взять все под свой контроль. Еще бы - выход на одного из руководителей московского подполья! С другой стороны, если он отправится один, без прикрытия, то велика опасность угодить в ловушку. Подпольщики явно придумали какую-то хитрую комбинацию, вот только какую?
Полковник не любил игру вслепую, он предпочитал знать (или хотя бы догадываться), какие карты на руках у противника. А тут все было не ясно. Во-первых, зачем подпольщики захватили Нину? Во-вторых, что они потребуют за ее освобождение? И, в-третьих, как это отразится на ходе всей операции?
Кроме того, был еще один фактор, с которым следовало считаться - Вилли Краух. Наверняка фроляйн Марта уже сообщила ему о звонке, значит, заклятый друг захочет узнать, с кем он встречался. Придется подумать, как оторваться от внешнего наблюдения... Лишние глаза в этом деле ему ни к чему. Особенно если это глаза конкурентов.
Остерман вздохнул. Игра становится все интереснее, но не слишком ли он рискует? Что, если подпольщики похитят и его тоже? Может быть, стоит все же подстраховаться и организовать "наружку"? Нет, решил полковник, подпольщики заметят "хвост", и тогда встреча точно не состоится. А он хочет знать, что задумали подпольщики. Поговорить действительно есть о чем...
Куйбышев
4 марта 1942 года
Ставка Верховного Главнокомандующего
Cталин
мягко прохаживался по кабинету, казалось, он почти не слушал начальника Генерального штаба Тимошенко, докладывавшего о состоянии стратегических резервов - сколько новых танков, самолетов, орудий и минометов было получено за последний месяц, какое количество дивизий удалось скомплектовать и перебросить на фронт. Вождь думал о чем-то своем. Внезапно он остановился и спросил:
- Как вы считаете, хватит ли у нас сил, чтобы развить намечающийся успех?
- Так точно, товарищ Сталин, хватит, - тут же отозвался Тимошенко. - В крайнем случае, можно задействовать часть стратегического резерва Ставки - скажем, девять моторизированных и две танковые дивизии. Этого, как мы считаем, вполне достаточно, чтобы завершить окружение немцев под Москвой.
- Ну, что же, посмотрим... А что скажет товарищ Жуков? Как развивается наше наступление на Западном фронте?
Жуков подошел к большой карте, занимавшей почти всю стену в кабинете, и начал показывать:
- Части 15-й армии нанесли удар в районе Люберец и Балашихи с целью отвлечь на себя основные силы противника и сковать их боем. Наши передовые батальоны уже вышли на восточные окраины Москвы, через день-два они проникнут в город и завяжут уличные бои. Одновременно 2-я и 5-я ударные армии наступают южнее столицы - через Подольский и Наро-Фоминский районы. Их задача - поддержать части Резервного фронта, прорвавшиеся в районе Внукова. К 8-9 марта они также выйдут на окраины Москвы...
- Девятого марта? Почему так долго? - перебил его Сталин.
- Немцы отчаянно сопротивляются, Иосиф Виссарионович, - пояснил Жуков. - К тому же мы ощущаем серьезную нехватку техники...
- Хорошо, мы поможем с резервами, а что на других фронтах?
- Части Волховского фронта продвигаются севернее Москвы, - поднялся генерал Павличенко, - сразу по двум направлениям - на Истру и Красногорск. Не позднее 10 марта они выйдут в Одинцовский район и соединятся с 6-й армией Резервного фронта. Таким образом, к 11 марта мы окончательно завершим окружение немцев.