Ещё бы! Было такое спокойное осеннее утро! Мы с моими приёмными родителями сидели рядышком, в мягких креслах вагона первого класса и тихо-мирно беседовали, когда состав остановился, настолько внезапно и резко, что соседи по купе, мужчины с кресел напротив, слетели со своих мест и навалились на нас.
Отовсюду послышались перепуганные крики, болезненные вопли, жалобы, предположения, какой-то грохот, скрежет, визг.
- Ой, мамочки!
- Это - крушение!
- Только бы не было пожара!
- Ай! Больно!
- Ой! Осторожно!
- Помогите!!
Но это оказалась не авария.
Тот мужчина, которому случилось упасть на меня: лицом - в грудь, а руками - на бёдра, не спешил подниматься. Пользуясь случаем, он копошился на мне, пытаясь носом раздвинуть стянутый завязками вырез платья, а ладонями ощупывал мои формы ниже талии.
Возмущённая, я повернулась к отцу, чтобы попросить о помощи и защите от похотливого нахала, и увидела, что наш самый крепкий попутчик, как раз, подхватился на ноги, освобождая папу от своего веса. Мужчина отрывисто, скорее машинально, извинился, одёрнул полы сюртука. Видимо, желая, как можно скорее прояснить обстановку, открыл дверь и сделал шаг в коридор, чтобы тут же погибнуть.
Я видела, как огромный монстр, оборотень в промежуточной ипостаси, черкнул ему по горлу когтистой лапой, оставляя глубокие кровавые борозды. Брызнула кровь, голова мужчины откинулась на спину, а тело кулем осело в проходе. Нас оглушил тонкий пронзительный визг. Я тогда даже не сразу поняла, что эти протяжные, полные ужаса, звуки издаёт моё горло.
Неподвижно застыв, сжавшись в своём кресле от ужаса, я стала свидетелем того, как за какую-то минуту тот же оборотень, без промедления, убил ещё двух наших соседей по купе и моего приёмного отца. Искромсал их когтями и клыками ещё до того, как кто-то из мужчин успел достать оружие для обороны. На голову выше любого человека, это существо с короткой редкой шерстью, мощной спиной, длинными руками с десятью когтями, острее клинков, и волчьей пастью с огромными клыками, было слишком сильным и быстрым, чтобы ему кто-то смог противостоять.
Я видела, как красные глаза оборотня несколько долгих секунд внимательно сканировали мою приёмную мать, прежде, чем его когти насквозь проткнули грудь этой добрейшей матроны. В этот момент я так судорожно вздохнула, что захлебнулась воздухом, и замолчала. В купе стало удивительно тихо Нет. Крики ужаса, рычание, вопли, удары и скрежет все эти звуки за тонкими вагонными перегородками были, конечно, слышны, но, будто сквозь толстую вату в ушах. Не в состоянии повернуться спиной к опасности, я в шоке наблюдала, как жизнь покидает распахнутые глаза пожилой женщины
А монстр уже повернулся ко мне.
До сих пор обдаёт холодом внутри, когда вспоминаю, как он уставился на меня немигающим взглядом, а я скукожилась в кресле, объятая беспредельным ужасом, в ожидании боли и смерти.
Внезапно, оборотень повернулся и вышел из купе, легко переступив через тела.
Не убил
Наивная, я подумала, что он пощадил меня, отпустил. Тогда-то и рванула со всех ног из вагона, куда подальше от всего этого кошмара. Голос от криков сорвала, ноги о камни подвернула. Не знаю, насколько далеко от состава отбежала. Только спастись от пленения, увы, не удалось. Какой-то монстр, может и тот же, что был в нашем купе - не знаю, они все на одну морду догнал меня и закинув на плечо принёс обратно, к поезду. Здесь стоял обоз из нескольких телег, на который захватчики спешно грузили награбленное.
- У меня папочка - служивый, - прошептала, давясь слезами, девушка, которая оказалась в телеге рядом со мной. Он рассказывал, что в последнее время участились стычки с двуликими.
- Так, то - на границе человеческих земель с Большими Лесами, которые являются
территорией оборотней. Но здесь ведь не граница! вдруг так возмутилась шикарно одетая дама в шляпке с белыми пушистыми перьями, скорчившаяся в углу у заднего борта, будто, оборотни должны немедленно осознать свою ошибку и отпустить нас. - По железной дороге три часа до столицы!
Действительно, как оборотни могли проникнуть так глубоко на человеческие территории?
- Чего им надо?! истерически вопрошала дама, которая показалась бы мне величественной и очень представительной в других обстоятельствах, но сейчас она выглядела особенно жалко.
Нас, девушек, молодых женщин и несколько детей, настолько тесно набили на крепкую телегу, дно которой было застелено толстым слоем соломы, что я, сдавленная чужими телами, сначала даже немного согрелась, и уже не так сильно мёрзла без верхней одежды. Некоторое время ощущала себя бревном в поленнице из человеческих тел. Потом телегу немного растрясло и стало свободнее. Пленницы без конца копошились, как черви, устраиваясь хоть немного удобнее. Я снова стала подмерзать. Хорошо хоть оборотни сверху, через невысокие борта, натянули грязно-серую плотную ткань, которая худо-бедно защищала от ветра и влаги.
- Я слышала, что по соседству с Большими Лесами оборотни уничтожают целые приграничные поселения: убивают всех мужчин, мальчиков старше пяти лет и пожилых женщин. А остальных: девушек, молодых женщин и детей уводят с собой в Леса. - сказала какая-то девушка.