Д-р П. Д. Юшков О том, как Нил всю деревню заразил (быль в стихах) С 6-ю рисунками в тексте
С одной стороны, он описывает распространение в деревне бытового сифилиса, занесенного приехавшим в отпуск солдатом; при этом д-р Юшков, как специалист-венеролог, очень ясно, понятно и в то же время выпукло дает в стихах описание различных способов распространения сифилиса внеполовым путем; течение этой болезни, проявления сифилиса на различных частях тела человека и, наконец, тяжелые последствия его без лечения.
С другой стороны, д-р Юшков касается и второго больного вопроса для деревни это распространения знахарства в ней, и указывает на тот вред, который приносят деревне своим «лечением» различные «бабки» и другие знахари.
Брошюра д-ра Юшкова написана в стихах, и стихи очень легки и звучны.
Учитывая хорошее знакомство автора, как специалиста с сифилисом, своевременность привлечения внимания общества к обоим этим вопросам, наносящим вред здоровью нашей деревне, а также учитывая легкость его стихов, образность и ясность его выражений, а отсюда и легкость понимания населением надо признать крайне желательным, в интересах санитарного просвещения, самое широкое распространение среди населения брошюры д-ра Юшкова.
Профессор К. Шапшев.
гор. Пермь.
18 апреля 1927 г.
Культурная отсталость нашей деревни, обращение крестьян за врачебной помощью лишь при тяжелых припадках сифилиса, которых то как раз и не дает самый заразительный, самый опасный вторичный период болезни, бессознательная передача заразы окружающим благодаря ряду укоренившихся привычек-обычаев, стремление скрыть свою болезнь, как позорную и потому тяготение больных к знахарям, словом все то, что характеризует сельский сифилис, как болезнь наименее венерическую из всех венерических болезней , в весьма увлекательной, написанной легкочитающимся стихом, форме, изложил ординатор моей клиники П. Д. Юшков в брошюре «Как Нил всю деревню заразил».
Автор задавшись целью провести не только санитарную агитацию, но и санитарное просвещение прекрасно справился с своей задачей и мы нисколько не сомневаемся, что книжка д-ра Юшкова будет желанной в каждой сельской школе, избе читальне, комнате для ожидающих больных и т. п. учреждениях.
Профессор М. Розентул.
гор. Пермь
21 февраля 1927 г.
Д-р П. Д. ЮШКОВ (Быль в стихах)
I.
У Касьяна пир горой:
Нил в побывке до страстной.
В дымной хате ахи, охи:
Собралися тетки, снохи,
С полдеревни кумовья
И соседи и друзья.
Пироги, моксун соленый,
Борщ на славу развареный,
Каша с маслом, хрен, селедка,
Самогон «Куда тут водка!»
И ведро ядреной браги
Придавали всем отваги.
Всяк приезжего солдата
Обнимает словно брата:
Мужики целуют в губы,
Ну, а девки скалят зубы,
Прикрывая рот рукой:
«Ведь жених и парень ой!».
Говор. Смех. Веселье. Шум.
Там уж вздорит с Власом кум;
Разлюли, лю-ли гармошка:
В пляс пошол с Ориной Прошка,
Лишь один, хоть много пил,
Черной тучей бродит Нил.
«Что с тобою, сын любезный,
Что не весел будто трезвый,
Что с тобою, молодец?!»
Пристает к нему отец.
Иль что худо заприметил,
Может я тя плохо встретил
Али мать тебе не рада?
Ну скажи, чего те надо?»
Иль ты болен? Стой-ка, Нил,
Кто тя эдак распестрил
Погляди-ка под усами
Все утыкано угрями,
И на шее, и за ухом
Смажь их салом: сгинут духом!»
«Ничего, пройдут и так»
Буркнул Нил себе в кулак.
II.
По угору стук колес:
Нила в город Кир повез,
На крыльцо старуха мать
Вышла сына провожать;
Влас с Ариной у ворот,
Шарик кинулся вперед,
С рыжим Федькой в перегонку,
По пути куснув постромку.
«Ну, прощай, сказал старик,
Срок то службе не велик,
Скоро вовсе к нам вернешься
Ну, не вой же, мать, дождешься!»
III.
Петухи давно пропели;
Крякнув встал Касьян с постели.
«Дай, старуха, кружку квасу,
Опосля напомни Власу,
Чтоб сменил меня к обеду:
Боронить сегодня еду».
«Вот квасок, испей, Касьяша»
«Ну, давай Эй, доля наша
Так! Ну на, теперь, довольно.
И опять ведь в глотке больно!
Вот пристало: третий день
Не потрогай, не задень».
«Стой, старуха! Как у Нила
Сыпь мне руки все покрыла
Эх, никак и на груди,
Ай ты бес тебя дери.
Что за притча?!» и со страху
Разорвал Касьян рубаху.
«И живот весь в пятнах тоже
Ну и штука, фу-ты боже»
IV.
Ровным счетом через год
Нил домой совсем идет:
«Вот отец то будет рад,
Что я больше не солдат»
V.
«Так то так, гремел Касьян,
Но ведь я то не был пьян,
Не одина видел пятна
И теперь то мне понятно,
Чтоб ты там не говорил,
Кто заразу расплодил?!
«Ты, шельмец, за отпуск свой,
Чтоб тя жучил домовой.
По Рассее то шатался,
Всякой дряни нахватался,
А потом к отцу являться
Да еще и отпираться!
А теперь сиди вот в хате,
Вся деревня мат на мате,
Только выйди ко крылечку,
Разорвут, как псы овечку.
Да и стоит: первый я
Заразился от тебя,
А затем и вся семья.
Ну, а дальше шут их знает:
Глядь Митрошкин сын хворает,
Май прошел и сам Митрошка,
Анна, Фекла, Клим, Антошка,
Дальше, шире здесь и там
И пошло по всем углам
И у мала до велика
Пятна словно земляника
Иль угри идут на тело,
Ну, да это бы терпело,
Но ведь лезут на лицо:
Здесь сомкнулися в кольцо,
Там, как венчик лоб покроют,
Не зудятся и не ноют,
Подави плотны изрядно,
Но уж очень то досадно,
Что со времем сыпь та сгинет,
Кожа станет вся здорова,
Но лишь месяц эдак минет
Будь ты проклят! Вышла снова.
«И во рту такие бляшки,
Вроде клочьев от бумажки:
Не дают порой глотать
А когда ложишься спать,
Ноги ноют свет не мил,
Слоено зайца день ловил.
У Хрисанфия желтуха,
Пров оглох на оба уха,
Глаз гноится у Ипата:
Да, уж ждет тебя расплата!
А у Глеба под горою:
Смех и горе (но не скрою)
Сам не видел говорят,
Что меж ног вилки сидят:
Как капуста сыпь слоится,
Парень выйти то стыдится.
У Петра осип вдруг голос,
У Фомы крошится волос,
Ввиде маленьких плешин,
У Маланьи помер сын,
Лишь родился на неделе,
Пузыри пошли на теле.
А Орина Ну дела!
Вовсе мертвым родила.
Мы сперва совсем не знали,
Чтож, пройдет предполагали.
Сыпь, как сыпь бывает всяко,
А потом уже однако беспокойство охватило.
А когда кузнец Вавило
(Человек бывал в народе)
Заявил нам раз на сходе,
Что та хворь «дурной» зовется
И уж коль кому привьется:
То хоть лоб разбей в соборе,
Хоть поставь лампаду с море,
Хоть к мощам раз в день ходи,
Хоть быка попу сведи,
Кайся вправду иль для виду,
А отслужат панихиду,
То такой поднялся стон: Выноси иконы вон.
И все к нам: «Вы виноваты!
С вас пошло то, супостаты,
С сатаною вы спознались,
С тою сыпью всюду шлялись,
В праздник в гости приходили,
Вместе с нами ели, пили,
Брали воду у запруды,
Батажьем бы вас, паскуды!
Я сначала запирался,
А потом во всем сознался
Рассказал и не без слез,
Кто заразу к нам занес».
Плачь, ругайся до икоты:
Не убавишь тем заботы.
И надумал тут же сход
Слать за бабкой в Красный Брод.
Вот приехала старуха
(Помянешь лесного духа).
Нос, ну шире той мутовки,
Из бровей совьешь веревки,
Щеки оспой извело,
На одном глазу бельмо.
Дней с пяток она мудрила:
С уголька водой кропила,
Облизала глаз Ипату,
Федьку клала на лопату,
Пошептала Киру в шапку,
Раздала корней охапку
И неменьше полгоршка
Что то вроде порошка.
«Дескать сыпьте в самогон
И болезнь изыдет вон!»