Особенно выразительно говорят о вкусах представителей княжеско-боярской среды и разноликого населения древнерусского города украшения. Хорошо известно, что именно украшения в разных общественных структурах отражают место человека в обществе, его социальный ранг (Леви-Стросс К., 1985, с. 228, 236). Украшения, дошедшие до нас в кладах XIXIII вв., становятся своеобразным социальным опознавателем.
Не менее важно и то, что именно многие украшения отражают древние верования и традиционные или усвоенные извне ремесленные приемы.
Наконец, украшения как бы аккумулируют в себе эстетические склонности своего времени, являются важным звеном в цепи, связывающей частности в то целое, которое и называется стилем эпохи.
Интересную категорию украшений Древней Руси представляют собой браслеты и перстни из стекла типичные украшения горожан, продукция новой для XIXII вв., своеобразной отрасли ремесла стекловарения. Естественнонаучные методы исследования позволяют характеризовать его технологию и региональные особенности, дают возможность узких датировок разноцветных стеклянных изделий.
Такую же важную социальную функцию, как украшения, выполняла и одежда. Древнерусская одежда не обойдена вниманием ученых (Арциховский А.В., 1948в, с. 234260; Древняя одежда народов Восточной Европы, 1986). Основным материалом для ее изучения долгое время служили данные этнографии и разнообразный изобразительный материал миниатюры, фрески, иконопись. Естественно, что при этом основным методом воссоздания костюма Древней Руси была ретроспекция.
Археологические раскопки дали возможность опереться при этом на реальные остатки одежды, находимые чаще всего в погребениях. Это детали головных уборов, поясов, рукавиц, чулок, находки которых насчитываются уже сотнями; это редкие
находки целых платьев и десятки сотен фрагментов и целых экземпляров кожаной обуви, огромное количество которых обнаружено в городских слоях, в подавляющем числе в Новгороде.
Обогащение источниковедческой базы привело к тому, что реконструкция древнерусского костюма проводится с опорой на реальные его остатки, а этнографические и изобразительные материалы служат необходимой для проверки аналогией.
В настоящем томе древнерусская одежда впервые рассматривается преимущественно на археологическом материале.
Существенно дополняют картину повседневного быта Древней Руси игры, о чем свидетельствуют игрушки, от примитивных детских погремушек до шахмат, широко распространенных не только в образованных кругах, но и среди рядовых горожан (Линдер М.И., 1975). Находки последних лет позволили внести много нового в историю шахмат на Руси.
Вторая часть тома (главы 7-15) посвящена духовной культуре Древней Руси. Она открывается исследованием, связанным с крупнейшим событием в археологии XX в. открытием берестяных грамот. Эта глава вместе со следующей (Эпиграфика. Церы. Писала) проливает свет на те сферы жизни древнерусского человека, о которых мы до недавнего времени почти ничего не знали. Это переписка рядового горожанина, деловая и частная, которая, как оказалось, была повседневным явлением; это обучение детей, достаточно хорошо налаженное в городском быту.
Говоря о духовной культуре, нельзя обойти религиозные представления. Естественно, что том наш, построенный на археологических источниках, решает проблему через призму этих источников. Так, пережитки язычества в Древней Руси рассмотрены на примере реального их свидетельства широко распространенных в XXIII вв. амулетах, а христианство на примере произведений прикладного искусства, применявшихся в храме во время богослужения и дома.
И амулеты, и предметы христианского культа дошли до нас в огромном количестве. Амулеты находят и в погребениях, и в культурном слое городов и селищ. Важнейшим методом их изучения является картографирование, выявляющее отдельные регионы бытования тех или иных типов амулетов. Помимо свидетельства живой языческой старины в христианское время, они становятся еще и показателями сложных этнических процессов, происходивших на просторах Восточной Европы.
Совершенно ясно, что в эпоху феодализма эстетические устремления народа ярче всего реализовались в произведениях, связанных с христианским мировоззрением. Этому способствовало покровительство верховной власти, светской и церковной, выражавшееся, прежде всего, в устройстве постоянных мастерских при княжьих и митрополичьих дворах, при монастырях. Там собирались наиболее талантливые мастера из других стран, там работали с драгоценным материалом по специальным заказам.
За последнее время вышло много работ, посвященных произведениям, созданным в таких мастерских (Николаева Т.В., 1960; 1976; 1983; Маясова Н.А., 1968; Рындина А.В., 1972). Однако общей сводки их с описанием функциональной типологии не было. Раздел, написанный Т.В. Николаевой, восполнил этот пробел.
Раздел о музыкальных инструментах Древней Руси освещает другую сторону ее жизни светскую, праздничную культуру. Он целиком основан на находках археологов. Это свидетели и участники народных празднеств сопели, гудки, варганы и непременные атрибуты богатых пиров гусли.