У каждого начальника имелось собственное представление о том, когда надо появляться в присутствии и это вдобавок к сиесте! Причем чем выше начальник, тем короче у него рабочий день и меньше приемных часов. А если удавалось к таким бонзам пробиться, то они предпочитали часами говорить о политике, лишь бы не заниматься делами.
Политика, конечно, давала уйму поводов для обсуждения после отставки Примо де Риверы все как с цепи сорвались. Само правительство, в попытке удержать ситуацию в рамках, распустило Национальную ассамблею и восстановило либеральную конституцию аж 1876 года.
За недолгое время, проведенное в Овьедо, я наблюдал уже два довольно больших митинга социалистов, республиканцев и еще один поменьше коммунистов. Первые радовались амнистии политзаключенных, последние требовали вот прям сей секунд установить диктатуру пролетариата.
На этом фоне я с ностальгией вспомнил советских функционеров, по крайней мере, у них слово не расходилось с делом. К стенке значит, к стенке, строим значит, уже завтра копают котлован. А эти застряли в XIX веке и не желают «умножать число наемных рабочих, склонных к антигосударственному поведению». И мечтают, что колонии к ним вернутся.
Хуже всего, что уже начались закупки оборудования и его требовалось где-то хранить вместо того, чтобы сразу отправлять
в Испанию, а тут монтировать «с колес».
С другой стороны, утешало, что в арендованный под штаб-квартиру особняк съезжались специалисты, а проект первого завода обретал все большую детальность.
Поводить жалом и познакомиться явилась парочка местных инженер Эдуардо Торроха и архитектор Мануэль Санчес Аркас. Поначалу хотел уклониться от встречи, но когда мне сказали, что они вот прямо сейчас строят Университетский городок в Мадриде, одолела ностальгия или как это называется ведь там, в Ciudad Universitaria, погиб прадед.
Торроха больше общался с коллегами, а вот Мануэль, выслушав про наши мытарства по инстанциям, улучил момент и тихо подсказал:
Начните с поселка. А через годик получить разрешение на завод будет проще.
Вы что-то знаете?
Но он только загадочно улыбнулся, а я продолжил биться в стенку лбом.
Пышная, пыльная, долгая и бестолковая бюрократия выбесила меня всего за несколько дней и я уже всерьез подумывал, а не дать ли денег каким-нибудь боевикам (а тут они точно в количестве, как минимум, анархисты должны водиться), чтобы всю эту плесень к едрене фене поубивали. Удерживало понимание, что и без меня тут найдется кому разжечь гражданскую войну. И вообще, это же не наш метод!
От радикальных мер меня спас еще один визит. Секретарь-референт доложил:
Вас хочет видеть Хосе Мария Абехоро Гонзало.
Кто такой?
Уроженец Сан-Себастьяна, зачастил секретарь, заглядывая в папку, Президент и управляющий строительной компании «Абехоман». У них большой портфель контрактов на общественные работы и строительство. В частности, они заняты на возведении Университетского городка в Мадриде и железнодорожной ветки Кастеллана. Большие связи в Астурии, Кантабрии, Стране Басков и Наварре.
Пока секретарь докладывал весьма подробную справку, я сделал пометку уточнить у Панчо, кто собирал досье, такая дотошность заслуживает поощрения.
Хорошо, назначьте встречу.
На следующий день в кабинет, где кроме меня скучал на кресле в углу Ларри, время от времени поправляя кобуру под пиджаком, вошел худощавый горбоносый испанец. Темные глаза под высоким лбом уставились на меня с интересом:
Весьма наслышан, сеньор Грандер. Полагаю, у вас большие трудности с получением разрешений?
Да, все верно, я протянул руку.
У меня довольно большой опыт в этом деле, он пожал ее и чуть сощурился. Если мы договоримся, я мог бы помочь
Глава 7 Приходите к нам учиться!
Сурин пожал плечами и уступил. Втроем, в сопровождении инженеров, охранников и секретарей, мы обошли площадки, где на уже размеченных участках шли земляные работы. Шли с бешеным темпом рабочих рук хватало с избытком, несмотря на то, что большинству приходилось обитать в армейских палатках, пока не закончат жилье для рабочих. Просто мы платили землекопам по десять песет в день, что было вдвое больше, чем очень приличная зарплата поденщика, и это на фоне максимума, который получали в Астурии квалифицированные металлисты песет по шестнадцать-семнадцать.
Рабочим поселком занимался Хосе Абехоро и получалось у него неплохо. Для экономии времени мудрствовать не стали, а попросту адаптировали готовый проект общежитий для Мадридского университета, выигрыш получился двойной компания Абехоро строила то, на чем уже набила руку.
Проигрыш же получился в деньгах да, Хосе сумел добыть нам все необходимые лицензии и разрешения, но стоило это немало. К тому же я подозревал, что изрядная часть этих бабок осела в карманах пронырливого испанца. Панчо только руками разводил и обещал наверстать в будущем его «отдел» пока был слаб и не успел нарастить необходимой плотности информаторов и агентуры из местных. Я же относился к перерасходу философски время сейчас стократ важнее денег, тем более Абехоро сумел выдурить из властей провинции налоговые преференции для нового завода.