Олег, отцепи прицеп! крикнул ему водитель, сокрытый в полумраке кабины. А я отгоню машину.
Олег, повесив ружье на плечо, коротко кивнул и направился к прицепу. Повозившись немного, он махнул водителю рукой и громко гаркнул:
Готово! Можешь отъезжать.
«Уазик» тронулся с места и скрылся за домом. Спустя мгновение рокот двигателя заглох, и хлопнула дверца: водитель внедорожника выбрался из кабины. Тем временем Олег, попыхивая сигаретой, с довольным видом рассматривал трупы оленей, грудой сваленные в прицепе.
Эх, хорошо сегодня постреляли! воскликнул он, похлопав рукой по мертвой туше.
Я переглянулся с Фокиным. На его лице застыл немой вопрос: как нам себя вести? Браконьеры были вооружены. Они цинично нарушали закон, отстреливая оленей в чудовищных масштабах. И они явно не обрадуются, застав нас в избе.
Я машинально потянулся к топору, лежавшему на столе, как вдруг дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник бородатый мужик в черной вязаной шапке.
А ну брось топор! рявкнул он, наставив на меня ружье.
Я замер на месте. Бородач очевидно, это был водитель «уазика» буравил нас взглядом. На вид он казался старше Олега: широкое обветренное лицо покрывали морщины, мутные глаза поблескивали из-под кустистых бровей, сломанный нос уродовал и без того грубую физиономию.
Я отложил топор и поднял руки вверх. Фокин последовал моему примеру. Спустя мгновение в дверях появился Олег. При виде незнакомцев на его лице проскользнуло удивление, тут же сменившееся враждебной настороженностью.
Саныч, у нас что, гости? спросил он.
Прикинь! ощерился бородач. Подхожу к избе и вижу: следы на снегу, засов с двери снят.
Олег обошел Саныча и остановился в нескольких шагах от него, не спуская с нас глаз. В сумерках его грубое лицо казалось будто высеченным из серого камня. На плече у Олега висел карабин, но снимать его он не спешил.
Кто вы такие? спросил браконьер, внимательно нас рассматривая.
Настало время объяснений. Мы с Фокиным представились и, стараясь говорить по очереди и не перебивать друг друга, рассказали о том, что произошло за последние дни. Мы сообщили, как на нашу медицинскую бригаду, которая ежегодно приезжала на Ямал для осмотра коренного населения, напали хеты ожившие мертвецы из ненецких легенд. Вечная мерзлота не смогла сдержать самоубийц, душегубов и преступников, похороненных с нарушением древних ритуалов. Превратившись в кровожадных хетов, теперь они скитались по тундре в поисках свежей крови.
Закончив рассказ, мы ждали реакции браконьеров. Вначале они слушали нас с напряженным вниманием, но затем, по мере того, как история становилась все более фантастической,
в их взглядах проступало недоверие.
Ну и бред! воскликнул Саныч, когда мы замолчали. Такой херни я давно не слышал!
Осклабившись, он переглянулся с подельником. Олег ухмыльнулся и, прищурившись, посмотрел на нас:
Мужики, давайте теперь начистоту, сказал он. Что вы делаете в нашей избе?
Да что с ними разговаривать?! вспыхнул Саныч. Ясно же, что они из охотнадзора! А этими байками только зубы нам заговаривают!
Он махнул ружьем в нашу сторону, и мы с Фокиным непроизвольно дернулись назад. Ситуация выходила из-под контроля: Саныч явно предпочитал вначале действовать, а потом думать. Он не поверил ни слову из нашей истории, а потому в любой момент мог выпустить в нас по пуле, приняв за инспекторов из охотнадзора. Организованное браконьерство в таких масштабах каралось тюремным заключением, и мне не хотелось проверять, на что готовы пойти Саныч с Олегом ради сокрытия преступления.
Пока мы рассказывали о наших злоключениях, по комнате растекся лунный свет: за окном стемнело, и мне показалось, что в темно-синей мгле что-то мелькнуло. Ужас холодными пальцами вцепился в позвоночник, когда я вспомнил о грозившей нам опасности.
Послушайте, мы только зря теряем время, выясняя отношения! выпалил я. Хеты нападают ночью. Нам нужно срочно вызвать помощь!
Еще чего! Саныч оскалился и покрепче перехватил цевье ружья. Настучать на нас хотите?!
Я заметил рацию, пристегнутую к ремню Саныча. Осталось только уговорить его опустить оружие и связаться со спасателями, но ничего из этого сделать я не успел: с крыши донеслись приглушенные звуки, напоминавшие топот шагов.
Мы замерли, подняв изумленные взгляды к потолку. Прислушались. Шум повторился: тяжелая поступь ног по старой, прогнившей кровле. Я содрогнулся, вспомнив о том, как две ночи назад меня разбудил точно такой же звук, доносившийся с крыши амбулатории.
Это хет, прошептал Фокин, указывая пальцем на потолок. Срочно вызывайте помощь, пока не поздно!
Иди к черту! огрызнулся Саныч, не спуская нас с прицела. Это кто-то из ваших! На подмогу пришел, да?!
Он посмотрел на подельника, ожидая от того поддержки. Но Олег проигнорировал слова Саныча. Он снял с плеча карабин и, подойдя к окну, осторожно в него поглядел.
Вы видите что-нибудь? спросил я осипшим от волнения голосом. Они быстро передвигаются
Похоже на какое-то движение, перебил меня Олег, передергивая затвор. Я вспомнил, что «Сайга» могла стрелять в полуавтоматическом режиме, и от этой мысли стало немного спокойнее: при необходимости Олег мог дать достойный отпор хетам.