И тут с этим похоже не согласился Михайличенко, он неожиданно ускорился, обыграл в центре на противоходе сразу двух шведов, и катнул мяч вправо
мне. Я моментально продлеваю передачу еще правее, на Добровольского и рывок вперед в расчете на ответный пас от Игоря. Тот отдает, но мяч срезается с ноги и очень неудобно прилетает ко мне, попадая в правую ногу и взлетая вверх по крутой траектории.
Черт. Думаю я. Сорвалась атака, темп потерян и все уже встали в позиции.
И неожиданно для самого себя подпрыгиваю и наношу удар ножницами по воротам.
До ворот метров двадцать пять и Равелли на месте, но удар выходит такой силы и точности, что он просто не сумел допрыгнуть до девятки.
Н**** это я ударил. Понимаю я, и похоже сходные чувства испытывают все на поле и на стадионе тоже.
Тем более в Баку, где все до сих пор помнят знаменитые «ножницы Алика Мамедова».
Но табло эмоциям не поддается и высвечивает:
* * *
ГОЛ Латин, 20, сб. России, 88 мин. ГОЛ
* * *
Судья показывает на центр, потом о чем-то задумывается и чуть не дает финальный свисток.
Похоже он решил красиво закончить матч. Думаю я, глядя на этот судейский беспредел.
Но потом он спохватывается и мы доигрываем матч.
Еще пара минут и все, звучит финальный свисток. А на табло застыли фамилии героев сегодняшнего матча. Но у нас героев было немного больше и потому мы выиграли.
И мы уходим со стадиона. Болельщики молча стоят, наверно пытаясь запомнить этот исторический удар.
* * *
Ну вот, отыграли, теперь отдых. Хороший отдых, с хорошей девчонкой Думаю я, уже сидя дома и ожидая Наташку
И новые мысли:
Что-то как-то странно однако? Думаю я Она впервые не захотела, чтобы я за ней заехал. Говорит, сама приеду. И к чему все это?
Размышления, размышления, какие-то неясности, напряженности. А так хочется простого счастья и определенности. Ведь было так, в прошлом году. Что же изменилось? Пытаюсь понять для себя я и долгожданный звонок в дверь прерывает мои размышления
Срываюсь к двери и открываю, стоит и почему-то отводит взгляд.
Это еще что? Думаю я и отхожу чуть в сторону, пропуская ее в квартиру.
Прошла, разулась и метнулась в гостиную, как будто убегает от меня.
Квартира не большая, не особо то спрячешься. Как-то немного нервно посмеиваюсь я и иду за ней.
Зашел, а она уже на диване, сидит и просто смотрит, куда-то перед собой.
Привет, Наташа Говорю наконец я, остановившись посреди комнаты и слышу, довольно холодный ответ:
Привет, Дан Говорит Наташка без тени улыбки и без каких-либо чувств.
Так обычно здороваются с одноклассниками и случайными знакомыми, но так никогда не разговаривают с близкими людьми.
Я смотрю на нее и пытаюсь понять, что же происходит и что не так? Ведь еще пару дней назад, все было совсем по другому? Море эмоций сквозило в каждом слове, каждом жесте, чувства кипели. А тут как подменили.
И как все это понимать? Снова думаю я и потом решаю пойти простым путем, без разборок, без выяснения отношений, а просто язык жестов, тела, прикосновений.
Его не обманешь, пока еще никому
не удавалось.
Сажусь рядом на диван и просто обнимаю ее, притягиваю к себе и целую в губы. Не отталкивает, подставляет губы, но и не отвечает. Так, просто позволяет себя целовать и все.
Но в эти игры, я тоже играть умею. Думаю я. Тут еще есть часто недооцениваемый элемент возбуждения. Сейчас посмотрим, как ты сможешь остаться безучастной. Ты ведь не отталкиваешь, значит не против.
И поцелуи становятся настойчивей, руки отправляются в путешествие по столь знакомому, волнующему телу, постепенно расстегивая все, что можно расстегнуть, задирая то что подвернется под руку и стягивая, то что мешает.
И снова, ни кого сопротивления, да и отвечать начинает. Причем такое впечатление, что и сама хочет, но что-то притормаживает ее.
Ну нет, Наташка. Мы с тобой потом поговорим, после. Я то тебя знаю, ты сейчас заведешься и уже не остановишься. А потом можно будет все и выяснить. Думаю я и продолжаю реализовывать свой коварный план.
И, как я и думал, она не выдерживает.
Все. Думаю я. Вернулась прежняя Наташка, страстная, безудержная, неистовая в любви и ласке.
И она, и правда, как и всегда, вся отдается этой прекрасной игре. Мгновение, второе и уже не остановить ни ее, ни меня. А никто и не собирается останавливаться.
И тут я понимаю, что мы практически не сказали друг другу ни слова, просто как будто была плотина и ее сорвало, и мы полетели в омут страсти, затянутые водоворотом наслаждения.
И он нас затянул, надолго затянул.
На всю жизнь так бы и остался с этими черными глазами, смуглым телом, дрожащим сейчас в моих руках и жадно целующими губами. Думаю я, перед тем как окончательно свалится в самоубийственное пике страсти.
На двоих, конечно, все на двоих. Вся жизнь сейчас на двоих.
* * *
Очнулись, все-таки очнулись и уже более спокойно, обнимаю ее, прижимаю к себе, нежно целую, глажу прекрасные плечи и спрашиваю с улыбкой:
Ты чего такая была, Наташа?
И она вдруг опять замыкается, снова как будто поменяли. Раз и другая Наташка рядом.
Стоп Наташа, стоп. Не надо снова замыкаться. Говорю я и потом неожиданно для самого себя добавляю: