Внезапно вспомнились многочисленные модные теории современных мне икспертов, приписывающих все эти постройки всяким сверхцивилизациям прошлого, инопланетянам и так далее - и я лишь усмехнулся. Не было, господа уфологи, никаких инопланетян. И не надо считать индейцев дураками, не способными создать ничего подобного. Не глупее нас люди были. Просто у них развитие цивилизации пошло несколько другим путем. Вот и все дело. И то, что нам кажется невозможным без как каких-то высоких технологий, для них было вполне обыденным. Впрочем, почему-то это вообще стало модой - искать подвох там, где его нет
***
(Тауантинсуйу, Куско. Сентябрь 1527 года)
Утром следующего дня мы покинули Ольянтайтамбо, отправившись в дальнейший путь. Ради интереса я побывал и в Мачу-Пикчу, бывшем сейчас еще вполне обитаемым городком. Впрочем, он оказался брошен еще до прихода испанцев. По всей видимости, во время грядущей гражданской войны.
Закончив осмотр окрестностей Куско, я решил, что пора отправляться на место будущего металлургического завода. Хоть и интересно было бы посмотреть, что вообще представляет из себя жизнь в Тауантинсуйу, но на это ушел бы чуть ли не год. А времени у меня было в обрез. Поэтому, переночевав в Мачу-Пикчу, я отправился к месту расположения будущего рудника. Поскольку любоваться видами Анд достаточно быстро надоело, я принялся вспоминать все, что мне было известно по металлургии, а в особенности - по огнеупорам. Обычно для строительства доменных печей использовались кирпичи на основе глинозема, который получают из бокситов хлоридным методом. Применялись также карбидокремниевые кирпичи и углеродистые блоки. Но для меня все эти способы не подходят. Раньше (хотя, вернее будет сказать сейчас
в Европе), насколько знаю, для кладки применялись и определенные сорта глины, но в этом я разбирался мало, да и где их искать? В конечном итоге, из доступных вариантов остались лишь кварц и доломит, которые были достаточно распространены. Что хорошо - они годились и для кладки конвертера. Поэтому с них и нужно было начать свои поиски
За тот практически месяц, затраченный на поездку, я тщательно перерылся в ноутбуке в поиске всей имеющейся там полезной информации, а заодно записал и все, что удалось вытянуть из памяти. Потому путь до места прошел достаточно незаметно. Из всего, что виделось, запомнился лишь единственный случай.
Когда мы вошли в один из городков - то, как выяснилось, попали прямо на суд. Поскольку мне стало интересно посмотреть на знаменитое правосудье по-инкски, то я, не долго думая, отправился на городскую площадь, где как раз проходило это действо. Дело, по которому шло разбирательство, оказалось простым, но относилось к тяжким преступлением. Государственные чиновники инков ежегодно производят перераспределение земель между государством, храмами и крестьянскими общинами, а при необходимости также принимают решения о строительстве новых террас и расширении посевных площадей. Когда ж начинается Месяц Сева - крестьяне начинают обрабатывать их. Кроме них, правда, бывают и небольшие, выделенные за особые заслуги, личные наделы, но они невелики. Тут же один пачака камайок - управляющий ста хозяйствами - решил захапать себе часть общинных земель, заставив при этом крестьян обрабатывать их. В иных условиях, возможно, никто бы ничего и не узнал, но только на его беду в это время в контролируемые им земли прибыл государственный чиновник-проверяющий. Выявив подобное непотребство, он тотчас донес о том в ближайший город - и вороватого чиновника вскоре арестовали.
Поклявшись перед богами, предками и Сапа Инкой судить правильно, согласно законам, уча танпак апу - судья по тяжким преступлениям - зачитал перед всем народом города обвинение. Затем вызвали нескольких свидетелей - крестьян из тех самых деревень, которые подтвердили слова судьи.
- Таким образом, вина доказана, - закончив с опросом свидетелей, подвел итог судья и обратился к обвиняемую, - Что по закону полагается за кражу?
- Смерть, - испуганно пролепетал проворовавшийся чиновник.
После чего судья заявил, что согласно законам вор приговаривается к смертной казни через повешение, которую немедленно и привели в исполнение. Правосудие у инков было коротким и жестким И
Глава 4.
поселок Кикпай, находившийся вблизи Куско. Там чин администрации северян
заявил, что теперь заключенные под стражу должны будут выслушать
обвинения, выдвинутые против них. Им разъяснили, почему они оказались
приговорены к смерти. На глазах у Уаскара солдаты начали убивать его жен
и дочерей одну за другой. Солдаты вырывали неродившихся младенцев из чрева
их матерей и вешали их на их собственной пуповине. К остальным мужчинам и
женщинам, взятым под стражу, перед казнью применяли пытку, носящую
название чакнак (бичевание), - писал испанский летописец Бетансос. -
После истязаний их убивали, разбивая им головы на куски боевыми топорами
чамби. *(20)
(Тауантинсуйу, Куско. Октябрь 1527 года)
И вот мы практически добрались до места. Последний раз переночевав в городе Сикуани - последнем крупном поселении на пути к Ливитаке - мы выдвинулись к месту расположения будущего рудника. Сопровождавшие меня чиновники долго отговаривали меня идти в эти места - и причины вскоре стали ясны. Местность здесь оказалась совершенно дикой и практически неосвоенной. Единственное, что здесь напоминало о близости цивилизации - дороги. Которые, впрочем, по качеству значительно уступали магистральным. Не было здесь ни постоялых дворов-тамбо, ни даже почтовых станций - редкие путники ночевали в немногочисленных деревнях, расположенных примерно на расстоянии дневного перехода, а почтовое сообщение было слишком редким чтобы содержать множество ничем не занятых гонцов-часки. Если ж возникала необходимость - в роли гонца выступал кто-либо из местных жителей, кто по цепочке передавали сообщения от деревни к деревни пока не достигали ближайшей почтовой станции.