Да еще, вдобавок, и эти охотники, знавшие, как называется нежить, преподносимая храмовниками как причудливая кара за грешную жизнь. И это само по себе было бы еще половиной беды. Но ведь охотники действительно убивали нежить!
Кто же пойдет молиться и жертвовать пастырям деньги ради призрачной перспективы прощения и избавления, если можно, заплатив вполне определенную сумму, получить совершенно определенные гарантии устранения напасти? А храмовники предпочитали иметь дело с хоть и недовольным, но мирным населением, и отнюдь не стремились становиться профессиональными убийцами действительно опасных тварей.
Прищучить дикую вольницу, ревностно охранявшую секреты своего мастерства, так окончательно и не удалось, коль скоро вплоть до сего дня попадались ее отдельные представители. И ведь люди знали их имена, передавали их друг другу, выясняли даже на всякий случай, как обратиться к охотнику. Тряхни любого доброго прихожанина, исправно вносящего деньги на храм, и он назовет с полдесятка имен!
Эта мысль заставила Иерарха вскочить с кровати и начать нервно прохаживаться по комнате. Девку нужно было поймать, непременно поймать, и любой ценой выяснить у нее, кто и за что готов был им заплатить.
Ловить охотников было делом трудным и хлопотным. Домов и другого имущества они обыкновенно не имели, на одном месте подолгу не задерживались, а сведения о своих семьях, если даже таковые у них и были, охраняли как величайшую тайну. Но заказчики-то их были людьми совсем иного сорта!
У заказчиков имелись дома, семьи, и были это обычно люди или не бедные, или еще и уважаемые, те, которым бедняки могли бы доверить собранные всем миром на гонорар убийце нежити деньги. И отыскать этих заказчиков проще всего.
Так какой, скажите на милость, смысл ловить охотников по лесам и постоялым дворам, если можно взяться за тех, кто платит им деньги? Не будет работы не будет охотников. Стало быть, следует публично повесить нескольких из уличенных в найме охотников, чтобы остальным было неповадно.
Иерарх вернулся в постель и довольно улыбнулся собственным мыслям. Такое решение Приобщенные оспорить не посмеют. А скоро, очень скоро он доберется и до Хранительницы. И тогда ничто уже не помешает ему самому стать Приобщенным. Даже не одним из трех Великих Отцов, а единственным.
Глава 3. Кладбище
Несмотря на все мучившие Тэйнен подозрения, ранним утром они с Крианом решительно свернули с дороги в лесок, и направились в сторону кладбища. Следующую ночь им предстояло провести в лесу, в непосредственной
близости от мест, облюбованных нежитью.
Надеюсь, по лесу мы пойдем только до Дравы, буркнула взволнованная Тэйнен.
Криан лишь неопределенно пожал плечами:
Только если не наткнемся там на засаду.
В Виларе никакой засады не было.
Зато там вполне могли быть шпионы.
Ты всегда такой подозрительный? с вызовом спросила девушка.
Нет, только с тех пор, как исчез Роан, резко ответил маг.
Беспокойство за Роана охватило Тэйнен с новой силой, ей стало стыдно за свою попытку посмеяться над осторожностью его брата. Но извиниться она уже не успела, они подошли к полуразрушенной ограде кладбища.
Со времен ее последнего визита деревья еще больше разрослись, и лишь благодаря остаткам каменного забора кладбище не затерялось окончательно в окружающем его лесу. Лес этот был светлым, лиственным, а не хвойным, и если бы не постоянные мысли о многочисленной нежити, прячущейся где-то поблизости, его можно было бы назвать очень спокойным и даже уютным. Но Тэйнен не могла забыть о таящейся за приветливым фасадом угрозе.
Ну что, идем?
В голосе Криана неожиданно прозвучала неуверенность. Он тоже боялся, и этот его страх несколько примирил Тэйнен с тем, что испытывала она сама. А может быть, все дело было в том, что теперь девушка поняла при выборе дороги ее спутником руководила не бессмысленная бравада, а осознанная необходимость.
Могилы начинались сразу же за забором надгробные камни, многие из которых ушли в землю больше чем наполовину, превратившись в заросшие мхом холмики. Тэйнен старалась идти по дорожкам, но их едва можно было разглядеть в густой траве. В зарослях кустарников порхали и пели птицы, и от их непрерывных трелей кладбище казалось живым и ничуть не мрачным. А главное, совершенно не жутким.
Думаю, все не так уж и страшно, рискнул нарушить молчание Криан. К вечеру мы успеем пройти овраги и выбраться на луга. Не думаю, что нежить туда уж слишком часто забредает.
Тэйнен промолчала. Она уже видела впереди несколько рядом стоящих склепов, в которых они тогда отыскали гнездо гарпий. Шрам за ухом мучительно зачесался, в ушах зазвенели крики проклятых тварей, опрометчиво потревоженных неопытным собратом по охотничьему цеху. Тогда здесь было еще как страшно, и едва ли за последние годы что-то переменилось в лучшую сторону.
Но кое в чем Криан вполне мог оказаться прав: на луга нежить обычно не забиралась. По крайней мере, крестьяне из соседних Мауки и Дравы, запасавшиеся там сеном, не жаловались, что видели ее следы. Стало быть, очень даже вероятно, что их ночевка будет вполне себе спокойной.