Керриган, у меня в голове целая вереница вопросов. Они все перемешались, и я не спросила о самом главном. Что произошло с моей семьей? Про отца я слышала, но, а мама?.. Возможно, у меня есть еще какие-нибудь родственники?
Мне жаль Вас разочаровывать, юная госпожа, но, кроме меня, у вас никого не осталось.
Готова поспорить, что ты владеешь информацией о смерти мамы. Как ее звали? Когда она умерла? Из-за чего?
Голем не спешил отвечать. Кажется, после недолгих раздумий, он что-то вспомнил
Госпожа Вивьен, принадлежала к роду Гунвор. Она умерла, подарив жизнь Вам. Прошу Вас, пройдемте в кабинет хозяина.
Я уставилась на голема, который преподнес информацию о смерти мамы таким тоном, будто это незначительная мелочь. Хотя, что взять с того, кто не может чувствовать
Поднявшись, я последовала за дворецким. Как странно, мне казалось, что до этого в комнате только одна дверь откуда пришел Керриган. Происки магии?
Мы зашли в кабинет, который в миг бы стал пристанищем готов, увидь они такое: черные стены и такие же занавески; похоже, даже все книги, стоящие на полке, и те черные, но скорее всего так кажется в виду отсутствия нормального освещения, ведь, приходится довольствоваться только двумя бра с приглушенным свечением. Посреди комнаты расположился огромный дубовый письменный стол. Дворецкий обошел его и, выдвинув секретный ящичек, достал конверт и фотографию. Я сгорала от нетерпения, всем нутром понимая, что на снимке моя семья. Мне стоило большого труда, чтоб не выхватить ее из рук Керригана. А вот голем совсем не спешил показать мне родителей. Он медленно подошел ко мне и протянул маленькую фотографию.
Я бережно взяла ее в руки и прежде, чем внимательно рассмотреть, прижала к груди, закрыв глаза. Этот момент останется в моей памяти навсегда. Интересно, на кого я больше похожа? Уверена, что пухлые губы и аккуратный нос достались мне от мамы, тогда как соболиные брови на взлет папины.
Мама и папа. Как же мне вас не хватало не протяжении этих долгих одиноких лет
Я подошла поближе к светильнику и, наконец-то, посмотрела на фотографию. Тихонько выругавшись себе под нос, спросила:
Керриган, а ты уверен, что яэ-э действительно, из рода МонШтрау?
Сомнений быть не может. Я чувствую Вашу магию, которая совпадает с моей.
Можешь, что-то сделать с освещением? Здесь так темно, что я даже не могу толком их рассмотреть.
Ни сказав ни слова, голем щелкнул пальцами и бра осветили весь кабинет, как если бы включили светодиодную лампу
с цветовой температурой в четыре тысячи.
Я еще раз взглянула на фотографию. Что ж, очевидного сходства явно нет. Но если хорошенько приглянуться Глаза мамины, а вот на счет всего остального не уверена, да и не важно это все. Совсем не важно.
Какие же они необычные и красивые. Удивительно красивые: природа наградила их блестящими черными волосами, что нельзя сказать о моих непослушных рыжих локонах (теперь вы понимаете, почему я засомневалась в принадлежности к роду некромантов); аристократический бледный цвет кожи; у папы серьезный взгляд серых глаз, а мамы ласковый карий. В тоже время у меня каре-зеленый цвет, меняющийся от погоды и настроения.
Они так молоды на фотографии. Маме явно не больше восемнадцати. Почти как мне сейчас. На счет возраста папы не уверена, возможно, около тридцати.
Предательские слезы подступили к глазам. Как жаль, что «знакомство» с родителями состоялось таким образом.
Встряхнув головой, я обошла стол и села в кресло отца. Не время давать волю эмоциям. Для начала надо разобраться с ситуацией. Благо, закалённая воспитанием в детдоме, я редко предаюсь хандре.
Керриган, в доме есть прислуга?
Нет, госпожа. В последние недели перед своей гибелью, хозяин распустил прислугу, позаботившись заранее о хорошей компенсации.
Ты можешь сообразить что-нибудь для перекуса? Кажется, прошла целая неделя с момента, как я наслаждалась булочками в своем мире.
Ваш мир здесь, госпожа. Всегда был, есть и будет. Сейчас организм адаптируется после перехода из немагического мира. Первые дни чувство голода будет острее, чем обычно. Я позабочусь о Вашем питании.
Главное, чтобы эта адаптация не садаптировала мою фигуру, а к остальному можно и привыкнуть.
Госпожа Мирабель, прошу, ознакомьтесь с содержимым конверта. Ваш отец просил передать послание, когда вернетесь, в том случае, если сам он этого сделать не сможет.
Голем вручил мне конверт.
А ты уверен, что я смогу прочитать то, что там написано? Все-таки, хоть я и понимаю тебя, но вот чтение
Не переживайте, госпожа. Этот мир принял Вас назад. Вы вернулись домой. Если Вы умели читать и писать на Земле, то и здесь сможете. Я оставлю Вас, а сам позабочусь о еде, с этими словами он бесшумно покинул кабинет, а я с нетерпением достала содержимое конверта.
Моему взгляду предстали старинная рукопись и сверток. Вот интересно, у них все пишут послания на такой «бумаге», или эта особенная?
Рукопись была скреплена печатью с изображением герба дома МонШтрау, о чем не сложно догадаться при виде черепа и сокращения фамилии. Начать решила с нее. Я развернула сложенную в несколько раз рукопись и принялась читать, отметив про себя, какой затейливый у отца был почерк: