С ума сошла? Мы травники! возмутилась Мирка
так, что даже обиделась и не стала со мной больше разговаривать, фыркая ушла, совершенно не подумав, что оставляет меня в растерянности и страхе.
Травницы, если точнее, как потом она мне все же объяснила. Только женщины в этом поселении жили и занимались этим мирным делом вдалеке от страстей мира.
То есть вы знахари? еще не разобравшись в тонкостях, снова чуть не оскорбила я гордую девицу.
Не целители, а травники, сказала тетушка Виша, заходя в мою комнатку с лекарством для меня.
А в чем же разница?
Знахари, лекари лечат. Пользуются тем, что мы сделали, разбубнелась Мирка, опять обидевшись, но не настолько, чтобы оставить меня теряться в догадках. Неужели не понятно?
Не было понятно, на самом деле, но потом я разобралась. Оказалось все просто и сложно одновременно. Суть была в том, что это племя травниц, существовало очень давно и так уж повелось, что только женщины жили в поселении. Я думаю, просто из-за того, что работа эта требует большой тщательности и терпения, чем мужчины в нужной мере, редко обладают. Общипать только верхушки растения, ни в коем случае не больше сантиметра длиной, в определенный час, всего раз в году, в течении получаса пока не высохла выпавшая роса такие задачки были тут сплошь и рядом. Тоже касалось и сушки растений. Хотя это было самое простое с ними действо. Иногда, чтобы получить драгоценный мешочек трав, травницам приходилось очень долго и много работать. Они и работали. С удовольствием и интересом.
Но даже не это было самое интересное. Они не были знахарями, как все травницы подчеркивали, но именно лечебные эффекты растений они тщательно изучали и экспериментировали, создавая все новые и новые лекарства. Это неожиданно важно и для меня оказалось:
Люса, а ты не хочешь избавиться от шрамов? спросила меня как-то тетушка Вишу между делом.
Я понемногу ходить стала уже по комнате и от ее слов, чуть не упала, там где стояла.
Следы от Канарки нельзя убрать, ответила я шёпотом.
Я все время забывала, какое теперь у меня личико. А вспомнив или заметив реакцию окружающих, что впервые со мной встречались, все время чувствовала, как горло сжимается и дыхание перехватывает.
Не хочешь, так не хочешь, в своей манере, едва улыбнулась она.
Она тут же отвернулась, но я кинулась к ней, схватив за рукав.
А вы сможете?
Не могла бы, не говорила, после паузы ответила она.
Но как? поверить я все же никак не могла в правдивость ее слов.
Вообще-то никакой необходимости или хотя бы особого желания, изучать растительный мир, у меня не было. Просто я немного интересовалась этим в прошлом. Скорее как садовод? Но не тот, что сам выращивает свой сад, я таким не занималась, только отдавая распоряжения садовникам. Кстати, сад вокруг нашего дома, был одним из лучших. И все же я совсем не так, как эти женщины интересовалась вопросом, обращая внимание не на свойства растений, а только на их внешний вид. Та же Канарка, к примеру, и в столице растет. Только используют ее как защиту, высаживая на верхушках оград. Если не касаться, ее резные листочки очень красиво выглядят.
Я расскажу, не цепляйся за меня так, тетушка слегка похлопала по моим пальцам, что я сжала слишком сильно, причиняя ей неудобство.
Я тут же ее отпустила и мы присели, чтобы обсудить животрепещущий для меня вопрос.
Чтобы ты понимала, сразу предупреждаю, это не стопроцентный способ.
Я кивнула, боясь высказаться. Хоть какой-то шанс это уже чудо! От воздействия Канарки можно было защититься до, но никак не после, тем более после взаимодействия с водой.
И мало того, он очень долгий.
Время тоже не было для меня проблемой идти мне было совершенно некуда, чего уж там. Я кивнула, показывая, что слушаю ее внимательно.
Способ, крайне болезненный, бросила на меня взгляд, словно на прочность хотела проверить тетушка, но и это ее заявление меня не испугало. Боль не вечна. Бояться ее глупо, это я на себе уже поняла.
И самое плохое, тон был таким угрожающим, что я даже дыхание задержала. Скорее всего, твое лицо неузнаваемо измениться после завершения лечения.
Пауза длилась совсем недолго:
Когда можно начать?
Глава 4
Скрывать, что я девушка не из простой семьи было бесполезно. Я поняла это очень быстро и не изображала из себя ту, кем не являлась, ставя в глупое положение саму себя, в первую очередь. Об этом и так догадались по моей одежде, рукам и тем мелочам в поведении, что заметны только со стороны, но не
для меня. Заявлять, что я простая крестьянка было бы равносильно тому, что в овчарню заявилась породистая лошадь и заявила, что она тоже овечка.
Откуда я и как оказалась в таком положении, специально меня никто не расспрашивал. Я потом поняла, что травницы собрались в этой глухомани, не от хорошей жизни. Говорить о причинах, что их привели было не принято. Я поначалу думала, это как-то обидно даже немного. Вроде бы жили травницы дружно, помогали друг другу во всем, а о самом главном молчали? Будто им было все равно и от этого их забота и добродушие фальшью отдавали. Но потом тетушка мне объяснила.
У всех свое горе, зачем им мериться, как нарядом? Не верь тем, кто много плачется, они просто пользуются окружающими, наживаясь на их жалости.