Это я запросто, кивал я. Включу отжимания в утреннюю зарядку. Ее по радио передают, но отжиманий там не было
После тренировки все заперлись в душ. На мое удивление, в этой дыре он имелся. Но, как и полагается, со всеми атрибутами подвального спортивного зала: отколотый местами кафель, гнутые, плещущие куда попало душевые лейки и полное отсутствие чего-то похожего на полочки для мыла.
Не хотелось толкаться с голыми мужиками в холодной душевой, но для роли придется. Разделся и прошел в помещение с тремя душевыми кранами без всяких перегородок. Протиснулся бочком по стеночке и сразу поспешил намылиться, чтобы шрамы свои пулевые и колото-резанные не палить. Благо лампочка в помещении еле горела и вода изрядно парила. На мое счастье видимости почти нет.
Мужики галдели, травили анекдоты, только Альбертик был невесел. Увидев меня, все ненадолго замолчали.
Слышь, шахматист, наконец проговорил один из них. А ты не такой хилый, как кажешься.
Так я же деревенский,
улыбнулся я, выдумывая на ходу, чем оправдать свою внешнюю физическую форму. Покосы, дрова и прочий навоз. Работенка тяжелая по хозяйству.
Но и у этих ребят было, чем меня удивить, кроме бравады и ловких накачанных рук и ног. Я пригляделся к намыленным телам и охренел. У троих из них, в том числе у гранитного Альбертика, на правом плече красовалась татуировка. Оскаленная волчья голова. Почти как на убитом Бочкине и других трупах. Я ее хорошо запомнил, пока в блокноте рисовал.
Опа! Как, говорит Вася Жмых, ядрен пистон! Это я удачно зашел!
Глава 6
Альберт шакалом косился на меня, но больше не пытался задеть. Делал вид, что ничего такого на тренировке не произошло. В общем, внедрение в секцию прошло даже лучше, чем я ожидал. Вот только вопросов у меня к ребятам образовалось множество. Но пока рано в лоб спрашивать новичку доверия нет. Буду прощупывать постепенно.
После душа, когда почти все разбрелись по домам, я снова подошел к тренеру:
Я тоже себе хочу татуировку, как у вас. Раньше хотел ферзя вытатуировать, но родители запрещают. А у вас волчок знатный. Это даже лучше, чем ферзь.
Куда? Не заслужил, буркнул тот.
А, понял Она у вас что-то вроде клейма «ОТК»? Если хороший борец, то отдел контроля прошел. Так? я бесхитростно улыбался.
Вроде того, отмахнулся тренер.
Что ж Все это становится интересным. Но карты вскрывать рано. Нельзя, чтобы они поняли, что я здесь из-за расследования.
Отлично, Андрей Григорьевич! Горохов даже по плечу меня похлопал. Есть теперь у нас зацепка, главное их не спугнуть.
Теперь надо поискать что-то общее между жертвами и борцами, высказался я. И личность их всех установить по-тихому, пробить по базе. Кто, чем дышит, понять. Вот только как это сделать? Все фамилии у тренера в личной тетради записаны. Он с ней не расстаётся. Выкрасть ее проблематично, да и сразу на меня подумают, как на свежую кровь.
Горохов походил, попыхтел, разгоняя мыслительные процессы в своей голове.
Придумал! следователь поднял указательный палец вверх в знак своего озарения. Я свяжусь с областным спорткомитетом, попрошу их с ревизией в эту секцию нагрянуть. Должны же они контролировать спортивные организации. Пусть под видом проверки списки занимающихся глянут.
Думаете, они так просто побегут выполнять вашу просьбу? я скептически поморщился. Судя по всему, в исполкоме кто-то этих дзюдоистов прикрывает. Ведь не детям спортзал с душем отдали, а сомнительным личностям с татуировками. Звонить в спорткомитет точно бесполезно. Нужно отправить туда ОБХСС-ников. Тоже, вроде, с проверкой. На каком основании они выделили помещение не детско-юношеской организации, а великовозрастным мужикам, которые в федерации дзюдо, уверен, не числятся.
Хорошо, одобрительно кивнул следователь. Многоходовочка такая получается. Надавим на местный спорткомитет, а те на дзюдоистов. Так и сделаем. Поговорю с начальником милиции, пусть выделит нам пару инспекторов. И наверняка у него уже есть кое-какая информация про этих самых дзюдоистов.
Горохов даже хмыкнул про себя хорошо, мол, когда шаги какие-то вырисовываются, и подчиненные без дела не сидят. Теперь мне казалось, что и не было этого перерыва в несколько месяцев, никуда Никита Егорович не уходил. Был с нашим отделом всегда, и будет всегда.
Я уже все узнал про них, вдруг торжественно заявил Вася. Дзюдоисты эти работники инкассаторской службы. Организовали секцию своими силами. Главный у них Воеводин Лев Павлович. Тоже инкассатором работает, ну и тренирует их.
Мы с удивлением уставились на Жмыха.
Что вы так смотрите? поймав на себе недоуменные взгляды, сказал он. Я же не первый год работаю. Оперативные связи, информаторы. Все имеется.
У тебя? вскинул на него бровь Горохов. Оперативные связи?
А что такого?
Ничего, ты, вроде, с ГАИ совсем недавно перевелся. И сразу, как я понял, в начальство попал. Когда же ты успел оперативные позиции наработать? И за какие-такие заслуги тебя начальником УГРО поставили? прямо спросил Никита Егорович, хотя ответ он и так знал, ведь племяшное родство с начальником милиции очень, как правило, хорошо влияет на карьеру.